– Так что вы там говорили про мафию?

О да, надо было с этого и начать. Лицо Лайелла вытянулось. Кажется, подобного он не ожидал.

– Нам сейчас завтрак принесут, – заметил мой обычно невозмутимый брат.

– На двоих, – кивнула я, – а мистер Делано доест, что останется. Судя по всему, это будет последний раз в его жизни.

– Дэй, а что ты с ним сделала? Почему он избит и в рваной одежде?

– Это не я, – я выставила вперед руки. – Я его уже в таком виде нашла.

– И привела сюда? Кстати, а что там за вопли в коридоре?

– Не обращай внимания. Мистер Делано слишком громко орал.

– Пока ты его тащила в номер? Дэй…

– Ничего, что я здесь стою? – завопил оскорбленный Делано.

– Стойте, стойте, вы нам не мешаете…

На самом деле Делано мешал. Мне нужно было узнать, что успел сделать Лайелл, и лишние уши мне были совсем ни к чему. Оборвать их, что ли…

– А как ты так быстро вернулся? – спросила я, чтобы немного расслабиться. Оно действительно любопытно, Лайелл же только недавно уехал.

– Вообще я прошел мимо вас, – усмехнулся он. – Вы так мило ворковали, мистер Делано, конечно, выглядел немного помятым, но не настолько, чтобы мне пришлось вмешиваться. Я правильно понимаю, местный крестный отец выпытывал у вас, где спрятаны сокровища? Вы сидеть-то хоть можете?

И этот человек упрекал меня, что я цепляюсь! Делано вздохнул. Может быть, мы достали его подколами, но другого он не заслуживал. Он расправил порванные штаны, посмотрел оценивающе на дырку на колене, сел в кресло и закрыл глаза.

– Сэр! – окликнула я. – Ну вы сюда что, спать пришли?

– Как я уже сказал, я не рассказывал им про клад, – буркнул Делано. – Но я боюсь, они сами обо всем догадались. Не спрашивайте откуда. Понятия не имею.

– Вероятно, наш дедушка именно им и должен ту сумму, которая была в наследстве как «три долговые расписки», – проворчал Лайелл. – И что они вам сказали?

– Да, собственно, ничего, – пожал плечами Делано с видимым равнодушием. Хотя было видно, что ему сильно не по себе. – Мне кажется, что за мной постоянно следят.

– Это бывает, – сказала я точно с таким же безразличным выражением лица. – Называется «паранойя», не знаю, лечится ли, но купируется бесспорно, так что не все потеряно.

Делано открыл глаза, посмотрел сначала на Лайелла, потом на меня. Вид у него был такой, будто он хочет в чем-то признаться, но опасается выхватить. Так-так-так…

– Я, конечно, не говорил прямо…

«Но намеки разве что не орали», – закончила я про себя. Как это выглядело? «Я скоро разбогатею», «Мне нужно немного времени, и я весь этот город у вас куплю». Да ему последние мозги, я смотрю, вышибли…

– Но им оказалось достаточно, так? – прищурился Лайелл. – Значит, я сделал правильно, что заявил о намерении выкупить вашу долю.

– Отлично! – мрачно согласился Делано. – Теперь нам остается попробовать поймать Бимпо. Для начала мне нужно совсем немного – клетка…

– Нет.

– Но без нее я не смогу его приманить. И да, раз уж разговор такой откровенный, вы обещали завтрак?

Я взглянула на Лайелла, а потом на дверь. Завтрака не было, а голодный Делано был очень морально устойчив. Может, попробовать его напоить?

– С голоду вы явно не помираете, – фыркнула я. – Так что там с откровенностью? Вам понравилось, что было в подсобке?

– А что было в подсобке? – встрепенулся Лайелл. Я махнула рукой:

– Мистер Делано все никак не выдавит из себя подробности общения с местными мафиози. Кстати, те люди в холле среагировали на это слово, но это мелочи, они просто туристы. Но вот что я запомнила: «Мне надо успеть найти попугая раньше, чем это сделает местная мафия». Из чего я делаю вывод, что бедная птичка уже герой боевичка. Жаль, что я не пишу книги, пропадает такой сюжет.

– Есть один человек, – сказал наконец вкрай пристыженный Делано и отвернулся, – мне кажется, я… разозлил его? Только не могу понять чем.

