Пока мы ехали к дому Алекса, никто не говорил ничего. Я устал за этот долгий день, а мой приятель, видимо, переваривал полученные впечатления. Он жил на Первой улице Машиностроения – недавно там снесли прежние дома и застроили все современными жилыми билдингами. Неплохо устроился мой бывший друг, ничего не скажешь. Как только машина остановилась, я перешел к главному.

– Завтра… – я посмотрел на таймер, – вернее, уже сегодня, после семнадцати часов у нашего дорогого Гибсона прибавится много новых забот и срочных дел и ему будет уже не до тебя. Да, вот еще что: все свои походы по городу закончи до семнадцати часов, а будет лучше, если ты управишься еще раньше.

– А что будет? – встрепенулся Алекс, начавший уже клевать носом.

– Увидишь, что, – усмехнулся я, – телеканал местных новостей смотри. Все, приехали, ровно через неделю жду от тебя первый отчет. Как видишь, я тебя не тороплю. Пока, хорошего отдыха.

Как только Алекс ушел, я сразу же вызвал Лорен. На экране появилось красивое золотистое лицо. Как всегда, моя сотрудница была очаровательна и свежа – говорят, потомки межрасовых браков особенно выносливы и здоровы. Лорен была наполовину африканкой, наполовину европейкой и обладала нечеловеческой красотой.

– Да, патрон? – Она или еще не спала, или проснулась, быстро собравшись с мыслями. Она может.

– Слушай, дорогая, возникло новое дело, – сказал я фривольным тоном.

– Патрон, не называйте меня так, я же просила, – в голосе Лорен, несмотря на улыбку, прозвучали злые нотки. – В чем состоит задача? Четкие указания?

– Хорошо, даю вводную. Нужно подстраховать одного парня, – уже более серьезным тоном сказал я. – Обработай его, как ты это умеешь, и держи под своим жестким контролем. Лорен, я даю тебе полную свободу действий – работай с ним как пожелаешь, только ничего не рассказывай про наши дела и береги его жизнь, а также здоровье вместе с рассудком.

– Ну, патрон, – с напускной обидой откликнулась она, распахнув свои бездонные глаза, но на мне ее штучки не срабатывали. Интересно, а когда она спит? Ночь все-таки.

– Да знаю я, что ты и так отлично соображаешь, но лишний раз не повредит напомнить. Да, можешь его иногда отпускать, только на коротком поводке пусть погуляет. Обо всех передвижениях и телодвижениях только мне докладывай. Раз в неделю для личного отчета приходи. Все. Остальное – в процессе уточним. В текущие сутки, с четырнадцати и до семнадцати часов, он выйдет из местного офиса Фрэнка Уильямса. Пакет фотографий и видео я тебе сейчас перешлю, лови… Там же и его личный профиль. Полное досье. Так, уже смотришь? Обрати внимание, как он ходит, как двигается, вкусы, привычки, пристрастия, продумай стиль общения с ним… Ну сама знаешь, не мне тебя учить. Вопросы?

– Кто это? – спросила моя сотрудница.

– Мой старинный приятель. Был период, учились вместе, в досье все есть. А сейчас он ввязался в одно опасное дело и даже сам не понимает, во что влез.

– Симпатичный. А что с ним?

– Ничего. Если я правильно все понял, то вокруг него скоро активная возня начнется и тьма всяких разных людей будет им интересоваться. Собственно, они уже начали. Причем интерес может носить самый непредсказуемый характер, вполне вероятно, что его попытаются похитить или банально ликвидировать. Я практически не сомневаюсь – что-то похожее случится, поэтому находись при нем неотрывно и выяви всех, кому он так насолил.

– Да, но как и когда я буду охотиться? – Лорен сощурила глаза. Она не скрывала от меня своих пристрастий, поскольку это было совершенно излишне. – И как буду к вам ходить на доклады?

