Тролль с давних пор на склоне гор

Глодает кость – напал, вишь, жор! —

Не первый год грызет-жует,

Мосол мусолит мрачно —

Смачно! Жрачно!

Ворчит и ропщет с давних пор

И кость мусолит мрачно.

Скор на подъем, явился Том,

Да как притопнет башмаком:

– Кого едим? Ба, это ж Тим!

Мослак-то преизряден —

Дядин! Скраден!

Тим спал в могиле вечным сном —

Но ты, гляжу, всеяден?

– Друг, – молвил Тролль, – доесть позволь:

Кость спер я – небрезглива голь!

А Тим и так давно мертвяк —

На что ему костяшка?

Ляжка! Няшка!

Пусть сгложет бедный старый тролль

Ненужную голяшку!

А Том в ответ: ты, оглоед,

Прибрал к рукам чужой скелет,

И не спросясь – хруп, чавк да хрясь, —

Жрешь дядины остатки!

Сладко? Гадко!

Расхитчику мы скажем: нет!

Положь назад остатки!

Тролль щерит пасть и к гостю – шасть!

– Я нынче попирую всласть!

Привет, еда! Прошу сюда!

Наемся до отвала!

Сало! Мало!

Ужо я попирую всласть —

Мясца мне перепало!

Тролль хвать-похвать, а Том – бежать:

Отпрыгнул да зашел позадь,

Не будь дурак, занес башмак,

И пнул в сердцах проглота —

С лёту! То-то!

Обидчику несдобровать —

Том знатно пнул проглота!

Но твердоват троллиный зад:

Не вел и ухом старый гад!

Кремня прочней его филей —

Ногой, в башмак обутой,

Пнуто! Круто!

Но не помят троллиный зад

Ногой, в башмак обутой!

Бедняга Том остался хром,

А заду тролля – нипочем!

Тролль бодр и здрав; мосол дожрав,

Ворчит в своем жилище:

– Пищу! Хищу!

Пинки троллюге нипочем —

Он кость скостил с кладбища!