Довольный Гена взял из кузова мотороллера последние чемоданы. Рядом, наблюдая за этим процессом, стояла Наталья Николаевна. Она была очень рада за Гену.

– А я говорила тебе: решу вопрос, я же в мэрии была, – гордо заявила Наталья Николаевна, хотя на самом деле никуда она не ходила.

Ей хотелось показать свою значимость, ведь, как‐никак, Наталья Николаевна была директором дендрария и начальницей Гены.

– А я – у Риммы Анатольевны, – ответил Геннадий Петрович, подхватывая последний чемодан.

Наталье Николаевне стало неловко, она поняла, что завралась.

– Ладно, пойду, – поспешно сказала директриса, но увидела, что к дому направляется дворник.

– О! Петрович, с новосельем! – весело крикнул он Гене.

– А ты что тут делаешь? – строго спросила Наталья Николаевна. – Ты же уволен.

Гена вопросительно уставился на дворника.

– Помочь пришёл, – ответил тот. – Я же добрый и понимающий, в отличие от некоторых, – ехидно добавил он.

Наталья Николаевна ответила на немой вопрос Гены:

– Он свой шалаш сделал из редчайшего краснокнижного растения.

– Когда выживаешь в дикой природе, не задумываешься о книжках! – заявил дворник. Он был совершенно уверен в своей правоте.

«Неисправим!» – подумала Наталья Николаевна, ещё раз строго взглянув на дворника, и покинула прилегающую к дому Гены территорию.

Внезапно на крыльцо выскочил счастливый Чебурашка.

– Как же хорошо дома! – радостно воскликнул он.

Ушастик пробежал по перилам крыльца, прыгнул на висящий горшок и упал, разбив многолетний цветок.

– Ой, чебура…

Увидев это, Гена в очередной раз вышел из себя и рявкнул на Чебурашку, даже не дав ему договорить:

– Да сколько можно чебурахаться?!

– А Соню бабушка никогда не ругает, – обиженно сказал ушастик, вспомнив вчерашнюю встречу с внучкой Шапокляк.

– Я тебе не бабушка! – отрезал Гена.

Чебурашка ужасно огорчился. А Гена отвернулся и начал собирать осколки от горшка.

Возможно, если бы Чебурашка знал чуть больше о прошлом друга, ему бы не было так досадно. Этот горшок значил для хмурого садовника очень много…

Собирая осколки, Гена вспомнил, как когда-много лет назад Люба вешала тогда ещё новый горшок с цветами на крыльце недавно достроенного и покрашенного дома.

– Гена, ну это кем надо быть, чтобы об него головой удариться? – с улыбкой спросила Люба. Она не забыла недавние слова молодого Геннадия Петровича, когда он раскритиковал её проект дома. – Нет, ну если вы вот так будете домой возвращаться…

Люба демонстративно влезла на крыльцо через перила. Гену это искренне позабавило, и он начал тихонько посмеиваться. В тот же самый миг на пороге появился молодой Валера и замер, увидев друга.

– Он что, улыбнулся?! – делано удивился Валера. – Люба, вызывай скорую! С ним что‐то не то.

Молодой Гена не обратил внимания на шутку друга и, продолжая улыбаться, повесил следующий горшок. В этот момент легко можно было заметить зародившуюся между Геной и Любой взаимную симпатию.

Неподалёку от нового дома Гены проходила детская экскурсия – шумная ватага школьников в сопровождении нескольких родителей и экскурсовода. Дети гуляли по дендрарию и глазели на всё вокруг. Среди них выделялся мальчик со светло-русыми волосами и насмешливой ухмылкой, которому было явно скучно. В дендрарии его сопровождал отец – строгий мужчина с недовольным взглядом.

– …более пяти тысяч видов экзотических растений собрано в нашем дендрарии… – размеренно вещал экскурсовод.

– А где дуб? – ухмыльнулся долговязый мальчик. – А, он экскурсию ведёт?

Хулиган мерзко засмеялся, но никто больше его шутку не оценил.

Молодой Гена всё ещё стоял на крыльце рядом с Любой и пребывал в прекрасном расположении духа.

– Кстати, с башни, оказывается, полгорода видно, – усмехнулся он. – Вчера весь день наблюдал, как Валера сбежавшего тюленя ловил.

Люба улыбнулась, как вдруг раздался звук разбивающихся стёкол. Гена посмотрел в сторону источника шума и заметил того самого светло-русого мальчишку. Хулиган стоял неподалёку, возле подпёртой к стене оконной рамы и коробки с инструментами.

Мальчишка развлекался тем, что молотком разбивал стёкла.

Гена резко помрачнел.

– Эй! Мальчик, ты что делаешь? – крикнул он хулигану.

– Вас забыл спросить! – дерзко ответил тот и ударил молотком очередное стекло.

– Ах, ты же маленький… – хотел было выругаться Гена, но, посмотрев на Любу сдержался.

Однако у него быстро созрел план, как проучить мелкого нарушителя порядка. Гена достал из кармана конфету-грильяж[4] и направился к мальчишке.

– Держи конфету с орешками. – Гена протянул хулигану угощение. – Иди, пропустишь такую интересную экскурсию.

Мальчишка, не ожидая подвоха, развернул конфету и с силой её укусил. Крак! – два передних зуба сломались об очень твёрдое лакомство. Гена растерянно переглянулся с Любой, а хулиган с ненавистью уставился на него.

– Ты шпециально! – зло прошепелявил он (без двух передних зубов чётко выговаривать слова не получалось) и в слезах убежал в сторону экскурсии.

Гена пожал плечами и, немного виновато посмотрев на Любу, сказал:

– Я не шпециально.

Та понимающе улыбнулась.

В это время несчастный хулиган уже подбежал к экскурсионной группе и нашёл своего отца.

– Папа, шмотри, што шо мной! – со слезами на глазах пожаловался он.

Увидев беззубого одноклассника, дети начали смеяться.

Один мальчик даже указал на него пальцем и закричал:

– Корявый-шепелявый!

За ним тут же начали повторять все остальные ребята.

– Корявый-шепелявый! Корявый-шепелявый! – хором скандировали они обидную дразнилку.

– Папа, шкажи им! – взмолился хулиган, уставившись на отца.

Но тот лишь разочарованно взглянул на сына и негромко, но жёстко произнёс:

– Это потому, что ты слабак… Корявый-шепелявый слабак.

Хулиган с ненавистью посмотрел в сторону дома Гены. Мальчик решил, что во всех его сегодняшних злоключениях виноват именно тот противный мужик и его гадкая конфета.

В этот момент крыльце появился Валера с фотоаппаратом.

– Ну что, запечатлим момент? – предложил он.

Валера сфотографировал весёлую Любу, которая закинула руку на плечо серьёзному Гене.