На обратном пути дети едва не заблудились, потому что в какой-то момент витрины магазинов и уютные переулки стали будто повторяться, двоиться, троиться…

– Совсем как в Италии, помнишь? – дыхание у Спука сбилось от быстрой ходьбы.

– Когда серый призрак хотел поймать нас в ловушку? – уточнила Фантома, которая тоже устала почти бежать. – Славная была поездка!

– Кажется, сюда! – Спук первым узнал нужный поворот, после которого до отеля оставалось пройти пару сотен метров.

Бабаки часто путешествовали, и им приходилось привыкать к разным единицам измерения. Спук и Фантома путались в них и в конце концов прислушались к своей русской бабушке, которая научила их измерять всё в метрической системе. В ней было всё логично и просто. Единицы, десятки, сотни. И никаких хвостиков!

Столовая почти опустела, когда дети добрались до неё. Пришлось жевать остывшие сосиски, пока Тина и Кабус шёпотом рассказывали, что видели усатого постояльца рядом с подвалом, который он закрывал на ключ! Тогда как Мариетта, по её словам, никогда и никому их не доверяла. Спук и Фантома переглянулись: кажется, разгадка близка… Нужно только поймать этого усача в уголке и заставить всё рассказать. А чтобы призрак не сбежал из него, Бабаки будут держать наготове свечение. Призрачными пальцами очень удобно хватать тех, кто привык убегать от обычных людей.

А дети, в свою очередь, рассказали про городской архив. К их разочарованию, родители этому большого значения не придали.

– Ох, это постоянно происходит. Я когда в аспирантуре учился, тонну времени проводил в этих архивах. Там такой бардак всегда! – пожаловался Кабус.

– Я успел! – В столовую вбежал тощий юноша в очках, которого Бабаки окрестили ботаником. – Пожалуйста, накормите меня!

Он забарабанил в закрытую дверь кухни, откуда через некоторое время выглянула недовольная повариха. При виде постояльца лицо у неё смягчилось, потому что внуки поварихи жили в другой стране и ей редко удавалось накормить кого-то настолько худого и голодного. А это чуть ли не главная потребность всех бабушек мира.

Ботаник забрал оставшиеся сосиски и, не глядя на Бабаков, принялся поглощать одну за другой. Перед этим он не забыл надеть наушники и углубиться в очередное видео. Фантома вытянула шею, прищурилась и поняла, что тот слушает какую-то лекцию.

– Нам нужны ещё доказательства, – сказала Тина остальным. – Мы должны быть точно уверены, что призрак выбрал Усача. Но всё это – завтра. Сегодня был сумасшедший день! Нужно отдохнуть. Возвращаемся в номер.

Спук разочарованно вздохнул, Фантома подумала, что попросит Кабуса раздать вай-фай и посмотрит новую серию любимой киноистории. Но оба едва продержались до десяти и уснули как убитые.

Контролировать свечение во сне было трудно, поэтому над кроватями детей висели блики от их рук. Тина на цыпочках прокралась мимо них в ванную, а на обратном пути села между Спуком и Фантомой прямо на пол и осторожно погладила одеяла, чтобы не разбудить спящих.

Как только появились дети, она перестала сомневаться, верное ли решение приняла много лет назад. Когда Кабус сделал ей предложение, а заодно открыл тайну семейного проклятия. Спук и Фантома стоили всех трудностей жизни полупризрака. Тем более что Тине совсем чуть-чуть достались их способности, ведь она была пришлой в роду и в ней не текла кровь того самого Бабаки, с которого всё началось несколько веков назад.

Утром первым вопросом Спука стал:

– Какой у нас план?

Тина, которая уже встала и умылась, что-то задумчиво чиркала в блокноте, сидя в кресле в углу. Вместо неё ответил Кабус, вошедший в комнату детей, чтобы открыть окно:

– Мы пытались поговорить с Усачом, но он постоянно куда-то торопится. Поэтому сегодня начнём с того, что я подсяду к нему в столовой и попытаюсь вывести на разговор. А заодно наладить прямой зрительный контакт.

