Таким третьим лицом в начале десятых годов была Германия, теперь ею стала Россия. Оба лидера Европы были крайне недовольны тем, куском пирога, что достался русскому медведю. Его выход на просторы Средиземного моря сильно обеспокоил Джо Буля и папашу Крюшона, которые всеми силами старались нивелировать последствия этого события.

  Пользуясь внутренней неспокойностью Греции связанной со свержением короля, англичане при тайной поддержке французов, получили от греческого правительства разрешение на создание на территории республики двух военно-морских баз. В Никосии на Кипре и на Корфу в Ионическом море. Стоит ли говорить, что для лишившейся Мальты и Гибралтара Англии, это разрешение было подарком божьим.

  Особенно важным было разрешение на открытие базы на Корфу, не столько из-за его географического положения, сколько из-за его истории связанной с адмиралом Ушаковым.

  Поднятие британского флага в тех местах, где за свободу греческого народа гибли русские моряки, было звонкой пощечиной для России.

  Для устранения «осадочка» между интересами двух стран, была организована дипломатическая встреча. Интересы Лондона на ней представлял помощник британского посла Чарльз Сеймур, Париж был представлен Морисом Бурбане. Вопросы, рассматриваемые на ней были сугубо государственные, но джентльмены не были бы джентльменами, если бы не совместили нужное с приятным.

  По обоюдному согласию сторон. Встреча произошла в Фоли-Берже, где блистала несравненная Жозефина Бейкер. Пикантность её выступлений заключалась не только в голосе певицы и темной окраски кожи, такого добра в Париже имелось в избытке. Прибывшая во Францию американка представала перед публикой с минимальным количеством одежды, состоявшей из павлиньих перьев и юбочки из бананов.

  Столь откровенно провокационный наряд, вместе с гладким, лишенным всякого намека на худобу, но и без откровенных излишеств телом, влек мужчин на выступления Жозефины, как яркий свет влечет к себе ночных мотыльков. Распыленные подобной смелостью, они во все глаза смотрели на то, как она исполняла чарльстон, игриво покачивая едва прикрытым телом в такт музыки.

  Необычайная пластика танцовщицы, высокая крепкая грудь и белозубая улыбка в один миг пленили мужскую половину Парижа. Газеты восторженно писали, что приезжая чернокожая танцовщица – это та самая черная Венера, что являлась во снах знаменитому поэту Бодлеру.

  С каждым днем число её поклонников множилось в возрастающей прогрессии, слава уверенно набирала обороты, но при всем этом, Жозефина не теряла головы. Умело используя интерес публики к своему телу, она не переходила грань, разделявшую смелую эротику и откровенную порнографию. Танцовщица принимала восторги и почитание со стороны столичных нудистов, но всякий раз отказывалась выступать на их собраниях.

  Оба джентльмена остались довольны своим посещением кабаре. Танцовщица нисколько не разочаровала господ дипломатов. В её быстрых и уверенных движениях действительно проступал природный магнетизм, как об этом говорили маститые знатоки. Трудно было отвести взгляд от танцев чернокожей красотки, особенно когда она делала стремительный разворот. В этот момент у зрителей рефлекторно перехватывало дыхание, ибо было совершенно непонятно куда смотреть. На зазывно колыхающуюся тугую упругую грудь с крупными розовыми сосками танцовщицы. Или на разлетающиеся во все стороны лоскутки банановой юбки, что скрывали от пожирающих глаз зрителей последнюю пикантную тайну чернокожей чаровницы.

  По степени сложности, данная задача была сравнима с терзаниями легендарного осла Буридана, но полностью противоположна по приятности.

  Насладившись многогранными талантами госпожи Бейкер, господа дипломаты перешли к кофе, и неторопливо смакуя этот божественный напиток, приступили к обсуждению африканских проблем.

 - Надеюсь, что ваше ведомство господин Бурбане не воспринимает всерьез утверждение газеты «Фигаро» о причастности моей страны к событиям в западном Судане. Смею вас заверить, что правительство Его Высочества не имело и не имеет никаких дел с этим беглым каторжником Махно. Всему есть свои пределы – как истинный дипломат, Сеймур говорил доверительно. с широко раскрытыми глазами, но его собеседник тоже был в дипломатии не первый год и хорошо знал этот прием.

 - Охотно бы хотел верить вашим словам, господин Сеймур, но согласитесь, что мины это не такой ходовой товар как скажем винтовки и патроны. Их просто так не купишь в любой африканской лавке, тем более такой большой партией. Наши эксперты считают, что по нашим солдатам было выпущено не менее пятидесяти мин – француз вопросительно поднял бровь.

