То, что сосед за стенкой квартиры, где пришлось жить, работает в отделе собственной безопасности одного из силовых ведомств, я узнал невзначай. Довелось мне стенку сверлить: купил широкоформатный телевизор и решил напротив дивана повесить. Вдруг звонок в дверь. Притворяться отсутствующим было бессмысленно, пришлось открывать. Там стоял невысокий, но крепко сбитый мужик с годовалым ребенком на руках. Очень вежливо он попросил не шуметь часов до пяти, пока малыш спит. Я проникся и просьбу выполнил. В результате этот же мужик как-то попросил у меня обжимные щипцы для витой пары, а я у него – напольные весы. У него были, у меня – нет. Так и завязались вполне добрососедские отношения. Мы перешли на «ты», а когда после совместного распития я увидел у него в прихожей китель с майорскими погонами МВД, как-то невольно спросил, чем тот занимается. Он не стал уходить от ответа и кратко все объяснил.

Поэтому, когда потребовалась помощь, я обратился именно к соседу. Ходить вокруг да около не стал, выложил все как есть. Рассказал о своем походе в магазин «Поплавок» и задержании на моих глазах хозяина этой лавки. Мужик выслушал, не поднимая взгляда, потом молча стал рассматривать свои ногти. Я ждал.

– Тебе что, это крайне необходимо? – Сосед наконец вскинул на меня глаза. – Очень надо?

– Не то чтобы, просто парень он неплохой, а так сломают же его. Да и магазин у него хороший. Полезный даже.

– Не крути. Зачем тебе?

– Долг за ним, – солгал я, – денежный. На свободе, может, и вернет, а так – точно нет.

– Понятно. Еще раз спрошу: зачем тебе? Только без вранья.

Пришлось объяснить, зачем, сказать подлинную правду. Без уточнений и частных подробностей. Даже свою корочку частного сыщика показал.

– Думаешь, оно мне сейчас очень нужно, в это дело влезать, даже если ты прав?

– А лишнее раскрытие? – предположил я.

– Меньше телевизор смотри. Похоже, ты плохо представляешь себе нашу работу.

– Я ее вообще себе не представляю.

– Оно и видно. Ладно, помогу, только услуга за услугу. Тебе кое-что сделать придется, – заявил он тоном, возражений не терпящим. – Имя тебе одно дам, а ты на этого парня мне компромат принесешь.

– Какой? Да и как я могу…

– Сможешь. Я же всегда знал, чем ты там зарабатываешь на хлеб с икрой. Так вот, нет компры – нет помощи, – жестко резюмировал сосед.

– Что за парень?

– Коллега, – буркнул «товарищ майор» и с этими словами написал что-то на клочке бумаги. – Мой телефон. Если появится на него нечто особенно вкусное, я твой должник. Проще всего на сексуальных пристрастиях прищемить. Я и так слишком много сказал.

– Это все?

– Почти. Тебе есть к кому обратиться. Запоминай: Степская Раиса Михайловна, сейчас она в Петербурге… или в Москве. Вечно между этими городами мотается. Здесь она работает, прописана, и здесь она голосует, а там может часто бывать. Любит бывать. Вы знакомы, я знаю. Лучше всего ее в Питере разговорить, это из-за особенностей тамошней среды и ее личного менталитета. Как ты ее там найдешь – твои проблемы, я же к ней обратиться не могу, и никто из моих ребят не может. Почему? Это тебе знать вообще необязательно. Вот теперь действительно все.

Упс! Тесен мир. Вернее, узок круг моих знакомств. Опять эта Степская. Подобных совпадений просто так не случается, этого вообще не может быть. Тут или чья-то подстава, или нечто закономерное и мне непонятное, или я нечто существенное и принципиальное пропустил. Раису Степскую я действительно знал лично, причем довольно-таки неплохо. Это случилось несколько лет назад, во время недолгой командировки в эту реальность. Тогда по просьбе приятеля довелось мне раскапывать странное дело, связанное с хищениями и зверскими убийствами. Я тогда встречался с самыми разными людьми, бывал в различных местах и часто вообще не понимал, для чего и зачем, а главное, как можно использовать полученные сведения. Потом что-то произошло, случился фазовый переход, и количество перешло в новое качество. Из бессистемной кучи полученных данных вдруг выявились главные и связанные с ними второстепенные сведения. Картинка сложилась. Совсем бесполезная информация отпала и оказалась в архиве, мне же оставалось сделать лишь чисто техническую работу. Так вот, среди тех самых ненужных архивных сведений и была информация об этой женщине.

