Лайелл дал нам два дня.

Просто потому, что именно столько времени требовалось, чтобы оформить все документы для вывоза драгоценностей. Именно этим он и занялся после того, как напомнил Делано, что уплатить сумму за часть его наследства он может в любой момент, а значит, все же держит все под контролем.

Хоть кто-то из нас двоих не терял головы.

– Ну, мистер Делано, – развлекалась я, – вы сюда пришли не жениться. Что вы застряли у контейнера со змеей? Ничего же особенного, серая, страшная, как вся ваша жизнь.

– Плюющаяся мамба, – сказал Делано и хотел было потыкать в стекло пальцем, но передумал.

– Да за что вы меня так оскорбляете?

– Попадает точно в глаза. Увидите такую, если увидите, лучше бегите. Хотя не поможет.

Я скептически посмотрела на змею, затем на табличку. Потом мне захотелось подбить Делано второй глаз.

– Я неплохо умею читать, мистер Делано. Тут написано, что она водится гораздо севернее. И да, мы сюда за клеткой пришли. Конечно, я понимаю, обидно, что за вас платить будет женщина, но не надо быть таким шовинистом. Будьте проще!

И пока Делано мрачно пялился на змею, я бодро поскакала к прилавку с клетками.

– О Тени! – воскликнула я, затормозив по пути. Было на что посмотреть!

У стены стоял огромный террариум. Светлые и темные моллюски с коричневыми раковинами застыли каждый где хотел и чуть шевелили рожками.

– Вот это жизнь, – с завистью сказала я. – Хочу так же.

– В чем проблема? – Нарисовался! Я думала, змея его там заплюет. – Купите себе стеклянный дом, положите еду и размножайтесь в свое удовольствие.

Иногда у меня получался тот взгляд, который вводил людей в заблуждение. Несмотря на то, что вокруг были дети, я осторожно придвинулась к Делано – м-да, его бы надо переодеть, он же так и ходит побитый и рваный! – и низким голосом проговорила:

– Мне показалось, что в ваше тоже? Ну, там, в подсобке? – И игриво повела бровью.

Делано покраснел, я живо влепила себе плюсик. Но в самом деле, в подсобке вышло все хорошо?

– Птицы, сэр, – напомнила я. – Клетки. Стоп-стоп, не здесь, не сейчас!

Реванш был взят, я поспешила к клеткам.

Но Делано пришлось повозиться. Нам нужна была точная копия, потому что Лайелл с Делано не договорились насчет того, что сначала: оплата долга или поимка птицы. Приобретение клетки казалось на первый взгляд безопаснее.

И скучнее определенно. Следующие полчаса я, прислонившись к стене, наблюдала, как Делано заставляет продавцов носиться туда-сюда, примеряет клетки чуть не себе на голову и продавцам заодно, что-то взвешивает, прикидывает, измеряет… И несмотря на то, что энтузиазм его красил – я даже залюбовалась, как глаза у него горят – нервы сдали.

– Я вам сейчас надену первую попавшуюся и мы пойдем домой! – рявкнула я. – Попугаю не все ли равно?

– Нет, – отрезал Делано. – Мне нужно полмиллиона пиастров. Клетка и все, что в ней должно быть.

– Она из платины, что ли? – буркнула я, но деваться мне было некуда. К местным особенностям электроники я немного привыкла, но сердце неприятно екало, когда платеж вроде бы проходил, а терминал зависал.

И пока я стояла, в очередной раз понимая, что с магической инженерией в Гануа все плохо, услышала за спиной голос Делано:

– Не оборачивайтесь, за нами следят.

– Да ну? – удивилась я. – Кто?

– Понятия не имею. План «Б». Еще триста тысяч за птицу.

– Какую птицу? – чуть не заорала я.

– Тихо, – прошептал Делано мне в ухо и сжал плечо. – Птицу вам в подарок. Понимаете, нет? Вы захотели себе попуга…

– Я не хочу попугая! – попыталась вывернуться я.

– Захотели, потому что я вам не отдал тех, которые принадлежали доктору Крэсвеллу. Это легенда.

– Вам бы книги писать, – вздохнула я и прислушалась к ощущениям. – Эротические. Не пробовали?

Делано отодвинулся. Ну вот, с досадой подумала я. Но мафия напрягала. Это была ифрикийская мафия, если, конечно, Делано не врал. В том самом смысле, что тут не так давно людей вообще продавали в рабство… Ну или никто не знал, куда они пропадали.

Терминал издал мышиный писк, выплюнул чек, и нам вручили клетку, украшенную всякой ерундой – точную копию той, которая была сейчас в развалюхе моего деда, а потом, когда Делано показал куда-то пальцем, посадили туда попугая, а мне пришлось опять знакомить телефон и терминал.

– Дайте сюда, – взмолилась я, уже понимая, что оплата затянется. Ну и мне очень хотелось сбить кое с кого спесь. – Уберите сканер, мисс, на расстояние не менее фута от монитора.

