После парома я сразу начал вглядываться в край леса. Ну да, да, так и знал. На той же скамеечке в той же позе как ни в чём не бывало сидел Святослав Игоревич. Выглядел он точно так же, как и в прошлый раз. Я попросил остановиться, вылез из машины, подошёл к нему и почтительно поздоровался.

– Приехали, добры молодцы, – вместо ответного приветствия сердито проворчал старичок. – Чего ж так долго-то?

– Сразу как смогли. Неблизкое расстояние, и так ни на что не отвлекались.

– Ворон где? – деловито спросил лесник.

– Обещал быть…

Я посмотрел вверх, но никакого ворона нигде не заметил. Тогда я повертел головой, зачем-то помахал руками и громко позвал птицу по имени. В ответ раздалось характерное карканье, и откуда-то сверху спланировал Коракс.

– Молодец, – похвалил не то меня, не то птицу Игоре_́вич. – Так договоримся. Я с ним буду вас после прудов ждать, у поворота от старого лесничества, там, где грунтовка начинается, у охранительных камней. А вы следуйте обычным путём. Только не останавливайтесь ни при каких обстоятельствах. Ни при каких! Понял меня? Вопросы есть?

Вопросов пока не было. Игоре_́вич посмотрел мне в глаза так, что я понял: знает он о нашем с Андрюхой прошлом приключении по дороге назад, когда мы прельстились лесным вареньем. Всё знает.

Лесник хлопнул ладонью по своему плечу, и туда перелетел ворон. Быстро они сдружились. Потом, не оборачиваясь, Игоре_́вич вместе с птицей ушёл прямо на опушку леса и словно растворился в чаще.

Несмотря на то что я не только предупредил Андрюху, но ещё и повторил, чтобы он не останавливался ни в коем случае и не тормозил ни при каких обстоятельствах, три раза мы чуть не попались. В первый раз посреди дороги лежала женщина, с виду целая и невредимая. Похоже, молодая и, наверно, красивая: фигурка у неё была что надо. Одетая весьма минимально, в одни трусики-стринги, она будто загорала на пляже, повернув голову в противоположную сторону. В такой позе лежат где-нибудь на испанском побережье у самого Средиземного моря. Андрюха аккуратно объехал её, не сбавляя скорости.

Во второй раз посреди проезжей полосы валялась крупных размеров малозаметная каменюка. Форма и цвет камня были подобраны так, что он почти не различался на фоне асфальта. Андрюхиному джипу булыжник помешать не мог, пропустил между колёсами – и ладно, а вот какой-нибудь городской седан точно бы пузо себе повредил. Прежняя машина моего друга уж точно напоролась бы.

В третий раз путь преградил самосвал. Здоровенный рыжий КамАЗ встал перпендикулярно движению таким образом, что свободного асфальта не оставалось ни с одной, ни с другой стороны. Дорога узкая, и объехать казалось абсолютно невозможным. Судя по отсутствию возмущённых автовладельцев, остановился грузовик совсем недавно. Андрюха совершил головокружительный манёвр по обочине и через придорожную канаву лихо вывернул на шоссе. Мы, сидящие на заднем сидении, пару раз подскочили так, что ударились головами о потолок машины. То, что сказал при этом мой сосед, не берусь повторить. Во-первых, у меня никогда так не получится, а во-вторых, обилие затейливых обсценных выражений и их нецензурное значение считается недопустимым в письменной речи.

Видимо, как в сказке, трёх раз оказалось вполне достаточно: дальше мы ехали спокойно и без помех. В условленном месте, там, где начиналась лесная колея, Андрюха остановился и спросил:

– Ну? Дальше что?

– Сейчас должен… – но я не договорил. Из-за кустов вышел лесник с вороном на плече.

– Так, ребяты, – деловито сказал старик после того, как ворон вспорхнул и перелетел на ближайшее дерево, – машину сюда загоняйте и имущество своё не забывайте. Надеюсь, не пустыми приехали?

Андрюха при помощи друзей вытащил из багажника рюкзаки, которые мы сразу нацепили на себя. Мне достался увесистый армейский вещмешок в камуфляжном оформлении. Игоре_́вич молча поднял какую-то склонившуюся до земли ветку с обильной листвой, раздвинул растущие рядом кусты – в результате образовался проём, куда Андрюха умудрился завести свой джип, после чего машина будто исчезла из этого мира.

– Ну, отважный храбрый птиц, давай дорогу показывай, – обратился Игоре_́вич к ворону, который недовольно каркнул и взлетел.