* * *

Я бросил офис и все дела на Ингу, а сам уже на другой день сидел у края открытой веранды кафе на Невском. Все согласно санитарным нормам. Дистанции, маски, одиночные столики. Такие кафе под навесами прямо у тротуара добавляют массу приятных впечатлений. Если у вас достаточно друзей и знакомых, что обычно любят приезжать в Северную столицу, и если вы продолжительное время посидите на Невском, то кто-нибудь из них обязательно мимо вас пройдет. Главное – сидеть долго и смотреть достаточно внимательно. Именно поэтому сейчас я выбрал для своего одиночества открытое кафе между Московским вокзалом и Аничковым мостом.

Известно несколько причин, почему каждый должен хоть раз побывать в Санкт-Петербурге. В Питере, как говорят москвичи, причем сами петербуржцы терпеть не могут такого названия. Во-первых… впрочем, обычно хватает одной причины.

Подобные поиски я всегда начинал в гордом одиночестве. Одиночество опасно даже не тем, что увлекает, а тем, что затягивает. Стоит однажды увидеть, сколь оно замечательно, тихо и безмятежно, как совсем даже не захочется больше с кем-нибудь иметь дело. А надо. Встреча должна была выглядеть абсолютно случайной. Перед моей физиономией стояло круглое зеркало на подставке: так удавалось видеть, что творится у меня в тылу.

Степскую удалось заметить еще издали. Сегодня она была великолепна. Раиса Михайловна не шла, а гордо несла себя по Невскому проспекту. Жакет цвета красного вина, черная юбка и черные лаковые туфли выделяли ее из толпы, при этом шли ей чрезвычайно. Вороненые блестящие волосы мягкой волной ниспадали на плечи, а потоки воздуха шевелили их.

Я поднял руку и потряс ладонью.

Раиса Михайловна остановилась снаружи барьера, отделяющего зону кафе от тротуара, и сердито уставилась на меня:

– Ты?

– Я. У тебя какие-то сомнения?

– Ты что, выследил меня?

– Я? Зачем? Просто решил пообедать. Сижу, на людей смотрю. А тут ты идешь. Добрый день, кстати.

– Ничего так денек. Ладно, потом разберемся. Чего хотел-то?

– Почему сразу «хотел»? Поговорить со знакомой красивой женщиной разве нельзя? Не хочешь присоединиться? – Я указал рукой на свободный стул. – Тут неплохо кормят.

– Уже обедала, – сердито буркнула Степская. – Говори, я слушаю.

– Ты знаешь такого… – я озвучил в винительном падеже имя своего соседа.

– Знаю, конечно. И что с того?

– Говорит, ему кое-что нужно в профессиональном плане.

– Это от меня, что ли?

– Как вариант, – подтвердил я.

– Сам разберется. Ты вообще-то случайно меня тут застал. Подарок потребовалось купить, вот и решила прошвырнуться по магазинчикам…

– То есть я должен воспринимать эти слова как отказ?

– Как хочешь, так и воспринимай. Никакого понимания не жду и ни на что подобное не рассчитываю. А ты просишь от меня какого-то незапланированного содействия. Хотя… погоди, – будто о чем-то вспомнила Степская. – Ладно, черт с тобой. Давай рассчитывайся, и немного прогуляемся. Пойдем.

– Куда? – глупо спросил я. Вечно эти бабы мною командуют. А что делать?.. Такова селява, как говорил один мой бывший приятель.

– Туда, – кратко пояснила брюнетка, и мы отправились в сторону Адмиралтейства.

Это был небольшой мини-отель с выходом через двор на Невский проспект. Оживленный Центральный район, в котором находится Эрмитаж и сам Невский со множеством магазинов и ресторанов.

