Зажатая между стеной и широкой грудью Ареса, я чувствую, как его зубы покусывают мою нижнюю губу. Его язык прокладывает себе путь, начиная непрестанный танец в моем рту.

Это беспорядочный поцелуй. Поцелуй двух людей, которые больше не могут быть врозь и желают друг друга так сильно, что любого контакта всегда будет мало. Это жажда, которая обжигает горло, и которую не утолят и два литра ледяной воды.

Я обвиваю руками его шею, притягивая к себе. Арес спускает руки на мою талию, а затем заводит их мне за спину, засовывая в задние карманы моих джинсов.

Я раздвигаю ноги, позволяя его бедру скользнуть между ними.

Этот жест заставляет его застонать.

— В своей комнате спит твоя сестра… — шепчу я с трудом. Мне не хватает воздуха, но мне всё равно мало.

Он не сбавляет темп ни на секунду. — Мне насрать, — отвечает он, и еще один хриплый стон поднимается из его горла, взрываясь у меня в ушах.

— Она услышит, — настаиваю я, лишь для проформы.

На самом деле даже мне плевать.

Арес вынимает руки из моих карманов и переносит их вперед. Его длинные пальцы возятся с пуговицей моих брюк и расстегивают ширинку. — Меня — вряд ли. Тебя? Посмотрим.

— Что ты имеешь в ви…

Он прерывает меня быстрым и грубым поцелуем, затем замирает совсем рядом с моим ртом, тяжело дыша: — О чем ты думала, Хелл? Что я смогу еще долго не касаться тебя? Исключено. Ты будто родилась с единственной целью — сводить меня с ума, блядь.

Я не могу даже вздохнуть.

Но Арес еще не закончил.

— Я устал бегать за тобой как жалкий кретин. Устал быть неловким и смешить тебя. Я хочу трахать тебя всю ночь, каждую ночь. Хочу видеть тебя на коленях передо мной, хочу раздвинуть тебе ноги и… Боже, — восклицает он, не в силах продолжать.

Мой мозг не хочет напрягаться и искать слова, он слишком занят тем, что осознает тело Ареса, прижатое к моему, и его руки, которые забираются под худи и останавливаются прямо под бюстгальтером.

— Я не верю ни в какого бога, Хелл, — шепчет он. — Но если ты разденешься и позволишь мне делать всё, что я пожелаю, я мог бы начать благодарить Его каждую ночь до конца своих дней.

Мои руки дрожат, когда я касаюсь края своих брюк и начинаю тянуть их вниз. — Всё, чего желаешь ты, — это и моё желание, — признаюсь я.

Вспышка удивления озаряет его лицо, прежде чем её сменяет более мрачное и лукавое выражение.

Арес хватает ткань моих джинсов и стягивает их одним резким движением. Он исчезает из поля моего зрения лишь для того, чтобы скинуть с меня обувь и помочь окончательно избавиться от одежды.

Он медлит несколько мгновений. Облизнув губы, он снимает с меня и белье. Я вижу, как дергается его кадык, стоит ему увидеть меня, полуобнаженную, перед собой.

Вместо того чтобы опуститься на колени ради большего удобства, он закидывает мои ноги себе на плечи.

— Держись, — бросает он и тут же отрывает меня от земли, прижимая спиной к стене.

У меня вырывается сдавленный звук — то ли от неожиданности, то ли от предвкушения того, что сейчас произойдет.

Я тщетно ощупываю стену в поисках хоть какой-то опоры. — Я не знаю, за что держаться, Арес, я не…

— Прислонись к стене и хватай меня за волосы.

Он впивается пальцами в мои ягодицы и, не теряя ни секунды, зарывается лицом мне между ног. Язык Ареса проходится по всей длине моих влажных складок.

Он давит сильно, не ограничиваясь поверхностью, и мои глаза непроизвольно закатываются от наслаждения.

— К черту очки, они мешают лизать тебя как следует, — бормочет он, слегка отстраняясь. Высвобождает одну руку и срывает оправу с лица, цепляя её за воротник своей белой футболки.

Мои ноги сводит судорога.

Арес снова прячет лицо между моих бедер, начиная вылизывать меня с неистовством отчаявшегося. Его движения настолько порывисты, что я едва не теряю равновесие.

Кажется, он это чувствует; не прекращая ни на миг ласкать мой клитор языком, он хватает мою руку и направляет её к своим волосам, призывая вцепиться в них, чтобы найти вторую точку опоры.

Я запускаю обе руки в иссиня-черные пряди Ареса. Я не хочу причинять ему боль, но его движения слишком энергичны, и я сжимаю волосы так сильно, что заставляю его запрокинуть голову.

Он издает короткий, прерывистый смешок и облизывает губы, пропитанные моими соками. — Чертовски больно, Хелл, — он намекает на мои пальцы, вырывающие его волосы. — И мне это безумно нравится. Не останавливайся.

Вырываясь из моих рук, он снова подается вперед, чтобы продолжить с того места, где прервался. Кончик его языка бьет по клитору, затем его губы всасывают плоть, а зубы осторожно покусывают. Он вкушает каждую каплю моего возбуждения.