Теперь должно было получиться. Я покусала губы – Делано был занят своими приобретениями. Как досадно. Но я наивно рассчитывала на должный эффект.

Никакие «эманации магии», конечно же, не видны. Это все антинаучно и восторгает только глупеньких барышень. Но если знать, как распределяется полярность, как взаимодействуют между собой различные поля и что чему, собственно, мешает в работе – обычная инженерия, ничего сложного. А если поднести к терминалу телефон с включенной передачей данных, то он не считает данные платежа, как уверяют псевдо-эксперты, а всего лишь усилит прием самого терминала. Раз этак в пять.

– Ва-а-ау! – округлила глаза помощница продавца, и даже сам продавец забыл про клиентов. Не успела я считать отпечаток пальца, как платеж уже прошел, и, судя по реакции, это было практически чудом. – Как вы это сделали, мисс?

– Доктор, – скромно поправила я. – Всего-то нужно убрать подальше от терминала более сильные приборы, которые питаются от сети, ага?

Вообще-то у меня было жгучее желание оторвать какой-нибудь прибор от сети и примотать кабель Делано на шею. Никакого восхищения чистой наукой!

Ну или клетку ему на голову и попугая в зубы.

На пороге я чуть не споткнулась. То есть – не налетела на Делано. Он стоял и загораживал себе клеткой обзор – что он там видел? Попугай метался по жердочке туда-сюда и противно орал.

– Не крутите головой, – предупредил Делано. – Пошли в машину.

Машину мы взяли напрокат в отеле. Так себе вариант, но хотя бы с кондиционером и автоматической коробкой передач. Делано, который уселся за руль, постоянно дергал рычаг, а мне казалось, он хочет ухватить меня за коленку.

Я не видела ничего подозрительного. Обычная ифрикийская улица, народ бегает, все вопят, торгуют всякой всячиной и жарко. Поэтому решила, что Делано поднимает панику на пустом месте. Но, может, и нет, в конце концов, я не знала, кому он успел наступить на хвост. И если какой-нибудь обиженный мафиозо намерен закатать его в быстро твердеющий на солнцепеке бетон, то я надеялась соскочить. Я ни при чем, раз, два, я иностранка, три, у нас все оплачено.

Но это я так себя успокаивала.

Делано пристроил клетку в пикап, накрыл ее светлой тряпкой, чтобы птица прекратила орать, и сел на водительское сидение. Я плюхнулась рядом и подставила колено поближе к рычагу переключения передач.

– Поцелуйте меня, – велел Делано.

– Вы чего, перегрелись? – осклабилась я. – Или что? Или подсобка?..

– Сделайте счастливое лицо и поцелуйте!

Не то чтобы я подчинилась приказу. Но если он сам никак не осмелится, почему бы и нет?

– А кто вам физию расколошматил? – поинтересовалась я, практически касаясь губами его губ. – Обманутый муж? Или сама девица?

Вместо ответа Делано притянул меня к себе и взял инициативу в свои руки. Тени, я уже начала думать о нем неладное, но целовался он очень неплохо. Я хмыкнула и опустила руку в район рычага переключения передач.

– Вот это не надо, – сказал Делано, слегка отстраняясь. – Мы же это все не всерьез.

– Да? – глупо спросила я. – А тогда зачем?

– Чтобы тот, кто за нами следит, считал, что вы меня благодарите на птицу.

– Ничего себе у вас нравы, – прошипела я ему в разбитую физиономию. – Хорошо, что вы «мне» не купили слона, тут вся улица бы сбежалась смотреть, как я вам благодарна.

Честно – у меня мелькали сомнения, что за нами вообще кто-то смотрит. Делано мог и выдумать, чтобы набить себе цену. Я покашляла, села на своем сидении прямо и спросила:

– Ну, чего ждем? Пока рычаг вернется в нерабочее состояние?

– Мы едем к дому доктора Крэсвелла, – просветил меня Делано. – Будем пытаться привлечь Бимпо звуками, клеткой и едой. Он, конечно, напуган, думаю, дальше чем на две мили не улетит, но ко всему нужно быть готовым. На всякий случай заедем купить палатку и все остальное.

– И вас надо переодеть.

– Не надо, – отмахнулся Делано. – Если все пойдет хорошо, я все равно буду такой же оборванный.

– Кстати, куда мы денем вторую птицу?

– Кстати, как мне к вам обращаться? Доктор Крэсвелл? Каждый раз, когда я хочу это произнести, у меня перед глазами встает, извините, ваш дед. Тот еще паршивец и сволочь, хоть о покойниках плохо не говорят. Да?

– Да. Можете называть меня Дэй… А вас… – Тут у меня в мозгу что-то щелкнуло. Что? Тени, за что мне такие совпадения в жизни? – А нет, не можете, давайте останемся при своем.