Что с нами случилось потом, я рассказывать не буду, иначе порнографично получится, но ничего плохого не произошло, совсем даже наоборот. Было очень приятно и в общем-то неплохо. Скажу еще, что аудиозапись с рассказом Дизи никак не ассоциировалась с той Степской, что сейчас видел я. Здесь со мной была какая-то другая Степская. Хотя, без всякого сомнения, речь об одном и том же человеке, а события, рассказанные Дизи, сомнения не вызывали. Надо сказать, что Раиса была очень крепкой женщиной. Врать я не пытался да и не хотел, намеревался лишь кое о чем умолчать. Сознался, что действительно искал ее, и рассказал, для чего она мне срочно понадобилась.

– И почему я должна тебе верить? Да еще помогать? А? Как считаешь?

– По старому знакомству или из-за хорошего ко мне отношения.

– А ты нахал! Слушай, я очень похожа на глупенькую девочку?

– Нет, на глупенькую непохожа. Более того, я сомневаюсь, есть ли вообще сейчас такие девочки.

– Вот и не болтай зря, – уже совсем другим тоном заявила моя собеседница. – А знаешь, я тебе помогу.

– Спасибо.

– Погоди, одним «спасибом» ты от меня уж точно не отделаешься. Выполнишь маленькое деликатное поручение. Материальчик на этого человечка, о котором спрашивает твой сосед, у меня имеется. Но я рискую. Рискую не только бизнесом, но и своей репутацией. Репутацию в моем деле выстраивают годами, а потерять можно в один миг. Поэтому услуга за услугу.

– От меня-то что нужно? – удивился я.

– Грубо. Вот обижусь и не стану ничего больше рассказывать.

– Ну извини! Правда, прости, я больше так не буду. – Я, как мог, изобразил раскаяние. Вроде бы помогло. – Что сделать-то? Вообще-то я занят сейчас…

– Занят он. Ты дослушай сначала, и вот тогда я постараюсь – только постараюсь! – тебе помочь. Понял меня? Поэтому придется тебе оказать небольшую частную услугу.

– Одну?

– Пока одну. Есть у меня девочка… нет, вовсе не в том смысле, что ты сейчас подумал. Просто она попала в непростую жизненную ситуацию, и ей надо надежное убежище обеспечить. Ненадолго. А ты можешь, я знаю.

– Что за девочка? – рассеянно спросил я, даже не думая ни о чем.

– Анжелика Гринько, ты ее должен знать. Она же договор с тобой заключила как с частным сыщиком. Помнишь, надеюсь?

О как! Круг замкнулся, называется. Анжелика Гринько, вернее – бывшая Дизи, опять попадает в сферу моих профессиональных интересов. Теперь в ином качестве. Они там все сговорились, что ли? Сказать, что я обалдел, – это ничего не сказать. Конечно, я привык ко всяким сложностям и завихрениям Мультивселенной, но на такой фортель даже не рассчитывал. Мир тесен, говорите? Ничего подобного. Тем временем Раиса продолжала:

– Спрячь ее дней на десять, в крайнем случае – на пару недель, а когда отсидится, что-нибудь придумаем. А сейчас я, знаешь ли, спать хочу.

Интересно, что мы придумаем? Ладно, попробую немного потянуть резину – возможно, все как-нибудь само собой урегулируется. Хотя это уже вряд ли.

Пока Раиса спала, а я старался не разбудить ненароком, вдруг подумалось, что можно еще раскрутить ее на какие-нибудь дополнительные сведения. Пусть хоть что-то еще подскажет. Поэтому я никуда не уходил, а терпеливо ждал, когда женщина проснется.

Опять полезли воспоминания.

С Раисой Степской мы тогда познакомились практически случайно. Говорю «практически», потому что, если б не мой благоприобретенный цинизм и склонность к практической мизантропии, ничего такого не случилось бы. Никакого знакомства. Очередная работа была закончена, а впереди маячил отпуск, свободный от забот и гнетущих впечатлений моего мира. Вот и решил провести его здесь. Дело было летом, в сезон, и я рассчитывал отдохнуть в этой реальности от трудов праведных.