– А если ему удастся сдерживать себя и зрачки не будут двоиться? – Фантома, зевая, села в кровати.

– Это почти невозможно, когда одержимый призраком человек находится на расстоянии метра. А столы в столовой не шире.

В номере Бабаков царило приподнятое настроение, всем казалось, что призрак будет вот-вот загнан в угол. Усач был главным подозреваемым, потому что он не смотрел в глаза, много ел и имел доступ в подвал. А значит, мог запустить плазменную субстанцию в трубы.

– Сейчас в столовой всё решится, – сказала Тина, пряча блокнот в задний карман джинсов.

Но надеждам семьи полупризраков не суждено было сбыться! Усатый постоялец торопливо спускался по лестнице. Кабус, увидев это, с трудом его догнал:

– Извините! Доброе утро. Я давно хотел спросить… Могу ли я обратиться к вам за завтраком?

Усач удивлённо посмотрел на Кабуса.

– Я не иду в столовую, простите. У меня собеседование. От волнения ни крошки не лезет в рот! Такая реакция на стресс, заедаю, пока есть возможность, а накануне ни-ни. Можем поговорить после. Если всё пройдёт хорошо…

Кабус растерянно смотрел в глаза Усача. Потом опомнился:

– Да, конечно! Удачи вам.

Усач начал спускаться снова, но потом остановился:

– А о чём вы хотели поговорить?

Кабус, потерявший всю надежду, брякнул первое, что пришло в голову:

– А что вы делали в подвале?

– Я сантехник. Там заело что-то, хозяйка попросила глянуть, дала ключ. И скидку. – Усач хмыкнул: – А что?

Кабус помотал головой.

– Я так, просто. Позже. Успехов!

Бабаки спустились на завтрак в подавленном настроении. Казалось, что удача вот-вот повернётся к ним лицом! Но всё пришлось начинать сначала, ведь глаза у Усача были обычными! После того как все съели по порции запеканки и запили её разбавленным соком, Фантома первая вышла в пустой холл. Интересно, почему в простеньких отелях всегда пахнет сыростью? Дешёвым маслом это понятно, на нём готовят еду для непритязательных постояльцев.

За дверью Мариетты играло радио, из столовой слышались приглушённые голоса. Фантома подошла к стойке, провела пальцем по деревянному каркасу, ощущая шероховатую поверхность. Какая-то мысль крутилась в голове и никак не хотела оформиться. В этот момент продавленный диван в углу решил отпустить одну пружину, и она с громким стоном выпрямилась где-то в недрах плюшевого чудовища.

Фантома ойкнула и вместе с тем сразу поняла, что её беспокоит. Исследовать подвал необходимо, это точно. Мариетта не пускает туда в одиночестве никого, кроме сантехников. У родителей могут возникнуть проблемы, если они сунутся туда без спроса. А вот у детей… Детям многое сходит с рук, хотя Фантома считала, что она-то уже точно взрослая. Но почему бы не воспользоваться тем, как видят её окружающие? А Тине и Кабусу о планах дочери знать не стоит, зачем их лишний раз тревожить. Нужно просто проверить подвал.

Когда родители и брат вышли из столовой, Фантома потащила их наверх.

– Что такое? – удивилась Тина.

– Не хочу уроки делать! – поморщился Спук.

– Надо! – отрезала Фантома.

Это был способ задобрить родителей, объяснила она брату позже, когда они закрылись в своей комнате. Заодно лишив родителей доступа в ванную, ведь комнаты были смежные.

– Мы должны попасть в подвал, – шёпотом сказала Фантома.

Она сидела на своей кровати, сложив ноги по-турецки. Перед ней были разложены учебники и рабочие тетради. Спук отложил задачник, уставился на сестру.

– Там что-то не так, – продолжила Фантома, – а нам проникновение может сойти с рук. Родители взрослые, могут даже в полицию загреметь. А нас только поругают. Скажем, что играли. Потому что мне кажется, мама с папой не справляются.

