– Шеф, мою спутницу не пропускают, – наябедничал я Скиннеру, когда распорядительницы на ресепшене ожидаемо тормознули Джум. Меня пропускали, а её – нет. Разрешения на вход не имеет, никаких распоряжений не поступало, можно было понять девушек. Кстати, выглядели они все как-то прибито и запуганно.

– Правильно делают, что не пропускают, – пробубнил в ответ шеф. – Она, собственно, кто? Вы мне так пока и не ответили.

Пришлось объяснять, кто такая Джум и зачем она вообще со мной приехала.

Шеф поворчал для вида, но велел девушкам нас пропустить. Его явно что-то заинтересовало.

– Доброе утро, Клэр. – Кларисса Брайн была секретарём-референтом шефа, и Скиннер всецело ей доверял. Надо же, до начала рабочего времени её выдернул.

– Здравствуйте, Тим, – в ответ поприветствовала меня секретарша. – Задержитесь на минуту. А вы, леди, проходите. Шеф готов вас принять.

Это уже что-то новенькое.

Я остался. Стульев для посетителей в приёмной не полагалось, и я стоял столбом. Прошла не одна минута, а намного больше. Потом пришли два мужика в форме охранников и без спроса проследовали в шефский кабинет. Через минуту они вышли по обе стороны от Джум. Та шла, упёршись взглядом в пол.

– Теперь вы, Тим, – объявила секретарша.

Я не заставил себя ждать и проследовал в кабинет.

– Доброе утро, сэр.

– Заходите, Тим. Знаете, почему я вас вызвал?

Шеф выглядел крайне раздражённым. Тут надо вести себя особым образом.

– Да, сэр. Задание мною выполнено. Кейс к вам доехал? – первое, что спросил я.

– Доехал, доехал, – почему-то с видимым раздражением произнёс шеф. – Хорошо доехал. В целости и сохранности. Задание выполнено, но не без проблем. Почему не сообщили о проблемах?

– Не успевал, сэр. Я думал, что смогу справиться. Мы всё-таки уложились в срок, сэр.

– Справился, но с каким шумом! Перестрелка у периметра, гонки по Городу и вообще. Нужно было держать меня в курсе.

– Дроны стреляли по нам, сэр. Я не отвечал, хотя оружие и заряды были. В следующий раз постараюсь быть внимательнее.

– Надеюсь, что постараетесь. У нас ещё много работы, и я не хочу повторения такой дурацкой ситуации. По вам стреляют, а вы молчите.

– Обещаю, сэр. Больше не повторится. Я извлёк уроки из этого опыта.

– Хорошо. А теперь рассказывайте всё, что там с вами происходило. С момента заброски и до той минуты, как вы переступили порог Администрации.

Довольно продолжительно я рассказывал всё, что запомнил, причём старался объяснять как можно полнее. Отдельные моменты иллюстрировал слайдами и видеозаписями. Несколько раз с шефом кто-то пытался связаться, но он сбрасывал связь.

– Да, интересно. Теперь давайте обсудим вашу спутницу.

– Что с ней, сэр?

– Я приказал задержать её. Она изолирована.

Похоже, шеф едва сдерживал себя.

– Простите, сэр?

– Что простить? Задача, полагаете, выполнена? – перебил шеф.

– Да, сэр, и на самом деле… это было не самое приятное задание, но…

– Вы полагаете, я не понимаю, что вы сделали?

– Хотел сказать, что мы работали очень усердно и результаты…

– Результаты? Какие? Вы считаете, что мы их достигли?

– Мы сделали всё, как могли, чтобы соответствовать вашим требованиям.

– Вы всегда так говорите, Тим. Кажется, у вас нет понятия о некоторых существенных вещах.

– Сэр?

– Что? Вы с этим не согласны?

– Я успел раньше срока, сэр. Мы не только соответствовали всем требованиям, но и превысили ожидания.

– Мы – это кто кроме вас? Вы это серьёзно?

– Да, сэр, – кивнул я. – Удалось использовать дополнительные ресурсы, и результаты вышли лучше, чем ожидалось. Леди Джум успешно мне помогала.

– Полагаете, это хорошо?

– Да, сэр. Я думал, что вы не будете разочарованы.

– О, так вы думали! Не ожидал, что вы умеете это делать. А вот это уже прямое оскорбление. Что это с шефом?

– Не всегда удавалось достигнуть всего ожидаемого, но на этот раз…

– И что на этот раз?