Тогдашняя моя питерская приятельница – на вид красивая, двадцати с чем-то лет девушка с огненно-рыжей шевелюрой волнистых волос – сидела со мной в одном из многих мимолетных заведений Петроградской стороны. Почему мимолетных? Потому что из тех маленьких кафе, что в прошлые годы постоянно появлялись и исчезали, не прожив и сезона. Кровь и сознание моей спутницы оказались давно и непроходимо отравлены мультикультурализмом, гендерным равенством и политкорректностью европейского разлива. Моя же ватная олдскульная психология для подобных ментальных триггеров казалась совершенно непробиваемой, как многолетний слежавшийся матрас. Спутница же моя начитанной была необыкновенно, что позволяло ей легко выуживать из своей бездонной памяти необходимые цитаты и аргументы. Час назад она подобрала меня в условленном месте, посадила в свою машину и привезла в то самое кафе, которое хотела опробовать. Это была Ирина Алексеевна Лискова (Арина) – профессиональная петербургская ведьма, с которой у меня тогда было одно общее дело. Естественно, она была в курсе и про иные реальности, и про переходы между ними тоже ведала, и про моего тут двойника знала, и вообще много чего понимала и умела. Зато я понятия не имел, сколько ей на самом деле лет. Даже старался не задумываться об этом. Выглядеть она могла как угодно, как ей хотелось. И наивной молоденькой девушкой, почти девочкой, и познавшей дао старой морщинистой бабкой, и уверенной в себе тридцатилетней женщиной. Время от времени она меняла окраску волос, форму бровей и даже цвет глаз.

Мы говорили каждый о чем-то личном. Я жаловался на свои проблемы, она – на свои, и забрели мы в такие словесные дебри, что сами не знали, как из них выбраться.

– …Это дело без вмешательства потусторонних сил у тебя точно не выгорит, – кисло резюмировал я. – Бизнес твой колдовской прикроют правоохранительные органы, а тебя, такую красивую, примут и закроют. На несколько лет. Полиция, как известно, может гасить на корню любую мистику и всякое колдовство.

– Специально, что ли, на банальности размениваешься? – сердито пробурчала колдунья… или все-таки ведьма? Я не видел особой разницы. – Нет чтобы поддержать, посоветовать что-нибудь умное или помочь чем бедной девушке.

– Так я и советую, – скучным тоном пояснил я, – адресоваться за помощью к высшим силам. Вернее, одной силе. Дело тебе предстоит темное, вот и обратись к богу тьмы. Ты же специалист. Ведьма как-никак. Это я серьезно тебе говорю, «бедная девушка».

– Метешь всякую чушь… – тут она посмотрела на мое более чем серьезное лицо и изрекла: – Ты сегодня что-нибудь вкурил? Или закинулся чем-то запрещенным? Не до шуток мне.

– Какие шутки? Вполне серьезен, разве не заметно?

– Нет. Незаметно. Вот ты знаешь, что такое экзистенциальный парадокс? – спросила она меня, вовсе не рассчитывая на ответ. – Это когда взаимоотношения состоят в том, что зрелый и достаточно развитой человек способен выстроить связи с кем угодно. Я всегда верила, что разум и красота спасут этот мир. Или ты не согласен со мной?

В тот день она постоянно спрашивала, согласен ли я с ней.

– Хорошо, ладно, – в ответ витийствовал я. – Разум и красота, согласен. Только вот ты говоришь, будто они спасут этот мир. Посмотри вон туда. Видишь ту девушку? Вернее, молодую женщину? По-моему, ее уже ничто не спасет. У тебя есть и разум, и красота. Попытайся вернуть ей смысл жизни, и тогда я, может быть, соглашусь с твоими доводами.

Чем-то сходная сцена повторилась потом через несколько лет совершенно в другом месте, совсем в иной компании и по абсолютно другому поводу. Впрочем, данное отступление не имеет отношения к делу.

– Согласишься с доводами? А вот давай прямо сейчас и попробую. На что спорим?

– На желание. Пробуй, а я посмотрю.

Там, куда мы смотрели, не так далеко от нас за столиком сидела одинокая молодая женщина. То была изящная, аккуратно одетая, тридцати примерно лет дама, в которой чувствовался былой стиль. Она привлекла внимание тем, что не просто ругалась в пространство, а материлась так, что позавидовал бы даже бывалый портовый грузчик или видавший виды слесарь автосервиса.

Моя спутница встала и подошла к женщине. Похоже, та сейчас собиралась нарезаться в хлам и спрыгнуть с моста. Или с высокого этажа. Во всяком случае, общий вид и выражение лица незнакомки наводили именно на такие ассоциации. Хоть и краем уха, но я все-таки расслышал их разговор.

