Сэр Гарри Мэлоун, директор-распорядитель боёв без правил, занявший пост руководителя банды «Круг Друзей», от Скиннера отличался внешней неторопливостью. Как нетрудно догадаться, именно он и возглавил банду, заняв место покойного Босса. Мэлоун полагал, что игра с этим парнем, то есть со мной, будет долгой. А если понадобится – то и вечной. Мэлоуну уже перевалило за пятьдесят, но он не выглядел на свой возраст. Длинные светлые волосы, зачёсанные набок, тонкая бородка и усы, серые глаза – проницательные, с хитринкой. Всё это сочеталось с манерой поведения, которую можно было бы назвать небрежной, если бы она не выдавала человека, привыкшего к выражению почтения окружающими. Неизменный белый костюм дополнял впечатление.

Всё повторилось, только наоборот. Джо вышла, а мы остались. Мэлоун показал на плоский приборчик, что лежал рядом с ним.

– Это позволит нам поговорить без особого риска. Блокирует звук. Надёжная штука, совсем не то, что эти ваши поделки с Чёрного Рынка.

Так вот почему я не слышал его разговора с Джо. Но привычка длиною в жизнь нашёптывала мне, что надёжных штук не существует и все они рано или поздно выходят из строя. Я взглянул на прибор, который смотрелся как портативный блокиратор, в котором можно настраивать частоту на определённый диапазон. В данном случае – на частоту звуков, используемых в человеческой речи.

– Всё! Можем говорить, – продолжил Мэлоун. – Или ты хочешь услышать это через наушник?

– Нет, спасибо, можно и так, сэр.

– Ну, как угодно. – Мэл пожал плечами. – Мы хотим тебе кое-что показать. Смотри.

Он выдернул вирт-окно и пустил по нему видеоряд. Там во всех подробностях оказалось запечатлено, как я сначала убиваю Босса, а потом его охранника.

Смотреть на себя со стороны казалось странно. В какой-то момент я даже усомнился в реальности происходящего – настолько нереальным казалось то, что я увидел на экране. Во время просмотра мне показалось, что я сам нахожусь в каком-то фантастическом фильме, а происходящее на экране и есть истинная реальность. Или я сошёл с ума? Но потом вспомнилось, как во время просмотра известного шоу «Сумерки разума» я также усомнился, где реальность, а где сон. Несмотря на то что видео вовсе не сумеречное, оно всё же создавало ощущение нереальности происходящего.

– Это съёмки внутренней камеры, защищённой от твоей техники, – одними губами улыбнулся Мэлоун. – Она давно устарела, так что – сам понимаешь – блокировке не поддалась.

– И что теперь, сэр? – спросил я, стараясь говорить спокойно. В конце концов, если бы они пожелали от меня избавиться, то просто сделали бы это, и никакие разговоры не понадобились бы.

– Ничего. Оба они были в списке приговорённых заочно, это для нас не новость. Ты их ликвидировал, в чём нет ничего плохого. Нас они тоже напрягали. Чем меньше в нашем деле таких вот отморозков, тем лучше. Проблема в другом. На кого ты работаешь? На администрацию города или на свой домен? Как, наверное, уже понимаешь, мы сразу поняли, что труп Скиннера, который ты привёз, – вовсе не его труп. Это его клон из Центра регенеративной медицины, у него в запасе ещё два. Руки-то ему приживлял тот самый док, что тебе уши ставил. Ещё тогда, когда в Городе работал. А видео, что ты показал, – вообще синтетика. Добротная, очень качественная, не спорю, но – синтетика. Некоторое время мы дали тебе тут порезвиться, а потом решили, что всё, хватит. Так что?

– Я работаю на Скиннера, сэр. Ему требовалось разобраться, кто устраняет его агентов в городских бандах и почему их раскрыли. А эти ликвидации – так, постольку-поскольку. Он сказал, что это не имеет большого значения.

– А как насчёт того, чтобы вернуться в Город?

– Это было бы неплохо, сэр, – криво улыбнулся я. – Но я пока не могу. Мне нужно заниматься делом и закончить тут кое-что.

Что правда, то правда. Я должен постараться продолжать работу. К тому же мне начинало нравиться то, чем я тут занимался. Странно, да? Тем не менее это так. Только вот теперь, после того, что случилось здесь и сейчас, мои шансы выбраться живым стремились к нулю.