– Как обычно, только твой подопечный лишнего знать не обязан, даже подозревать ничего не должен – наплети что-нибудь, ты умеешь. Это приказ. Вообще-то было бы очень неплохо, чтобы во время твоего отсутствия он просто спал как бревно и ничего не замечал. И еще. Поставь ему побольше разнообразных жучков. Тут лучше перестараться.

– Я должна спать с ним? – без всякой тени сомнения уточнила она.

– Да, это очень желательно, потому что я обязан буду знать о нем все. Только интим начинай не сразу – немного помучай его, пусть созреет. Но – недолго, времени у вас до августа.

– Поняла, патрон. Разрешите приступать?

– Давай, Лорен, приступай. И еще одно: зайди ко мне и обнови свой арсенал. На подготовку у тебя чуть меньше двенадцати часов. Через три дня жду первый доклад.

– Вы же говорили – неделя? – пыталась возмущаться она. – И что за арсенал?

– Это лично отчитываться будешь каждую неделю, а первый письменный доклад – через три дня. Я тебе выдам электрошокер, замаскированный под авторучку или губную помаду – что сама выберешь, и еще новую симпатичную газовую пушку. Пригодится.

– Патрон, вы обещали мне отдых, я устала, а тут опять новое задание. Вы же знаете, как мне трудно работать именно сейчас.

Что-то в ее интонации мне не понравилось.

– Так, и что дальше? Тебе нужен отпуск? Не думаю, что очень – последнее время у тебя не так уж много интенсивной работы, а я сквозь пальцы смотрю на все твои похождения в Городе. Тебе нужно сочувствие? Не дождешься. Я не вижу особых причин для этого. У тебя есть все: хорошие перспективы, молодость, сила воли и привлекательная внешность. Ты не согласна? Ты лукавишь, а со мной такие штучки не проходят. Перестань депрессировать, сейчас на то нет особых причин. Все, работай.

Лорен отключилась и пропала. Уф-ф-ф-ф. Жуткая баба. Бедный, несчастный Алекс. Лорен Альба была одной из лучших моих сотрудниц, а нашел я ее в клинике Стива в закрытом от посторонних глаз отделении. Туда ее поместила, с санкции суда, собственная мамаша, причем никогда не навещала, но не забывала регулярно вносить плату за содержание и лечение. Немалую, к слову сказать, плату. У Лорен действительно были серьезные психические проблемы, причем почти не поддающиеся медицинской коррекции. Да, ее пробовали лечить. Запирали в звуковой камере, кололи всякими препаратами, грузили гипнозом, даже, от отчаяния, ковырялись в мозгу. Ничего не помогло, хорошо хоть не погубили как будущую оперативницу. Я практически сразу разглядел ее способности и умения. Лорен, что называется, опасность ощущала всей кожей и всегда правильно определяла источник этой опасности. По выражению лица собеседника она безошибочно угадывала его мысли и всегда могла найти верный подход.

Чтобы вытащить ее из клиники, потребовалось провернуть целую секретную операцию: мы, как всегда, организовали ложную смерть, а самой Лорен сделали пластику лица, небольшую коррекцию фигуры и опорно-двигательного аппарата – укрепили сухожилия, подправили суставы, усилили скелетную мускулатуру, удлинили ноги, межпозвонковые диски заменили на полимерные. Кроме того, часть костей подменили поликарбонатными имплантатами. Еще кое-что добавили по мелочам. Вживили несколько полезных устройств, поставили микрочипы, защитили жизненно важные органы. Зубы заменили на керамику… В общем – несколько усиленная модификация тела, применяемая к ключевым оперативным сотрудникам. Зато после реабилитации и курса подготовки она стала обладать поистине нечеловеческой силой, дьявольской ловкостью и фантастической выносливостью. Голыми руками (и ногами) легко могла завалить почти любого мужика. Страшное дело. И это, как говорили раньше, «слабый пол». Древние спартанцы просто обязаны славить своих богов, что не дожили до нашего века – у нас бы они зарезались со стыда.