Зрелище его лица, погруженного между моих бедер, заставляет меня течь еще сильнее. Я тяну его за волосы, вызывая хриплый звук, в котором смешались боль и экстаз.

Волна жара воспламеняет низ моего живота, настолько мощная, что мне кажется — я сейчас кончу.

Мне приходится с силой прикусить щеку изнутри, чтобы не закричать как безумная; наслаждение пульсирует, оно так прекрасно, что я не хочу достигать финала прямо сейчас, но в то же время готова бежать за ним до самого конца и вопить так, будто в этой комнате только мы двое.

Всё еще цепляясь за его волосы, я подаюсь бедрами вперед, перехватывая инициативу. Арес замирает, возможно, раздосадованный моим желанием контроля, но затем крепко обхватывает мою талию, подстраиваясь под мои движения.

Он отстраняется лишь на миг, чтобы подзадорить: — Умница, ни на секунду не прекращай.

Эта фраза окончательно выталкивает меня за предел. Но когда его пальцы впиваются в мои бедра, чтобы с силой притянуть к своему рту, оргазм накрывает меня, лишая дыхания.

Я широко разеваю рот, и как только Арес это замечает, он вскидывает руку и прижимает ладонь к моим губам, заглушая мой крик о свою кожу. От оргазма я окончательно теряю равновесие и заваливаюсь в сторону, даже не пытаясь смягчить падение.

Арес бросается мне на помощь, хоть и столь же неловко. Пытаясь уберечь меня от удара об пол, он задевает подставку для зонтов у входа и опрокидывает её. Грохот разносится по комнате, но я едва его слышу, всё еще находясь во власти подаренного мне удовольствия.

Арес продолжает прижимать ладонь к моему рту. Он убирает её лишь тогда, когда ему кажется, что я успокоилась.

Он ложится рядом со мной с нечитаемым выражением лица.

Я смотрю на него вопросительно, так как сил спрашивать сейчас нет. Он опускает руку, и без всякого предупреждения я чувствую, как его палец скользит мне между ног. Проходит всего пара секунд, прежде чем он проникает в меня средним пальцем, уходя на глубину.

Острый стон срывается с моих губ.

Арес двигается внутри меня несколько секунд, а затем подносит руку к лицу. Он облизывает палец, не сводя с меня глаз, пока не слизывает всё до последней капли моей влаги.

— Арес… — нахожу я силы прошептать.

— Я с тобой еще не закончил.

В мгновение ока Арес поднимается и берет меня на руки, заставляя обвить голыми ногами его торс. Он идет вслепую, в полной темноте комнаты и без очков. Врезается в дверной косяк и тихо матерится, заставляя меня негромко рассмеяться.

Его ладонь впечатывается в мою ягодицу. — Ты что, смеешься надо мной, Гений?

Второй шлепок, сильнее первого, заставляет меня вздрогнуть. От наслаждения.

— Веди себя хорошо. Или я припечатаю тебя к стене, и следы моих ладоней останутся на твоей заднице на всю жизнь.

Он заходит в мою спальню, пинком закрывает дверь и несколько секунд шарит рукой, прежде чем нащупать ключ и трижды провернуть его в замке.

Арес бросает меня на кровать. Я приземляюсь на спину, беспомощная и уже тоскующая по тому контакту, который между нами прервался.

Он ухмыляется, видя меня такой — во всем для него. Снимает куртку и бросает на пол, одновременно скидывая обувь. Я тянусь к нему, сгорая от желания сорвать с него одежду и снова увидеть его обнаженным.

Арес цепляет край футболки и тянет вверх; швыряет её за спину, и когда звук удара о пол оказывается совсем не таким, какой должен издавать хлопок, он хмурится.

— Черт, очки висели на воротнике.

— Хочешь пойти под… — пытаюсь я.

Он прерывает мою попытку еще одним быстрым поцелуем. — Плевать мне на эти очки.

Мои пальцы дрожат до неприличия, но я подношу руку к ширинке его брюк и провожу ладонью по его эрекции, которая давит на ткань джинсов в ожидании свободы.

Арес запрокидывает голову и с силой втягивает воздух. — Хелл, — предупреждает он.

Я потираю сильнее, покусывая губу.

— Хелл, — повторяет он.

Я расстегиваю пуговицу на его брюках и тяну за бегунок молнии. Арес не ждет ни секунды: заканчивает дело сам, стягивая джинсы вместе с боксерами. Он останавливается лишь для того, чтобы достать презерватив из кармана. На время кладет его на тумбочку.

Я с трудом сглатываю и поднимаю взгляд, чтобы впитать всю его фигуру.

У него нет горы перекачанных мышц, но тело упругое. У него стать хищника — гибкого и стройного. Кожа гладкая, розоватая, более живая, чем в день нашего знакомства. Широкие плечи сразу приковывают взгляд, как и мраморная грудь и живот, сужающийся к талии. Темные волоски украшают низ живота под пупком, ведя прямиком к паху.