– Как ты понимаешь, я тут время с тобой не просто так трачу, – усмехнулся Мэлоун. – Нам нужен человек в администрации. Надеялись на Администрацию города, но там наших и так хватает, а вот у Скиннера их нет. Не так давно он обнаружил и ликвидировал пару наших людей. Надеюсь, что теперь с твоей помощью мы восстановим утраченные позиции. Так что? Ты согласен?

– Ну естественно. Если я не соглашусь, меня тут же пристукнут, а я ещё пожить хочу.

– Верное решение.

– Какова роль Джо, сэр?

– Поводок. Чтобы ты не слишком от нас отдалялся. Кстати, как там сейчас твой начальник? Прячется где-то?

– Вот уж не знаю. Честно, сэр. Я тут совсем без связи, автономно.

– Не врёшь. Ладно, – сэр Мэлоун шлёпнул себя рукой по коленке. – Мы предоставим тебе вполне достоверные данные, которые удовлетворят любопытство твоего Скиннера.

– Что-то ещё, сэр? – спросил я, не веря в свою удачу.

– Итак, ты принял решение, – произнёс Мэл. Я удивился, поскольку ожидал, что он сейчас или уйдёт, или начнёт меня расспрашивать дальше. – Что ж, вижу, ты не так глуп, как мне сначала показалось. Как тебя зовут на самом деле?

– Именно так, как указано в контракте, – ответил я. Мэл улыбнулся. Ему, очевидно, понравилась моя откровенность.

– Как указано в контракте, – повторил он. – Вот как. И что же заставило тебя прийти сюда? Неужели ты не догадывался, что тебя быстро разоблачат?

– Я, – я замялся, – думал, вы знаете.

– Нет. Представь себе – нет. Я не знал, что у меня появится такой друг. Что ж, понимаю тебя, я сам такой. Всегда готов рисковать добрым именем, даже когда это совсем не нужно. Но и ты должен понимать, что я не могу просто так поверить первому встречному. Ты должен доказать преданность.

Опять снова-здорово. Сэр Мэлоун поднялся и прошёлся по комнате.

– Чем? – спросил я, следя взглядом за ним.

– Ну уж не тем, чем пытался доказывать раньше, – хохотнул Мэл. – Тут пошла совсем другая игра. Импланты мы тебе не просто так ставили. Кстати, ты ещё не расплатился с нашей клиникой за курс блокскарина.

– Говорили же – бесплатно! И договор я подписывал, там тоже проставлены нули.

– Это операция, сами импы и обслуживание в клинике. Да, всё это бесплатно. А вот курс блокскарина никто за тебя оплачивать не собирается. Если бы не этот курс, у тебя бы до сих пор уши болели. Так что с тебя сто двадцать тысяч кредитов.

– Сколько? – подскочил я.

– Да, именно столько. По сороковке за инъекцию.

– А нельзя было предупредить? У меня сейчас просто нет таких денег.

– Договор внимательнее читать надо было. Там про блокскарин ни слова. Правда, есть возможность переза-честь твой долг.

– Это как? – насторожился я.

– А так. После выхода отсюда информацию будешь присылать. Мне! Свеженькую. Ну а если кого-то ликвидировать потребуется, тоже на тебя рассчитываем. Но это – вряд ли.

– Моя жизнь после нашего разговора как-то изменится?

– Пока – нет. У тебя неплохо оплачиваемая работа. Красивая девушка. Удобные апартаменты. Не люкс, конечно, но жить можно. Мы не заинтересованы в том, чтобы внешне что-то изменилось в твоём поведении.

– Сэр, вы всегда говорите «мы». Кто – «мы»?

– А вот об этом – уже в другой раз. Всё! Можешь звать свою девушку.

После этих слов Мэлоун удалился, оставив меня в растрёпанных чувствах, как раньше писали в сентиментальных романах для женщин.

Ну а я тем временем продолжал исполнять обязанности спортивного детектива.