В свое время кто-то проводил специальные исследования среди населения Земли на предмет выявления критериев наибольшей сексуальной привлекательности женщин для различных регионов и слоев населения. Полученные параметры не совпадали с «эталоном женской красоты», но того и не требовалось. Именно те старые научные разработки и легли в основу создания нового внешнего облика Лорен. Ее не узнала бы и родная мама – это в прямом смысле, а не фигурально. Девушка могла не опасаться случайной встречи со своими родственниками. Ей сделали другую биографию и новые документы. Налогоплательщикам эта внутренняя и внешняя замена личности обошлась в десятки миллионов кредитов, но затраты того стоили – ни один нормальный мужчина не проходил спокойно мимо моей сотрудницы. Она сделалась абсолютным секс-символом. Потом служба арендовала хорошую квартирку, где Лорен и проживала с тех пор. Я за нее не опасался – только в моем отделе она чувствовала себя спокойно и под нашей «крышей» могла безбоязненно удовлетворять свою периодически сжигающую изнутри жажду.

– Привет, Пол. Как дела? Куда едем? – отозвался мой автомобиль, когда я закончил инструктировать Лорен.

У меня был «ровер» предпоследней модели. Люблю эти машины, как только появляется новая версия – стараюсь покупать. Не всегда, конечно, но через раз. Мне почему-то было приятно считать свой «ровер» существом женского пола, и я придал автомобилю молодой звонкий девичий голос. Я настроил программу искусственного интеллекта так, чтобы голосовая связь работала лишь тогда, когда я молча сидел в салоне один. Иногда возникали проблемы – машина наотрез отказывалась опознавать меня, если был очень нетрезв или простуженно хрипел. Поэтому всегда наготове имелся тактильный анализатор. Я не сразу ответил на вопрос машины. Довольно долго ничего не делал, никуда не ехал – просто сидел и молча рассматривал экраны. На правом – карта города с навигатором, на левом – информация о работе систем. Кроме того, погода, состояние дорог и всякие другие полезные сведения. Все как на обычных смартах, плюс еще кое-что. Экраны я тоже настраивал сам – люблю, когда все так, как мне удобно. Активировал правый экран и неторопливо полистал страницы – посмотрел некоторые таблоиды, телеканалы, интересные издания, криминальные новости, космограммы в реальном времени. По телеканалам передавали что-то мало для меня увлекательное: реклама, безумно-дикие игры и какой-то экстремальный секс. Наверное, людям все это нравится. Ведь недаром же, согласно статистике, более трети мужчин и женщин готовы отказаться от шести месяцев половой жизни в обмен на бесплатный доступ к интернет-каналам «для взрослых»…

– Едем домой, – сказал я, – случайным маршрутом, но так, чтобы не меньше часа, но не больше полутора.

– Поняла, Пол, – ответила машина. Она тихо заурчала и начала выбираться из двора на улицу.

Итак, Алекс завербован, и Лорен будет плотно его опекать. Теперь они станут работать и за страх, и за совесть. Интересно, что даст такой тандем? Получится у меня то самое эффектное дело, что так жаждет заполучить шеф? Смогу я обернуть результат в красивую конфетную упаковку или нет? Не прикроют ли в итоге мой отдел? Риторические вопросы, конечно, но буду стараться и сделаю все то, что зависит от меня.

Чего-то я становлюсь брюзгой. Рановато вроде бы.

Перед самым домом я вдруг передумал идти к жене. Позвонил Ингрид и буквально напросился к ней, и она согласилась встретиться со мной у себя. Перед самым своим домом я остановился и задал машине другой адрес. Машина ничего не сказала – не такая уж она умная, просто развернулась и поехала к Ингрид. Оптимальным путем, как всегда. На полпути я опять перезвонил домой и придумал какое-то срочное неотложное дело, что заставляет меня задержаться на службе до утра. По-моему, жена поверила – ночные бдения были нередки при моей теперешней должности.