Спук нахмурился. Он был согласен с Фантомой. Тина и Кабус делали много лишних телодвижений. То сводили какие-то расчёты в мамином блокноте. То пытались поговорить с призраком через вентиляцию. То стучали осторожно в сорок седьмой номер и обещали, что помогут. А зачем призраку помощь? Он и так неплохо справляется. Пакостит только так: меняет соль и перец местами в столовой. Посыпает сахарной пудрой котлеты. Стучит в стены и подвывает по ночам. Такое привычное поведение, достаточно мелкое. Это внушало Бабакам надежду, что призрак в отель «Тупик» забрался самый обычный. Не серый, с которым проблем не оберёшься.

– Нужен план, – сказал Спук, – как мы достанем ключи от подвала?

– Сначала сходим и осмотрим дверь. Когда уроки доделаем. Ты с русским закончил?

Тина учила с детьми родной язык, что очень радовало их бабушку из России. Жаль, выезжать к ней Бабаки могли не чаще раза в год. Но после таких поездок они ещё много месяцев вспоминали пирожки с капустой, большую черёмуху во дворе и многочисленных дядь и тёть, двоюродных братьев и сестёр, живущих с бабушкой в одном большом доме. Это всегда было весело, но иногда слишком шумно.

Спук ответил:

– Почти. Ты в курсе, на каком этапе расследования родители?

Фантома прищурилась, глядя в стену:

– Помню, что пытались проникнуть в номер, и не раз. В отличие от нас с тобой, безуспешно. Пытались узнать побольше у Мариетты, но она не может понять, кто стал призраком, ведь никто из постояльцев не умирал в отеле много лет. Зато мама с папой сумели вытрясти из неё логику хаотичной нумерации комнат. По мнению Мариетты, это сбивает с толку призрака и не даёт ему вредничать в полную силу.

– Сегодня попытаются поговорить с Ботаником, он наша предпоследняя надежда, – продолжил Спук, – ведь схватить призрака через того, в кого он вселился, – самый простой способ. И разговаривать так легче. Они современный язык знают. Помнишь того призрака из аббатства?

– Который на латыни говорил? – прыснула Фантома. – Domus propria – domus optǐma! Пришлось искать словарь крылатых выражений, он так ими и сыпал. А интернет там не ловил.

– Весело было, – улыбнулся Спук. – Оказалось, что призрак боится кошек. Сам забаррикадировался в подвале, и мы ему через угольную дверцу туда кошку спустили, помнишь?

Спук замолчал, предаваясь воспоминаниям. И потому не сразу заметил, какими глазами на него смотрит Фантома.

– А что, если… – начала она.

– Не-е-ет, – помотал головой Спук, – мы туда не пролезем. Если здесь такая дверца вообще сохранилась.

– Кухонный лифт тут есть. То есть был. Помнишь, горничная жаловалась? Фрамуга тоже.

– Фрамуга? – удивился Спук.

– Ну окошко над дверью. Когда кондиционеров не было, такие распахивали, чтобы не задохнуться в жару. Помнишь, в гостинице в лесу через такое мама внутрь залезла, когда призрак залил все замки клеем? – нетерпеливо объяснила Фантома.

– Да, кажется помню… Давай уроки сделаем, пусть мама проверит, потеряет бдительность, а мы на прогулку отпросимся.

Сказано – сделано. Тина почти ничего не заподозрила. Только попросила:

– Не лезьте к Мариетте с расспросами, хорошо? Характер у неё сложный.

– Обещаем! – искренне ответили Спук и Фантома.

– Мы на улицу, – объяснила девочка.

– Далеко не уходите, – сказал Кабус.

Дети ещё более искренне ответили:

– Обещаем!