На самом деле Мэлоун, конечно, лукавил. Моя жизнь изменилась, причём довольно сильно. Нет, внешне-то всё осталось по-прежнему. Я, как обычно, ходил смотреть бои, внимательно изучал правила этих боёв (собственно, изучать-то там оказалось нечего) и следил за тем, чтобы не проскакивало ничего запрещённого. Но многое изменилось. Во-первых, Джо. Я уже не видел в ней прежнюю попавшую в беду девушку, а воспринимал её не иначе, как шпионку, соглядатая, без которого я и шагу не могу ступить. Она даже ходила со мной на бои и безотрывно сидела на соседнем месте. Ещё не так давно я радовался, что она стала моей девушкой, но сейчас прекрасно понимал, что у неё ко мне нет никаких чувств. Чисто деловые отношения. Оно и к лучшему. Во-вторых, мои передвижения здесь ограничились только нашим, похожим на университетский кампус, сектором. Я уже не мог посещать Чёрный Рынок, не говоря уже о гипотетической возможности выйти в Город. Как только мы с Джо подходили к невидимой границе, появлялся вежливый или не очень вежливый охранник и приказывал нам поворачивать назад.

Никакой связи с Городом у меня пока не было. Сеть строго контролировалась, нечего и думать выйти на связь со Скиннером. Сам же он молчал. Ко мне никто не подходил, никаких паролей не предъявлял.

Спали мы с Джо по-прежнему вместе, и тут практически ничего не поменялось. Меня даже заводила такая ситуация.

Как жаль, что тут у меня нет коктейля правды, а Чёрный Рынок для меня пока закрыт. Незачем заранее думать о провале и настраивать себя на него. Надо менять правила игры, притворяться уверенным в себе нахалом. Может, тогда неожиданно всё получится? Лучший вариант – не подавлять эмоции, а задвигать их на дальнюю полку. Иногда отвлекаться от работы или других дел, чтобы прийти в норму и расслабиться. Джо хорошо помогала в этом процессе.

От Джо была ещё одна немалая польза: иногда она помогала мне как спортивному детективу. Однажды, во время очередного боя, на ринге дрались два бойца: темнокожий – претендент, и белый – чемпион прошлой серии. Я бы не стал преувеличивать силу удара белого и недооценивать мощь и уверенность в себе его соперника. Кроме того, тёмный – это была не только сила и скорость, но и умение двигаться, менять ритм боя и стиль, комбинировать удары в зависимости от ситуации. Белый явно это хорошо понимал. Он был настоящим бойцом, в отличие от многих других чемпионов. Но тут что-то произошло, и белый упал. С грохотом рухнул на спину, во весь рост. Трибуны взорвались. Вышел судья, проверил пульс и вызвал реаниматора.

– Не, ну ты это видел? – зашипела мне Джо, пока реаниматор пытался оживить белого. Девушка всегда старалась говорить тихо, если можно – шёпотом. Наши модифицированные органы слуха оказались в очередной раз весьма полезны.

– Что я должен увидеть? – флегматично не понял я. Мало того, что я не выспался и пришёл в плохом настроении, ещё и разговаривать приходится.

– Он же убил его! – возмутилась девушка.

– Похоже на то. Что-то очень быстро.

– Ты не понял. Его убили запрещённым образом.

– А что тут запрещено? – вяло спросил я. – Бои без правил. По этой схеме всё можно.

– Вообще-то запрещено стрелять с трибун. А вон тот тип чем-то в него выстрелил.

– Что?

– Что слышал!

– А крови почему не видно?

– Откуда я знаю? Потом выясним.

– Уверена, что стреляли? Запись есть? – в ответ зашептал я. Джо кивнула на оба моих вопроса, и мою прежнюю апатию как рукой сняло. – Отлично. Тогда бежим к Мэлу, он должен быть где-то тут, на боях.

В этот момент на арене победителя назвали уже официально и объявили перерыв.

Сэр Мэлоун и в самом деле находился на боях. Его белый костюм маячил на противоположной стороне ринга, хорошо видимый сквозь клетку.

Пока длился перерыв и по арене вышагивали пронумерованные голые красотки, мы кинулись в Мэлу. Пришлось огибать арену, пробираться через трибуны, постоянно натыкаясь на чьи-то ноги и киберпротезы. Мы беспрерывно бормотали извинения, слыша в ответ разнообразные проклятия, оскорбления и угрозы.

– Сэр, – почтительно обратился я к нынешнему начальнику, – там Джо зафиксировала…

– Не здесь, – оборвал меня Мэл. – По окончании жду обоих у себя в кабинете.