 - Они могли достаться Махно в военных складах Ниамеи. Ведь именно туда вами был вывезен трофейный немецкий арсенал из Ломе. Очень может быть, что среди этого оружия были и мины.

 - Очень может быть, но там никогда не было мин британского производства. Это я знаю точно.

  Между собеседниками возникла напряженная пауза, которую англичанин поспешил разрядить.

 - Да, я читал заключение ваших экспертов, господин Бурбане. Единственным разумным объяснением этого прискорбного факта, может быть – хищение подобных боеприпасов с наших военных складов в Лагосе. Увы, такие недостойные факты всегда случаются в любой армии и чем дальше от метрополии, тем число их возрастает – Сеймур сокрушенно развел руками.

 - Даже если это так, то возникает законный вопрос, как эти мины из арсенала Лагоса попали в руки Махно? Пешком до Нигера, а оттуда по воде в Ниамей при полном попустительстве солдат Его Величества?

 - Я убежден, что за всеми этими событиями стоит русский губернатор Того господин Фрунзе, делающий все, чтобы посеять недоверие между нашими странами – столь неожиданный пассаж Сеймура вызвал скептическую гримасу у француза, но британец не отступал. - Да прямых доказательств у нас нет, и вы вправе мне возразить, что не пойман – не вор и будете правы. Однако если внимательно рассмотреть все имеющиеся в нашем распоряжении факты, образуется весьма интересная картина.

  Англичанин ловко выудил из коробка спичку и торжественно положил её между кофейными чашками.

 - Вначале, по халатности русских жандармов бегает опасный преступник Махно, которого они должны были охранять с особым усердием. При этом с ним сбегают несколько его сообщников, число которых русские не могут назвать точно и начинают они действовать на территории вашего Судана – торжественно изрек британец, но Бурбане резонно возразил.

 - Если мне не изменяет память в конце прошлого века с вашей австралийской каторги также сбежал особо опасный преступник Патрик О, Нели, поимка которого растянулась на несколько лет. Что же касается появления бандитов в Западном Судане, то это вполне понятно. Любой беглец инстинктивно спешит пересечь границу и укрыться на соседней территории. К тому же, Махно анархист, ему необходим простор, а размеры русской колонии ему тесны.

 - Все это так, но благодаря появлению Махно, Фрунзе смог увеличить вооруженные силы колонии. Одна только бригада Котовского вдвое увеличила свою численность, тогда как немцам для поддержания порядка было необходимо около тысячи человек – англичанин положил вторую спичку, но и этот аргумент не убедил француза.

 - Если быть точным, Фрунзе стал увеличивать численность своих войск с приходом в наш регион арабов. Махно стал лишь поводом для продолжения этой тенденции.

 - Прошу заметить удобным поводом – настаивал англичанин.

 - Хорошо пусть будет удобным, но согласитесь ограничивать право белого человека на свою защиту от черных дикарей – невозможно. Я хорошо знаю, к чему могло привести восстание готтентотов, не прояви немцы решимость и твердость в его подавлении.

 - Однако обладая такими силами, господин Фрунзе и пальцем не пошевелил, чтобы оказать вам помощь в борьбе с Махно. Ему очень выгодны ваши трудности в Судане из-за чего вы теряете контроль над этой областью – многозначительно намекнул Сеймур, выложив свой последний довод, но и он не пробил толстую кожу упрямства француза.

 -Точно также как и вам – ехидно уточнил про себя Бурбане, разглядывая спичечную линию британской логики.

 - Границы французских колоний священны и любое несанкционированное появление иностранных войск на их территориях означает начало войны с Францией – важно объявил дипломат, не допуская какого-либо возражения. - Что касается помощи со стороны Фрунзе, то на момент начала похода генерала Брисака, положение в Судане нам не казалось опасным. Предложи он нам тогда помощь в борьбе с Махно, даже без всяких условий, она бы не было нами принята.

  Сеймур понимающе кивнул головой и в этот момент, его собеседник сделал неожиданный ход.

 - Тогда эта проблема не представлялась такой сложной, чтобы просить о военной помощи, но теперь, мы охотно согласны получить её от губернатора протектората Нигерия, генерала Джорджа Льюиса. Она - позволила бы нам навсегда позабыть этот скверный эпизод с британскими минами.

  Француз выжидательно посмотрел на Сеймура, но у того на лице не шевельнулся ни один мускул.

 - Помощь белому человека – белому человеку на таком сложном и опасном континенте как Африка, священная обязанность любого цивилизованного европейца, но не все так просто в этом вопросе. Наша партия одержала победу на парламентских выборах, только благодаря твердому заявлению премьер министра Болдуина, что в ближайшие пять лет будут годами мира для Англии и повышения военных расходов не будет – с расстановкой произнес англичанин, убивая всяческие надежды у Бурбане.