– У вас что-то случилось? – спросила моя рыжая подруга, подойдя к неизвестной.

– Пошла нах, уродка, – не поворачивая головы, заявила женщина.

– Резко. А все-таки?

– Отвали.

– Мы уже на «ты»? Это радует. Вы меня что, совсем не узнаете?

Наконец сердитая незнакомка соизволила посмотреть на мою приятельницу:

– А, это вы… Ну, извините тогда.

К моему удивлению, моя подруга призывно махнула рукой.

– Извинения приняты. А вот это тот человек, о котором я вам говорила, – пояснила рыжая, кивая в мою сторону.

Я встал и подошел к столику незнакомки.

– А, тогда извините еще раз, – безжизненно произнесла женщина. Вблизи она выглядела моложе. Странно, обычно бывает наоборот.

– Помогите, а? – сказала она мне, глядя прямо в глаза. Красивые у нее были глаза. Синие-синие и большие. – Говорят, можете.

– Кто говорит?

– А вам не безразлично, кто? Например, вот эта ваша подружка.

В голове сразу же возникла масса вопросов.

– Она мне не подружка, а деловой партнер. А тут посмотреть надо, послушать. Вы пока начинайте.

– Чего начинать-то? – не поняла женщина.

– Историю свою рассказывайте, – несколько грубовато перешел на конкретику я, – неужто не понятно? Только максимально честно и обстоятельно.

Она рассказала о своих проблемах, как ей тогда казалось – абсолютно неразрешимых. Я тогда помог, хорошо помог, а потом вернулся к себе. Весь отпуск угрохал на это, но тем не менее отдохнул хорошо. А потом, когда вернулся в свою реальность, казалось, напрочь забыл эту историю как страшный сон. Теперь вот опять пришлось вспомнить. Мы разговаривали со Степской, будто и не было этих пяти лет. Даже сейчас вот спим вместе. Неужели столько лет прошло? Вот черт.

От таких воспоминаний я дернулся и резко пошевелился. Степская проснулась.

– Ох, заснула из-за тебя, – спросонья пробормотала Раиса. – Всякая фигня снилась. Ты что, еще тут? А говорил, торопишься.

– Опоздал, в результате время освободилось и торопиться уже некуда. Слушай, давно хотел тебя спросить…

– Может, не надо?

– Боюсь, что надо. Как ты смогла организовать такой крутой бизнес? Бордель, замаскированный под клинику мануальной терапии, – это же гениально! Нестандартная идея.

– Да ладно. Подобных клиник… А зачем тебе все это надо знать? Только не говори, что ради того дела, что я попросила выполнить. Для чего тебе понадобились обстоятельства организации моего бизнеса? Ну?

– Во-первых, действительно так и есть. Ради дела. А во-вторых, просто интересно. Праздное любопытство, удовлетворив которое я не буду потом отвлекаться от главного.

– Ладно, уговорил, – удивительно легко согласилась Раиса. Что это с ней? – Никаких бумаг о неразглашении я тебя просить подписывать не буду, на словах обойдемся. Обещай.

– Обещаю.

– Нет, так не пойдет. Ты дословно и конкретно обещай.

– Обещаю, что не буду тебе вредить ни специально, ни случайно, ни косвенно. Ни наяву, ни во сне и ныне, и присно, и во веки веков.

– Ладно, сойдет. Итак, тебя интересует…

– …как ты смогла все это закрутить. Нетривиальная же задача.

– Ты любишь книжки? Фантастику? – почему-то спросила Степская. – Знаю, что любишь. А какую? Какой жанр?

– Ну… литРПГ, например, – неожиданно для себя признался я. Это такой микс из фэнтези и научной фантастики. Когда цифровые технологии позволяют создать виртуальный игровой мир, в котором действует главный герой. Причем виртуальный фэнтезийный мир переплетается с миром вполне реальным, но отодвинутым в некое будущее. В общем, литРПГ – это очень перспективный жанр, главное, чтобы история хорошо была прописана и четко продумана. А почему вдруг…