– Готов продолжать работать, сэр. Хочу показать, что мы можем привнести небольшие изменения в разработку задачи.

– Опять – мы. Мы – это кто? Что за изменения?

– Да, сэр. Есть идеи, которые могут повысить эффективность ещё больше.

– Вы меня не убедили.

– Постараюсь не разочаровывать вас, сэр.

– Ладно. Что у нас дальше?

– Хотелось бы отдохнуть, сэр.

– Подумаю, что вам предложить.

– Благодарю, сэр.

– Пока рано. Вам ещё с Крейтоном в самое ближайшее время надо побеседовать. Расскажете ему всё то же, что сейчас говорили мне. А лучше доклад подготовьте.

«А запись доклада он не мог сделать?» – с раздражением подумал я, а вслух сказал:

– Разрешите спросить?

– Да. Спрашивайте.

– Что будет с моей спутницей?

– Я же сказал. Она изолирована. Есть все основания полагать, что именно она виновна в смерти Суина Кибата – модератора нашего домена и вашего друга, между прочим. Вы сразу знали об этих подозрениях, так в чём вопрос? Идите пока. Если что, я вас вызову. Теперь уже подготовьте официальный доклад. Лишнего не пишите. От вас не требуется ни интуиции, ни фантазий. Только факты.

Я ушёл, не зная, что и подумать. Первым делом отправился в нашу душевую, а затем сменил одежду. Потом закрылся в своём кабинете и стал изобретать убедительную докладную Скиннеру. Знать бы, какая собака его укусила.

Для начала постарался тупо излагать факты – последовательность своих действий с момента заброски в пустыню и до эпизода в полицейском участке. Нужно было ещё что-то. Для пущего блеска. Только вот ничего полезного в голову не приходило. Тогда решил пройтись по коридорам, а потом как следует позавтракать. Бывало, что такое нехитрое действие положительно влияло на мозг.

Первый, кого я встретил, был Пит Дэт.

– Привет, – оживился он, когда увидел меня. – Ну как ты?

– А как я? – не понял я.

– После всего этого…

– Так. Ты завтракал? А я – нет. Пойдём поедим. Я – полноценно, а ты соку попьёшь, если аппетита не нагулял. Заодно расскажешь всё, что я здесь у вас пропустил.

– Идёт. А ты объяснишь, что там за движуха вокруг тебя. В нашем офисном кафе я взял себе полноценный завтрак, а Пит действительно ограничился стаканом ярко-жёлтого фруктового сока, идентичного натуральному.

– Давай рассказывай, – потребовал я, принимаясь за еду. – Чего это шеф сегодня злой как чёрт. Никогда его таким не видел.

– После взрыва у нас некоторые слегка повредились.

– После какого ещё взрыва?

– А, так ты ничего не знаешь…

Пока я вкусно и долго ел, Пит рассказывал о событиях последних двух дней. История получилась невероятно увлекательная.

– …Принесли, значит, шефу тот кейс, – заканчивал свой рассказ Пит. – Несмотря на предупреждение не вскрывать, шеф поручил его нашим специалистам. Вызвал экспертов. Типа они крутые, всё могут, всё умеют и прекрасно справятся. Те подтвердили, что да, дело пустяковое, главное – необходимые инструменты и оборудование взять. Взяли. На всякий случай шеф отправил их в наше специальное помещение для всяких подобных рискованных работ. Ну, ты знаешь. Там, наверно, ядерную бомбу взорвать можно, и не будет ничего. Шеф хотел с ними пойти, но в последний момент раздумал. Решил, что не начальственное это дело – в стальных чемоданах ковыряться. Ну а потом там произошёл взрыв чудовищной силы. Наше здание только вздрогнуло, и никаких повреждений не возникло. Техники уверяют, что всё в порядке, повреждений конструкций нет. Говорю же, в том помещении любой заряд взорвать можно, и ничего не будет, специально для подобных случаев проектировали. Зато всё, что находилось внутри, разлетелось в пыль. Как раз перед твоим приходом случилось. Часа не прошло.

Я нецензурно выругался.

– Угу, – согласился Пит. – Теперь шефу перед городской Администрацией оправдываться, а главное – перед госпожой Элион. Это был её кейс. Вот шеф и сидел не помня себя. А тут ты, такой красивый, да ещё с этой бабой. Видел я её мельком. Какая очаровашка! Где ты её подцепил, кстати?