— Я не ставлю тебя раком только потому, что на этот раз хочу видеть твое лицо, чтобы ты знала.

Его слова пачкают тишину созерцания, в которой я затерялась, и вновь зажигают каждую клеточку моего тела. В мгновение ока я снова становлюсь влажной и нуждаюсь в нем сильнее, чем прежде.

Я быстро избавляюсь от худи, и Арес выхватывает его у меня из рук, чтобы отбросить назад, туда же, где валяется его одежда.

У меня нет времени расстегнуть лифчик, потому что он уже нависает надо мной, лишая кислорода яростным поцелуем. Я тщетно вожусь с застежкой, отвечая на движения его языка, который будто хочет трахнуть мой рот.

Арес перехватывает мои запястья и вытягивает руки перед собой, заставляя меня сдаться. После чего его ладони ложатся на мою грудь и опускают чашечки бюстгальтера, наполовину освобождая меня.

Я задыхаюсь ему в губы от неожиданности. Арес пользуется этим, слегка надавливает мне на плечи и опрокидывает навзничь, на прохладный матрас.

Последнее, что осталось — его повязка. Он снимает её.

Это единственный предмет, который он не швыряет небрежно в сторону. Он кладет её на тумбочку слева от меня и опускается на колени на кровати, обнаженный и прекрасный, как демон.

Может, в этом и кроется различие между Аресом и остальными Лайвли. Они все красивы и походят на настоящих богов. Но Арес при этом еще и притягателен, как зловещий, проклятый демон.

Его руки хватают меня за бедра и широко раздвигают ноги, открывая меня ему. Его взгляд, однако, блуждает по всему моему телу. — Я не могу как следует разглядеть тебя глазами, — бормочет Арес, терзаемый чистейшей неудовлетворенностью. — Поэтому мне придется наслаждаться изгибами твоего тела губами.

Я задерживаю дыхание, когда он склоняется надо мной. Его эрекция задевает внутреннюю сторону моего бедра, но его рот ловко переключает всё внимание на другое.

Начинается настоящий танец, путешествие, в котором его язык всасывает и ласкает каждый сантиметр моей кожи. Он начинает с виска, где оставляет неожиданно нежный поцелуй, и продолжает до самого уха, чувственно прикусывая мочку. Он берет штурмом мою шею, заставляя меня выгибаться на матрасе и отчаянно стонать.

Я сжимаю его затылок, пока он продолжает исследовать каждый изгиб моего тела своим ртом. Он целует мои плечи и проводит губами по внутреннему сгибу локтя. Осыпает мелкими поцелуями грудную клетку и спускается к груди.

Он не церемонится. Это не в его духе. Он широко раскрывает рот и захватывает мою правую грудь, полностью всасывая её. Я прижимаю его голову к себе, не в силах насытиться.

Не знаю, как я жила всё это время без его губ на моем теле и без его языка, клеймящего меня своей влагой. Знаю лишь, что сейчас позволила бы ему продолжать это вечно.

Арес отстраняется и выводит воображаемые круги вокруг соска. Он осторожно покусывает его и посасывает с такой же нежностью, заставляя меня поджимать пальцы на ногах. Каждый нерв в моем теле наэлектризован.

— Ты идеальна для меня, — шепчет он.

Я обхватываю его лицо и притягиваю к себе, чтобы поцеловать со всей страстью, на которую способна, надеясь, что он это почувствует. Раздвигаю ноги еще шире и устраиваюсь так, чтобы он мог войти без труда.

Я подаюсь тазом вперед, умоляя его.

Арес усмехается. — Чего ты хочешь, Гений? Меня?

— Да, — вырывается у меня хриплый стон.

— Скажи мне это. Вслух. Скажи, что хочешь меня. Это всё, что я всегда мечтал услышать от кого-то, рано или поздно. Убежденный, что никогда не стану чьим-то выбором, убежденный, что меня даже не рассматривают как вариант. Но сейчас я хочу слышать это только из твоих уст. Мне важно быть желанным только для тебя. Скажи, что хочешь меня, что я — единственный, кого ты хочешь сейчас и захочешь всегда.

— Арес…

Он протягивает руку, чтобы достать яркий пакетик с презервативом. Разрывает упаковку зубами и сплевывает остатки пластика.

— Я хочу, чтобы только ты укрощала мой хаос. Хочу, чтобы именно ты заполняла и освещала каждую мою пустоту и тьму.

Он надевает презерватив, поглаживая член по всей длине.

Сначала я не понимаю, что именно он мне говорит. Эта последняя фраза звучит загадочно — что-то, что, кажется, понятно только ему одному. И, несмотря на мой сомневающийся взгляд, он ничего не объясняет. Наверное, сейчас не время.

Я подаюсь вперед, приникая к его уху. — Я хочу тебя, Арес. Хочу так, как не захочет ни одна другая. Ты — мой выбор. Я выбираю тебя. Я тебя…

Голос умирает в горле, потому что его таз делает резкий толчок, и он входит в меня одним махом. Погребает себя внутри, до самого конца.

Я закрываю глаза от наслаждения.