Я кивнул, и мы вернулись на свои места. Перерыв уже заканчивался.

На верхней части клетки, там, где висели тридцатифутовые экраны, дающие увеличенное изображение с ринга, побежала реклама.

Сначала – традиционное: Donate more than Cr1 000 and become a Champion of Privacy! (Пожертвуйте более 1000 кредитов и станьте чемпионом конфиденциальности!) Free Territory is a welcoming, peaceful, tight-knit community that is small in size, but big at heart! (Свободная территория – это гостеприимное, мирное, сплочённое сообщество, небольшое по размеру, но с большим сердцем!) Потом – более изысканные и таргетированные призывы: We will provide a trouble-free riser without any chemistry! (Обеспечим безотказный стояк без всякой химии!) И совсем уж неприличное: New implant. Insert into your girlfriend so that she screams with happiness! (Новый имплант. Засади своей подружке так, чтобы она вопила от счастья!)

Меня всегда удивляло: зачем тут эти старомодные экраны, а на них ещё такие дебильные слоганы?

После дефиле, когда публика пребывала уже в нетерпении, один из ведущих сказал:

– А теперь наконец состоится поединок, которого все так долго ждали! Между Большим Бобом и Чёрным Сокрушителем! Вы видите на ринге двух сильнейших бойцов. Они будут сражаться не на жизнь, а на смерть. Победитель получит приз! Какой? Это пока тайна! – он повысил интонацию и крикнул: – Выходите!

Начался следующий бой. Снова белый против чёрного, и снова последний начал побеждать с первых ударов. Наконец, после особо резкого удара, Большой Боб грохнулся на спину и больше уже не подавал признаков жизни. Схватка завершилась. Но на этот раз ничего предосудительного углядеть не удалось. Потом, конечно, просмотрим записи, но всё выглядело вполне нормально. Для этих боёв нормально.

Не сговариваясь, мы с Джо давно пришли к выводу, что коммуникатору у арены лучше не доверять. Тут околачивалось столько всевозможных мазуриков, напичканных какими угодно жучками, что никому никогда не было понятно, кто и чем сейчас может прослушивать.

До конца дня больше ничего примечательного не случилось. Сразу после финального сигнала мы пробрались через толпу, воспользовались лифтом для персонала и оказались у дверей начальственного кабинета.

Тут Джо помотала головой. Видимо, ей пришло какое-то сообщение. Девушка пояснила, что идти нам требуется не сюда, а в рабочий кабинет.

Сэр Мэлоун ждал нас в небольшой комнате, заставленной самой разной аппаратурой. Помещение, где я лично никогда ещё не был. Полностью изолированное пространство, недоступное для внешних слушателей и наблюдателей. У дальней стены стоял стол, за которым сидели двое: наш директор-распорядитель и его помощник. Сэр Мэлоун сделал знак помощнику, и тот, не спрашивая нашего разрешения, включил полную запись. Теперь фиксировалось всё: видеоряд, звук, температура помещения, движение воздуха, частота дыхания и пульса у всех присутствующих и всё остальное, что может представлять потом даже теоретический интерес.

– Будем молчать? – озвучил нетерпение Мэл.

– Никак нет, сэр, – ответил я. – Мы хотели сказать.

– Давайте, не стесняйтесь. Говорите. Я что, должен постоянно пинками вас подгонять?

– Извините, сэр, но мы…

И тут мы заговорили. Сэру Мэлоуну пришлось приложить немало усилий, чтобы остановить нас. Он велел говорить только по одному, и тогда он сможет выслушать каждого. Мы согласились, и Джо повторила то, что поведала мне, только более внятно и расширенно.

– Записи?

– Есть, конечно, – и Джо перекинула связку информационных пакетов.

– Похоже, вы правы, – кисло резюмировал директор-распорядитель после просмотра. – Вимс, подготовь записи со всех камер вокруг арены. Да, и с выходов ещё.

Помощник, которого звали Пит Вимс, пожал плечами и высказался в том духе, что понадобится много времени. Мэлоун никак не отреагировал на его слова. Договорились, что, когда подборка будет готова, мы придём её смотреть, а пока можно и погулять.