– Откуда ты вообще про всё про это знаешь? Я думал, подобная информация должна особо секретиться.

– Ну, старик, я тебя умоляю. Я, как ты, наверное, знаешь, в большой дружбе с референтом шефа – это раз. Со мной некоторые советуются – это два. Ну и, наконец, умею внимательно слушать и правильно анализировать услышанное. Модератор как-никак.

Высказав эту мудрую мысль, Пит потребовал рассказать о моих похождениях. Я отказался и послал за разъяснениями к шефу. Пит в ответ надулся, допил свой сок и ушёл.

Надо же какой чувствительный стал. Тоже мне, трепетная лань.

А потом я послал сообщение Крейтону и договорился о встрече на завтра.

Остаток дня сочинял отчёты для шефа и для того же патрона, а потом решил, что с меня пока хватит. Пора домой.

Возвращение прошло спокойно и без всяких эксцессов. Я написал Вик, что так устал, хочу побыть один. Она, по-моему, обиделась, но поняла. Мы уже давно условились, что если кому-то нужно одиночество, то прямо так и говорить.

Лифт, как всегда, дрогнул на старте, прежде чем потащить меня вверх, к моему этажу-невидимке – тому, что затерялся где-то между землёй и облаками. Замок провернулся с сухим щелчком, будто спрашивал: «Ты точно свой?»

Квартира-студия. Моя крепость. Корпоративное жильё, положенное мелкому служащему моего ранга. Бываю тут нечасто, как правило, живу у Вик. Квартирка встретила тишиной и светом мерцающей за окном рекламы. Квартирка – точь-в-точь как в брошюре нашего эйчара: белые стены, встроенная мебель цвета серого металла, окно с видом на море таких же небоскрёбов. Диван-трансформер, скрипящий при любом движении. Узкий балкон, заставленный коробками из-под техники, всё так же хранил след от локтя: там я иногда сидел по ночам, глядя на Город, который никогда не спал, но всегда выглядел уставшим.

Тут почти всё чужое. Но есть и кое-что моё: в углу кем-то подаренная гитара, медная турка для варки кофе, постер над диваном и присыпанный пылью крохотный живой суккулент на подоконнике – презент от коллег на день рождения. Растение выжило, несмотря на хронический недолив и особенности моего графика. А ещё здесь на полке стояла пустая бутылка от пива, превращённая в вазу для стального цветка.

Выдох. Галстук слетел первым – швырнул его на спинку дивана, где он и повис, как змея на ветке. Рубашку расстегнул на ходу, стянул через голову и бросил на стул. Выдернул виртокно и пустил по нему трансляцию с какого-то случайного видеоканала. Искин холодильника бубнил: «Пора выбросить творог тридцатидневной давности». Я заткнул его и достал старую замороженную пиццу. Разогрел её на сковороде: микроволновка сломалась ещё до моей командировки, а заявку в техотдел я так и не послал.

Ужин одиночки. Ел, как всегда, у окна. За стеклом в соседней башне какая-то женщина вязала свитер под светом лампы. Странное утешение – знать, что ты не единственный, кто живёт в таком же аквариуме. Кола щипала язык, напоминая детство, которого здесь не было. Потом сварил кофе в турке, что Вик подарила на повышение в должности: «Чтобы не забывал, как пахнет дом». Аромат горелых зёрен, идентичных натуральным, смешивался с запахами Города. Пицца на вкус как картон с кетчупом, но кофе источал дух греха и спасения одновременно. Пил его медленно, растягивая удовольствие, пока пар рисовал узоры на стекле.

После всего этого душ обжёг кожу, смывая груз отчётов и фразы «вы меня не убедили». Пар затуманил зеркало, скрыв отражение моего тела, – это хорошо. Упал на диван, натянув на себя одеяло с истрёпанными звёздами. Случайный видеоканал бормотал что-то о спорте, но я уже не слышал. Глаза закрывались сами, а за стеной тихо гудел лифт, увозя кого-то в ночную смену. Перед сном поймал себя на мысли, что даже эта коробка из бетона и пластика стала чем-то вроде дома – пока чужие огни за окном твердят, что я не один. Засыпал под мерцание этих далёких окон, думая, что капсула в человеческом улье может стать каютой космонавта, если захотеть и очень представить.

Чего-то меня вдруг пропёрло на лирическое настроение. От усталости, что ли? Не к добру это, надо что-то решать.