– Если он не попытался вас пристрелить или набить вам лицо, откуда такие выводы? – хмыкнул Лайелл. – О, вот и завтрак. Дэй, будь так добра… Нет, мистер Делано, вы сидите, а то сожрете все до того, как успеют расставить. Так вот, откуда выводы?

На какое-то время нам пришлось замолчать. Лайелл притворялся, что горничная – или кто она там была – вообще не привлекает его внимание, а Делано хоть бы постыдился.

– У вас слюна на тарелку капает, – фыркнула я. – На мою, между прочим. Так смотреть на женщину – это сексизм.

Дверь закрылась, горничная ушла, и мне показалось, мне она подмигнула, а Делано адресовала неприличный жест. Ну да, ему можно, он не постоялец отеля и вид у него такой, что не грешно, право слово.

– Про человека, – напомнил Лайелл, – которого вы разозлили. – Вот кто-кто, а он нить разговора никогда не терял.

– Спиногрыз, – ответил Делано и протянул руку к маффину. Я тут же отставила тарелку подальше и сунула ему обычную булку. – Я так понял, он если и не глава, то кто-то вроде бухгалтера. И мне кажется, что он недоволен.

– Почему?

– Потому что он знает больше, чем я им сказал?

Я ударила Делано по руке и отобрала маффин. Потом посмотрела на Лайелла.

– Если они догадаются, в чем проблема, чем это чревато для нас?

– Нам просто нужна клетка. Хорошо… – Лайелл спокойно отпил кофе, а потом продолжил абсолютно спокойным голосом: – То, что там висит. Я в курсе, что Бимпо тыкает клювом побрякушки и выдает координаты сокровища. Поэтому когда я сказал «поехал решать с птичками», я всего лишь купил замену… кое-чему. Уверяю вас, попугай ничего не заметит. Мистер Делано, десять миллионов и вот это. И мы оставляем вас один на один с местной мафией, ждем, пока господин нотариус получит с курьером письмо, отправляемся к нему в контору, затем едем в банк… Да, еще кое-что решить надо…

Да-да, драгоценности. Значит, Лайелл отправил курьера, а сам приобрел на рынке – ну, весьма похоже, почему бы и нет. Носят же люди поддельные ордена?

– Что это? – нахмурился Делано и попытался воспользоваться моментом, чтобы схватить еще что-нибудь со стола, но я была настороже. – Попугайская игрушка?

– Королевское сердце. Слушайте, хватит уже жрать не свою еду? Нате вот и перебьетесь. – Я вручила Делано еще одну булку и взяла у Лайелла ну так себе реплику, конечно, но попугаю однозначно сойдет. – Это часть наградного герба, которым на Островах жалуют вместе с рыцарским званием. Не спрашивайте, почему наш дед прихватил это, когда бросал дом, жену и детей. Оно ему даже не принадлежало, рыцарь – отец нашей бабушки. Но он один из первых людей в королевстве, кто получил герб за заслуги в области права, поэтому…

Лайелл смущался редко. Слишком редко, сейчас был такой случай. Мне стало совестно, потому что, по-первых, с нами находился Делано, человек посторонний и порядочный гад и трепло, во-вторых, мы отвлеклись, и Делано тут же сожрал шоколадную пасту.

И взял происходящее в свои руки. Да, язык мой – враг мой.

– Нет, – легко ответил Делано и приговорил-таки маффин. Вот так и бывает – расслабишься, тут тебе и конец.

– Для человека с битой мордой, – металлическим голосом отчеканила я, – вы многовато себе позволяете. Что значит нет?

– То и значит. Я не буду менять то, что мне принадлежит по закону, на то, что вы купили на местном рынке.

– Еще полчаса, и вам принадлежать ничего не будет.

– Или я заплачу и сам получу свою долю.

Я выдохнула. Может, приложить его подносом, чтобы был сговорчивее?

Но да, он имел на это право! В конце концов, мы только могли воспользоваться ситуацией, но Делано запросто мог заявить о положенной ему законом отсрочке.

Или нет, но судя по тому, что Лайелл молчал, все же мог. Это что же, мы проиграли? Рано выложили свои карты?

Я даже есть расхотела. Как так-то вообще?

– Хорошо, – сказала я. – Будь по-вашему. – Наверное, я зря опять влезла, Лайелл бы что-то придумал. – Перемирие. Ищем вашего попугая все вместе. Условие: я вас не достаю, а вы отдаете мне сердце. Украшение! А то еще руку предложите.

– Кровопийца, – пробормотал Делано.

Это согласие или комплимент?