На лестнице никого не было, в холле тоже. Где-то за дверями столовой стучала ножом повариха. Из комнаты Мариетты снова слышалось радио. Спук и Фантома вышли наружу, спустились с крыльца. Засохший цветок всё так же стоял в керамической чаше на ступенях. Если свернуть от него сразу влево, можно было попасть в палисадник. Что дети и сделали. Мелкий гравий, заменявший в тупике траву, захрустел под ногами. Спук и Фантома опасливо посмотрели на окна Мариетты, но они были зашторены. За углом находился вход в подвал: ступеньки вели вниз, их ограждал кованый заборчик. Дети обошли его и двинулись дальше, мимо глухой стены соседнего дома.

– Вряд ли эта дверца расположена у фасада, – предположила Фантома.

И оказалась права. Дверца для угля, через которую в старые времена подавали топливо прямиком в подвал, нашлась с другой стороны здания. Здесь был крохотный, пустой дворик, кругом порыжевший от времени деревянный заборчик, в углу пара вёдер да металлический сор.

– Смотри, здесь какая-то улочка! – Спук подошёл к забору и выглянул в дырочку.

– Ну да, угольщики здесь и ездили, а ещё разные молочники да службы. Ведь парадный вход был не для них. Как думаешь, мы влезем? – Фантома осторожно потрогала тяжёлую металлическую дверцу в стене отеля.

– Думаю, да. Повезло! – Спук вернулся к сестре и попытался поддеть створку. – Чем бы сковырнуть?

Фантома нашла в углу обломок железного обруча:

– Подойдёт?

Дверца открывалась сверху вниз, и потому детям помогла не только удача, но и гравитация. Ведь закрыть на замок такой проём невозможно, только плотно прикрыть. И даже если он прикипел к стене от времени, несколько минут усилий – и правильный инструмент сделал своё дело. Тёмный проём открылся с грохотом, от которого Фантома прикрыла уши. Дети замерли, ожидая, что кто-то выглянет и начнёт их ругать, но все окна вокруг, включая окна «Тупика», смотрели безмолвно и слепо. Фантоме показалось, что жалюзи над ними качнулись. Она присмотрелась, но ничего подозрительного не обнаружила.

– Там жёлоб? – Спук вытащил телефон и включил режим фонарика, чтобы заглянуть внутрь. – Ай! Вот чёрт!

Телефон укатился в недра подвала с дребезжанием, а потом замер где-то в глубине.

– Балда! – отчеканила Фантома.

– Нам всё равно туда лезть! – ощетинился расстроенный Спук.

Забираться в подвал через маленькую дверцу было противно и трудно. Края жёлоба оказались острыми, а едкий угольный запах не выветрился даже спустя десятилетия. Фантома карабкалась внутрь, как каракатица, пока запоздало не испугалась:

– Мы же перепачкаемся!

– Ну и что? – Спук был решительно настроен вернуть телефон. – Смотри, куда наступаешь внизу, не раздави.

– Фу-у, – пробормотала Фантома, когда сумела спуститься в подвал.

Свет едва проникал через дверцу высоко в стене. Дети оказались в маленьком помещении, отрезанном от остальной части подвала.

– Мы в тупике? – Спук нашёл телефон, вздохнул над треснувшим экраном и спрятал его в карман.

– Как бы да, – язвительно ответила Фантома.

– Ты же поняла, о чём я! Ой, гудит.

Действительно что-то гудело неподалёку, создавая вибрацию и гул.

– Так, сюда, – скомандовала Фантома, включив фонарик в своём телефоне.

За узкой чёрной дверью, которая с трудом поддалась, открылось новое помещение с вентилями и трубами.

– Сюда ходили мама с папой, – отметил Спук.

– Так, а это что? – Фантома закрыла ладонью диод телефона. – Ой.

Спук нервно сглотнул. На вентилях, на стенах, кое-где на полу светились едва заметные пятна. Родители не могли их разглядеть, ведь они спускались сюда при свете. Только одно создание мира духов могло оставить такие следы.

– Серый призрак, – тоненько сказал Спук.

Ба-бах! Где-то снаружи захлопнули угольную дверцу. Фантома и Спук оказались отрезаны от внешнего мира в помещении, где совсем недавно побывал самый опасный призрак из всех существующих.