 - Даже для ваших войск находящихся в протекторате? Ведь их численность осталось прежней с тех времен, когда они блестяще разгромили войска кайзера в Камеруне. Я полностью уверен, что генералу Вудстоку не доставит большого труда разгромить шайку беглых каторжников – настаивал француз, но представитель туманного Альбиона был непреклонен.

 - В войне трудно быть полностью уверенным в успехе, особенно когда имеешь дело с таким противником как русские. Генерал Вудсток достойный представитель британской армии, но правительство Его Величества опасается, что война с Махно может затянуться и это даст сильные козыри нашим политическим оппонентам.

 - Прекрасный честный и правдивый ответ союзника! Воюйте с Махно сами, а мы подождем во избежание конфуза нашего оружия. Спасибо! – гневно бросил язвительную реплику Бурбане, - только хочу вам напомнить, что неудача Брисака создала опасный прецедент не только для нашего Судана, но и для вашего протектората Нигерия.

 - Я полностью уверен в том, что получив подкрепление, генерал Брисак или его приемник положит конец деятельности Махно ещё до конца года и даже раньше. Самое главное лишить бандитов тайной помощи Фрунзе.

 - И как вы это видите? Путем установления полной морской блокады Ломе? Но это нонсенс! Лига наций никогда не пойдет на это.

 - Проще и эффективнее нанести по русским удар здесь, в Европе и тогда у них не будет времени для тайных игр в Африке.

 - У моего правительства также как и у вашего правительства нет намерений, начинать с русскими большую войну.

 - Никто не говорит о Большой войне с Россией, господин Бурбане – британец одернул своего собеседника с таким видом, как будто тот сказал серьезную глупость и непристойность. – Речь идет лишь о небольших приграничных конфликтах. Вашим сателлитам Польши и Румынии, имеющим свои территориальные претензии к Москве сделать это будет не трудно.

 - Даже небольшие конфликты стоят денег, а Франция ещё не в полной мере восстановилась после этой ужасной войны. В отличие от Объединенного Королевства.

 - Мы также как и вы пострадали от действия немцев, хотя и не в такой мере. Что касается денег, то в этом случаи их может потребоваться, очень мало. Главное дать гарантии этим государствам, что их действия получат политическую поддержку двумя главными игроками мировой политики в Лиге наций и дело сделано. Они сами найдут деньги на войну, и смею вас заверить, будут стараться на совесть.

 - Вашими бы устами мед пить, господин Сеймур – бросил француз, быстро оценив всю иезуитскую тактику британской дипломатии, таскать из огня каштаны чужими руками. Все грязную работу должна была сделать Франция, тогда как Англия отводила себе роль стороннего наблюдателя. В случаи успеха – мы союзники, в случаи неудачи – виноваты сами.

  Обсуждение вопросов такого порядка было вне компетенции Бурбане, и он решил завершить встречу. Демонстративно отодвинув от себя, пустую чашку с остатками кофе, он холодно взглянул в лицо собеседнику

 - Я обязательно передам своему руководству озвученное вами предложение, господин Сеймур. Можете в этом не сомневаться, но это совершенно не означает закрытия вопроса об оказании протекторатом Нигерия военной помощи против Махно. Насколько я знаю, подобное официальное обращение тщательно прорабатывается специалистами нашего министерства.

  Француз замолчал, но едва Сеймур попытался открыть рот, вновь заговорил.

 - Да, чуть не забыл. Мое правительство не будет оказывать давление на газету «Фигаро» с целью опубликования опровержения своей прежней статьи. У нас знаете, демократическая страна со свободной прессой, где каждый волен излагать свою собственную точку зрения, как это завещал великий Вольтер.

  Англичанин, молча, проглотил полную яда пилюлю и холодно откланялся. Британский лев и французский леопард в очередной раз продемонстрировали невозможность длительного союзничества между собой в мирное время. Но идея озвученная мистером Сеймуром получила продолжение. Пустить кровь чужими руками своему недавнему союзнику, получившему слишком много преференций по окончанию войны, пришлась по душе обитателям Елисеевского дворца. Вне зависимости, доказана его вина или нет.

  Главным орудием в акте возмездия была избрана Польша. Уж слишком много горючего материала осталось в Речи Посполитой, в отличие от Румынии, где антироссийские настроения пошли на спад. Наиболее активные зачинщики молдавского «передела» были ликвидированы руками пограничников и представителями ведомства генерала Щукина. Оставшиеся лидеры молдаван предпочли вести пропаганду со своего берега Сирета и вместо вооруженной борьбы занялись контрабандой.