– Вот ты все говоришь: виртуальный мир, цифровые технологии… Ерунда это все. Близко нет еще таких технологий да и не предвидится в обозримом будущем. Это все прибежище фантастической литературы, если ее можно так назвать. Пока, во всяком случае. То, о чем ты говоришь, – мир вполне себе настоящий, не менее реальный и материальный, чем наш. Чужой для нас мир. А для его обитателей он более ощутимый, чем наш. Они-то в нем с самого рождения живут. А мы – так, случайные незваные гости. Пришельцы. Нас там кем-то вроде демонов считают и соответствующим образом обращаются с нами. На кострах жгут! Как в эпоху Ренессанса! Ну а мы с ними… с теми, кто к нам просачивается… обходимся примерно так же, как и они с нами. Как только их у нас не называют! Нечистой силой, сверхъестественными существами, нежитью, демонами, ну и так далее по списку. На любой выбор.

– Погоди, это уже не литРПГ, фэнтезюха какая-то пошла или мистика. Никогда не видел особой разницы. Я даже похожие книжки читал. Чуть ли не в каждой из них главный герой или героиня, тут от автора все зависит, сдуру в какую-то колдовскую реальность проваливается. Ну и принимается там, в реальности этой, обустраиваться по мере сил и собственных возможностей. Но тем временем не оставляет желания отыскать пути назад, домой. Как-то не очень тот мир бедняге понравился. Были и обратные варианты, когда наш здешний чувак попадал в такую иную вселенную, что ему раем казалась по сравнению с земной обыденностью.

– Ну да, да. Типа того. Сейчас все книжные полки подобными историями забиты, в интернете этого как грязи, хоть жопой ешь, да и в кино… А знаешь, почему?

– Почему? – спросил я. – Боюсь даже вообразить.

– Правильно делаешь, что боишься. Так оно и есть на самом деле. А писаки эти, во всяком случае, многие из них, живописуют истории, реально с ними приключившиеся.

– Да брось ты. Я некоторых знаю лично, кое-кого – довольно хорошо, так они прямо всем и говорят, что записывают собственные выдумки. Сочиняют из головы.

– А чего бы ты хотел? Если кто-то из них поведает правду, то от него просто отвернутся. Или же расскажут всем, что этот писатель твой – опасный и подозрительный псих. Трепло. Взять хотя бы мою историю, после того как мой прежний директор с работы меня выгнал…

– А он-то тут при чем? – удивился я.

– Сейчас объясню. Наш директор вообще был большой оригинал, любил своим словом изменять этот мир…

– Почему «был»? Он что, умер?

– «Умер»? Почему это умер? Жив и здоров, просто он уже не мой директор, а чужой. Я там давно не работаю и сама себе начальник. Ну почти… Так… о чем это я?

А, да. Оригинал он был во всем, но особенно в вопросах кадровой политики. Рассказать, как он нового главбуха назначал?

– Обычно заместителя в должности поднимают, если главбух ушел сам или уволился под угрозой утраты доверия.

– Не наш случай. Так вот. Зашел директор в бухгалтерию, когда все сотрудницы там сидели, и начал по очереди в них пальцем тыкать: «Эни бени рес, квинтер финтер жес, эни бени раба, квинтер финтер жаба!». На кого выпала «жаба», того главбухом и назначил. С тех пор жизнь многих сотрудников изменилась весьма круто.

– Это уже было.

– В смысле – «было»?

– Это я в какой-то книжке читал. Там самый главный начальник корпорации, которого все боялись до усрачки, при помощи какой-то детской считалочки выбирал руководителя отдела. Только считалочка была немецкая. Ну, это ладно. Мы от темы в сторону отклонились.

– Ты меня просил рассказать…

– …рассказать, как раскрутила свой бизнес, а потом мы почему-то на фантастическую литературу перешли.