Ворон перелетал с дерева на дерево так, что нам всё время приходилось бежать. Чтобы смотреть под ноги и при этом не терять из виду нашего проводника, я ориентировался на сапоги Игоре_́вича, который двигался легко и без видимых усилий. Мне пришлось туговато. Бег по лесной местности, да ещё с тяжёлым рюкзаком, никогда не значился среди моих любимых развлечений. Сердце неистово колотилось, удары отдавались в ушах, кровь гулко стучала в районе горла, приливала к лицу, темнело в глазах, и почва уходила из-под ног. Не знаю, как Андрюха со своими друганами, но я пару раз чуть было не упал, однако всё-таки удержался. В какой-то момент вокруг вообще всё пропало и остались только удары сердца, желание не споткнуться и мелькавшие впереди сапоги лесничего.

Сколько мы так отпахали, не берусь сказать даже приблизительно. Ничего не запомнилось, время словно исчезло. Помню только, что все вдруг остановились. Игоре_́вич тормознул так резко, что я едва не налетел на него.

– Яма вон там, у двойной берёзы, на которой ворон сидит. Дальше не могу. Они вокруг всё прóклятым порошком засыпали, не пройти мне. А вы сможете.

– Кто «они»? – спросил кто-то, не помню, кто именно.

– Браконьеры. Вернее, бандиты. Давайте быстренько, а то они скоро здесь будут.

С такого расстояния ничего не было видно, и только вблизи мы разглядели саму яму. Не яму, а ямищу. Никогда прежде я не встречал таких ям. Глубиной метра три, примерно такой же ширины и длины, с абсолютно вертикальными стенами, она была вырыта мастерски профессионалами своего дела. Выглядело так, будто некий великан вырезал в земле куб со стороной в три метра и вынул грунт. Дно ямы оказалось тщательно выстлано полиэтиленом, причём плёнка наползала на стены примерно на метровую высоту. Никакого выброшенного из ямы грунта, что по идее, должен где-то находиться, заметно не было. Только приглядевшись, я понял: густые кусты рядом никакие не кусты. Это оказалась тщательно замаскированная куча той самой земли.

Внизу сидели пленницы. Людмила Владимировна и Олёна. Им за спинами связали руки, а у щиколоток – ноги, рты заклеили серебристым скотчем. Они смотрели на нас, а мы на них. К моему великому удивлению, девушка оказалась одета точно так же, как и в нашу первую встречу, разве что шляпа и чёрные очки отсутствовали.

Андрюха вынул из рюкзака нечто похожее на верёвочную лестницу, солидным крючком прицепил её к ближайшей берёзе и лихо спустился вниз. Из берца достал тот самый нож, который нас уже спасал, рассёк путы и аккуратно отклеил липкую ленту.

– Чего так долго-то? – сразу возмутилась Олёна. – Одеревенела вся, пока тут сидела.

Людмила Владимировна ничего не сказала, просто сделала небольшой, но на удивление чопорный поклон. От такого поклона показалось, будто это мы кланяемся ей, а не наоборот.

Пока соображали, как удобнее вытаскивать освобождаемых, они сами выбрались наружу с помощью верёвочной лестницы. Видимо, их конечности не так уж и затекли или эти женщины умели быстро приводить себя в форму. Андрюха немного подумал и последовал их примеру. К этому моменту у всех мужиков, кроме меня, в руках уже было оружие. В основном короткие помповые гладкостволы. Последним вооружился Андрюха, достав из своего рюкзака укороченный вариант калаша.

Почти сразу после этого сзади раздался сильный шум.

Мы обернулись и столкнулись взглядами с десятком разномастных мужиков. Каждый держал по внушительному дробовику – из тех, что можно заряжать рублеными гвоздями. Внешний вид незнакомцев и выражение их лиц не предвещали ничего хорошего.

– Ну, граждане бандиты, – откуда-то из-за их спин послышался весёлый голос Игорéвича, – молитесь, если кто хочет. Второй возможности не представится.

Когда в первом приближении всё было кончено, Людмила Владимировна сердито повернулась ко мне и некоторое время молча смотрела, видимо систематизируя какие-то собственные оценки.

– Девушку домой ко мне отведи, – суровым голосом приказала руководительница практики. Надо же, оказывается, перешла на «ты». Впрочем, я не мог возражать. – Нечего ей тут. Ключи внутри елового пня в пяти метрах к юго-востоку слева от ворот найдёшь. Пень там не просто так, надо сверху сильно нажать, и он откроется, Олёнка знает. С ключами разберётесь. Запритесь потом на задвижку. Когда вернёмся, в ворота постучим. А вы, молодые люди, – Людмила Владимировна показала на Андрюху с приятелями, – с нами пока останетесь. Нам со Святославом Игоревичем физическая помощь потребуется. А ты, – старуха повернулась к Олёне и указала на меня пальцем, – с ним как следует поговори, по-настоящему. Тебе много чего поведать надобно.