Вообще-то, гулять с красивой девушкой по территории бывшего завода – то ещё удовольствие. То ли дело, когда она у тебя дома, в кровати, да и в ванной тоже. Но не сейчас. Сейчас её надо развлекать. А как? А главное – где, учитывая ограниченность территории, доступной для нашего передвижения. У меня не осталось ни желания, ни настроения развлекаться. Я уже и сам не понимал, зачем мне нужна Джо. Мысль, что она теперь – моя девушка, была для меня даже оскорбительна.

Тут вдруг пришло сообщение от Пита, что всё готово и можно идти к Мэлу.

Я-то понадеялся, что поиск проведут без меня. Ничего подобного. Пришлось присутствовать. И началось. Первый эпизод, где мелькнул нужный нам человек, обнаружился довольно быстро. Но потом пошёл всякий мусор. Скоро от перекошенных и что-то орущих зрительских рож меня уже тошнило. Ну зачем, почему эти болельщики припёрлись в зал? Все бои транслируются. Где угодно на Свободной территории можно посмотреть бой с лучшего расстояния и с хорошим разрешением.

– Вот он! – вдруг вскричала Джо так, что я аж вздрогнул. Девушка тыкала пальцем в экран, указывая на кого-то. – Отмотайте немного назад… ещё… ёще… Стоп! Увеличьте вот это место. Ага. Вот он.

– Ну, теперь мы его поймаем, – решил Мэл. – Только что получил сообщение. Док выяснил, что стреляли иглой, отравленной нейронным ядом. Почти мгновенная смерть. Лицо у нас есть, дадим задание Системе, и всё.

– А если это не его лицо? – спохватился я.

– Тогда – дольше. Ты что, не знаешь, как это работает? – Я помотал головой. – Вряд ли он сразу на трибунах личность менял. Значит, отберём все эпизоды, где засветилась эта рожа, и проведём биометрию. Рост, пропорции, характер движения, особенности жестов. Все индивидуальные характеристики не спрячешь.

Пока мы говорили, пришёл ответ от Системы. Искомый персонаж находился перед нами во всех видах. Кроме того, прилагался его полный профиль.

«Имя – Сомчай Чонг.

Возраст – 20 лет.

Преобладающий расовый тип – asian.

Внешность: молодой человек ниже среднего роста, худощавого телосложения, с короткими прямыми, торчащими в разные стороны чёрными волосами. Широкое круглое лицо с сильно вздёрнутым носом и толстыми губами. Узкие, широко посаженные глаза с невыразительным взглядом и выраженным эпикантусом. Цвет глаз – тёмно-карий.

Особенности и привычки: вкрадчивый голос, любит старые детективы, пересматривает один фильм по сотне раз, носит брекеты, в одежде предпочитает кожанку, любит гулять по ночам и смотреть на звёзды, курит электронные вайпы. Гиперсексуален.

Ориентация – би.

Особые предпочтения – неизвестны.

Татуировки: на животе – в виде глаза Гора, на правом плече с тыльной стороны – слово Habitude, на пенисе – слово Stand.

Установлены следующие импланты: серийный биомонитор, стандартный регулятор боли, синаптический ускоритель, регулятор рефлексов, синаптический оптимизатор нервного импульса, смартлинк и общий акселератор. Регулятор тонуса переднего отдела внутренней подвздошной артерии. Видимой аугментации нет.

Локация – неизвестна.

Родственные связи – неизвестны.

Образование – Городской университет, факультет психологии. Специализация – психология сексуальных отношений. Тема магистерской диссертации: “Психология сексуальных отношений на автоматизированном производстве”.

Употребляемые стимуляторы – неизвестны.

Профессиональная специализация – секс-инструктор широкого профиля».

– Так, – заключил Мэл. – С этим уже можно работать. Думаю, всё это – лишь прикрытие, а на самом деле он профессиональный киллер. Хотя может и совмещать.

В гильдию не обращайтесь ни в коем случае. Ничего не скажут, а своего предупредят. Здесь и так вполне достаточно для поиска. Остаётся прошерстить все бордели и места сбора подобных типов, но это уже ваши дела. Завтра жду с результатами.

– Завтра, сэр? – удивился я. Помнится, Скиннер на подобные поиски давал мне неделю.

– Завтра к вечеру, в это же время. Ну всё. Идите и работайте. У вас ровно сутки.

Вот чёрт. Эти начальники, они что, все такие одинаковые?