– Это неслучайно, объясню сейчас. Что до бизнеса, то повезло мне. Есть один такой хороший знакомый, друг практически, сосед бывший. В авто разбирается от и до. У него была своя небольшая, но продвинутая автомастерская. Он импортные и отечественные тачки как свою ладонь знал, с завязанными глазами что угодно там мог отремонтировать. И вот не так давно окликает он меня на улице. Оборачиваюсь и понимаю: что-то здесь не то. Едва узнала этого своего другана. Прикид и все остальное на уровне западных стандартов. Неужели, думаю, в лотерею выиграл или любовницу денежную подцепил? Оказалось, что нет. По-прежнему авторемонтом занимается, только уже не сам. Несколько человек на него трудится, а он их лишь контролирует. Я терялась в догадках: как ему так быстро и качественно раскрутиться удалось? В нашем мегаполисе конкуренция просто зашкаливает, причем не так давно этот же приятель мне горько жаловался на хроническую нехватку денег. Потом с моих глаз вдруг исчез, куда-то переехал, и я его потеряла. А тут вот он! Весь в шоколаде! Тут я его к стенке приперла и объяснения потребовала. Колись, говорю, сука! Приятель опять немного поломался для вида, а потом с радостью раскололся. Перепробовал, говорит, практически все возможные способы. Листовки клеил, объявления по почтовым ящикам разбрасывал, платную рекламу в газете давал. Даже по радио. Пытался группы в социальных сетях развивать, ботов заказывал, посещаемость накручивал. Ни фига не помогло. Толку ноль. Все эти попытки лишь потерей денег закончились. Помогла только таргетированная реклама…

– А таргетированная реклама – это у нас что? – перебил я.

– От слова target, как нетрудно сообразить. Объявления, направленные на целевую аудиторию. Любые объявления, что показываются только тем, кто определенному набору требований удовлетворяет. Текстовые, медийные или мультимедийные… картинки разные. Да какие угодно объявления, но направленные заинтересованным якобы лицам… Есть технологии. Короче, на мой прямой вопрос: «Как? Говори, падла!» – приятель усмехнулся, достал смартфон и показал видеоролик. Продолжался тот около минуты, но мне хватило, чтобы испытать жгучее противоестественное желание поскорее загнать свою тачку именно в эту его мастерскую. А как уверенно держался в кадре мой приятель, как говорил! Голливуд нервно курит в сторонке. Оказывается, он целый ряд таких роликов снял, в Сеть выложил, а те настоящими хитами сделались. Количество клиентов в разы возросло, так же как и прибыль. Посмотрела я, посмотрела, и у меня возник…

– …и у тебя возник простой естественный вопрос, – перебил я, – откуда у твоего приятеля такие неожиданные таланты открылись и столь полезные навыки вдруг обнаружились?

– Да! Сразу же! В ответ на мои вопросы он возразил, что никто, никакое гестапо эту тайну из него не вырвет. Но поскольку гестапо рядом со мной отдыхает, я слегка его поприжала, и все он мне выложил. Рассказал, как научился правильно пользоваться мощнейшим инструментом воздействия на потенциального клиента, понял, как обеспечить непрерывный поток заказов в любом виде бизнеса. Как без денег, без затрат времени и нервов он за короткий срок сумел обзавестись массой настоящих фанатов.

– Пояснишь?

– Так просто на словах не получится… Короче, люди делились друг с другом его видеороликами, писали, звонили и записывались на сервис.

– Фантастика какая-то.

– Вернее, – уточнила Раиса, – городское фэнтези. Слушай дальше. Я пристала с дальнейшими вопросами. Этот мой бывший сосед опять начал упираться, но со мной такие штучки не проходят. В результате рассказал он, что сориентировала его и настроила одна сильная профессиональная ведьма…

Потом довольно долго она рассказывала, как сосед нашел эту свою «ведьму», какой интерьер был в ее рабочем помещении, как прошла сама встреча.

– …И заплатить, конечно, за все это пришлось, – туманно подытожила Раиса.

– Много? – с легкой иронией спросил я, поскольку не сомневался, что моя собеседница что-то задумала, вот и заварила такую крутую кашу. – Дорого?

– Очень много и слишком дорого, – на полном серьезе согласилась Степская. – При том, что ведьма эта не только помогла ему огрехи с дикцией выправить, но и уверенность вселила. Вот. А потом, под действием последующего шантажа и определенного давления с моей стороны, приятель мой совсем сдался и рассказал, как эту ведьму найти. Ссылку скинул. Я же после увольнения и долгого тщетного поиска работы по специальности уже о собственном бизнесе подумывала. Сбережения к концу подошли, без денег сидела. Дошло до того, что перебивалась репетиторством, переводами и прочими случайными заработками. Типа написания дипломов и курсовиков ленивым студентам и диссертаций любовницам вороватых чиновников. Сейчас немалая конкуренция на этом рынке, цены упали, поэтому еле-еле хватало. Демпинг. На еду, на квартиру и на повседневные шмотки. Но тем не менее свой бизнес начинать было страшно. Все колебалась. После же такого убедительного примера ни капли уже не сомневалась. Адрес сохранила и к той ведьме все-таки обратилась.

– И как ведьма?

– Что «как»?

– Как выглядела? – спросил я и почему-то подумал, что сейчас Степская начнет подробно описывать ведьму как молодую красивую рыжую девушку. Не угадал.

– Древняя и морщинистая старуха, похожая на Минерву Макгонагалл из фильмов о Гарри Поттере. Только никакой дряхлости в ней близко не ощущалось. Чувствовалась какая-то особая внутренняя сила и твердость, как в старом самшитовом дереве. О такую стальной нож можно сломать.

– Старая бабка оказалась специалисткой по организации бизнеса? – усомнился я. Когда же пояснений не последовало и повисла пауза, вяло добавил: – Не верю.

– Правильно делаешь, что не веришь. Никакой специалисткой по бизнесу она не оказалась, просто научила и изобразила, как можно найти то, что ищешь, как получить то, что хочешь, и как обучиться тому, что надо для эффективной деятельности. Способности дала.

– Понятно. Это сейчас она старая ведьма Баба-яга, а раньше была прекрасной Василисой Премудрой. Но все достало и осточертело. Теперь она пожилая женщина на пенсии, которая хочет, чтобы ее просто оставили в покое и не дергали. Тем не менее иногда за хорошую плату консультирует в рекламе и бизнесе. Бабка-ежка очень хозяйственная, сдержанная, но и упрямая, если надо. Ее избушка, несмотря на кажущийся беспорядок, весьма структурирована, мухи там летают только потому, что она им позволяет это делать. Так что с ней шутки плохи!

– Сказки писать не пробовал?

– Пробовал, только очень-очень давно. Ты же вполне современный человек и серьезно веришь во все эти… байки?

– Никогда не верила и всегда над подобным смеялась, а тут… В общем, помогла она мне. Как, что – не спрашивай даже. Не скажу. Пока, во всяком случае. Но поверь: я, со всем своим материалистическим воспитанием и атеистическими убеждениями, ни разу не верящая во всякую колдовскую мистику, получила то, что хотела.

– Тоже много заплатить пришлось? – для чего-то спросил я, практически уже зная ответ. – Как и твоему бывшему соседу?

– Пришлось, конечно, только не денег… – кисло призналась Степская и тут вдруг резко замолчала. Будто опомнилась.

Вот тут сразу подумалось, что последует некое продолжение. Ошибся, не последовало. Раиса вдруг отвлеклась от своих мыслей, повернулась в другою сторону и что-то взяла с тумбочки.

– Это читал?

Она бросила мне какую-то книжонку карманного формата в яркой мягкой обложке. Книга называлась «Слесарь из ниоткуда», автора я не знал и тут же забыл.

– «Слесарь из ниоткуда», – пробормотал я, покрутив в руках. – Не, не читал. Советуешь? Что за слесарь?

– Рассказать? Будет спойлер.

– А пофиг.

– На Восьмое подарили. Фантастика. Там так. Один чувак попал в рабство к космическим пиратам. А дальше всякие там малоаппетитные его приключения.

– Думаешь, стоит почитать?

– Попробуй, может, понравится. На мой посторонний взгляд, нечитабельно. Не для тебя. То есть неинтересно от слова «совсем». Как-то заунывно и скучно, причем дело даже не в штампах. Это ж было надо так хорошую идею изгадить! Вроде и сюжет какой-никакой имеется, и сокращать там особо нечего, но приходится буквально продираться сквозь текст. Потом розовые сопли идут, слюни, поступки дебильные. Что-то не то. Безвкусная жвачка. Слеплено из чужих сюжетов. Может, автор дальше распишется? Хоть и не верится как-то. Неужели это на самом деле издали?

– Тогда зачем читаешь, для чего предлагаешь? Кто подарил?

– Знакомый один дал, имеет прямое отношение к нашему разговору… а книжка все-таки затягивает. Хочешь, себе возьми, в дороге почитаешь. Да, тебе уже пора. Давай собирайся. Когда твой поезд?