Визг двигателя на высоких оборотах и несколько выстрелов калибра 5,56 мм заставили его скатиться с кровати на пол еще до того, как мощная ударная волна выбила стекла в его спальне.

Рис мгновенно понял, что происходит. СВУ на автомобиле — прямо как в Ираке.

Кто, черт возьми, их здесь выследил? Не сейчас, Рис. Сначала победи в бою.

В мозгу словно щелкнул переключатель. Он больше не был в безопасном доме в XXXXXXX. Он был на войне.

В одних боксерах и футболке — времени на полную экипировку не было — Рис запрыгнул в кроссовки, попутно оценивая ситуацию. Он был уверен, что взрыв заминированного автомобиля пробил брешь в стене комплекса. Если это скоординированная атака, а он в этом не сомневался, то противник пойдет на штурм в любую секунду. Он уже видел такую тактику раньше.

Второй взрыв сотряс заднюю часть комплекса, возле зданий, где жили остальные. Быстро переползая через комнату и нащупывая в темноте свой плитник, он услышал безошибочно узнаваемый звук выстрелов с ПБС из окна комнаты дальше по коридору. Фредди Стрейн уже вел огонь.

Рис быстро прикинул состав своих сил: Фредди, четверо охранников из службы безопасности XXX и его учитель исламоведения Мааджид. Он быстро натянул бронежилет и шлем — не столько ради защиты, сколько ради ПНВ, закрепленного на нем. Он нашел свой MP7, прислоненный к стене, набросил через голову двухточечный ремень и активировал инфракрасный лазерный целеуказатель. На нем были тактические наушники Peltor с микрофоном на шлеме, но без радиостанции связаться с остальными было невозможно. Зная, что Фредди держит сектор из окна, Рис приоткрыл дверь и выглянул в коридор.

Тот, кто планировал это, следовал знакомому сценарию из Ирака и Афганистана: использовать машину для пролома периметра, а затем наводнить территорию фанатиками с легким стрелковым оружием и поясами смертников. Отсутствие стрельбы с периметра означало, что контрактник XXX, стрелявший по приближавшейся машине перед взрывом, был либо убит, либо тяжело ранен.

В зеленом свечении ПНВ коридор казался темным и тихим, лишь хлопки выстрелов Фредди отдавались в ушах Риса сквозь звон после взрыва. Рис глянул через перила балкона — внизу никакого движения. Он медленно и бесшумно спустился по лестнице, легкие кроссовки скрадывали шаги.

Ближний бой — это сложная игра углов, и Рис использовал годы тренировок и опыт, пробираясь к фасадной части здания. Когда он «нарезал пирог» на углу, ведущем в парадный холл, очередь из автомата полоснула по фасаду, выбивая стекла. Выстрелы звучали глухо, как с ПБС. Что за чертовщина? Он припал на колено за антикварным книжным шкафом, слыша, как пули вгрызаются в толстые каменные стены дома. К счастью, они не проходили насквозь. Хорошее укрытие.

Рис поднялся и заметил дульные вспышки в оконном проеме. Очередь из двенадцати патронов его пистолета-пулемета отправила стрелка в мир иной. Он проверил, не зашел ли кто в комнату с тыла, и подобрался ближе к окну, чтобы лучше видеть двор. В сорока ярдах в стене периметра зияла рваная черная дыра, а ослепительное пламя горящего автомобиля отбрасывало причудливые тени искореженного металла на землю. Двое мужчин с карабинами M4 ворвались в брешь, перебегая по диагонали через его поле зрения. Он повременил с огнем, сбитый с толку видом оружия и снаряжения, которое обычно носили союзники. Когда они открыли автоматический огонь по верхнему этажу, где засел Фредди, оцепенение спало. Он взял упреждение и выдал очередь в первого — тот кувыркнулся на землю. Второй бегущий споткнулся о падающего напарника, из-за чего Рис взял чуть выше. Он скорректировал прицел и всадил остаток магазина во второго, когда тот пытался подняться. Выстрел в лицо оборвал его попытки навсегда.

М4. Почему нас атакует подразделение с М4? Потом, Рис. Позже. Ты знаешь, что делать.

В памяти всплыли слова отца: «Если что-то выглядит неправильно, скорее всего, так оно и есть».

Рис на мгновение задержал взгляд на тех, кого он уложил, и удивился, увидев, что один пытается встать. Слишком много людей погибло от рук тех, кого они считали мертвецами.

Рис тщательно прицелился, нажал на спуск и всадил пулю точно в окуляр ПНВ PVS-15, закрепленного на шлеме, очень похожем на шлем самого Риса. Пуля ушла в левую глазницу нападавшего.

Приборы ночного видения? Мне нужно рассмотреть одного из них поближе.

Рис выщелкнул пустой магазин, вставил свежий из подсумка на груди и сбросил затворную задержку. Позади главного дома, со стороны здания охраны, разгорелся бой. На длинные очереди противника отвечали короткими вспышками чего-то похожего на пулемет с ленточным питанием — значит, как минимум один контрактник XXX еще жив и огрызается.

Пока Рис искал цели, за его спиной разбилось окно, и в комнату хлестнул свинец. Нападавший пробрался к тыльной стороне дома и палил из М4, просунув ствол в окно. Рис упал плашмя за большой диван — стрелок эффективно прижал его к полу.

Всего лишь визуальное прикрытие, не защита. Двигайся, Рис!

Пули вспарывали стену над головой, наполняя комнату пылью и осыпая ноги Риса раскаленными осколками оболочек. Он пополз к тяжелой дубовой входной двери, надеясь выскочить наружу и зайти стрелку во фланг. Когда он добрался до двери, еще двое с М4 ударили по фасаду со стороны пролома в стене. Пули глухо застучали по камню и дереву, отрезая путь к отступлению.

Автоматический огонь с тыла не прекращался, превращая дорогую мебель в щепки. У Риса в подсумке была осколочная граната, но окно, в которое ее нужно было забросить, было слишком маленьким — он не мог рисковать тем, что граната отрикошетит от рамы обратно в комнату.

— Фредди! Я прижат! — крикнул Рис, надеясь, что напарник услышит его сквозь грохот боя.

Стрельба возобновилась — нападавшие пытались поймать его в прицел. Время замедлилось; дульные вспышки подсвечивали дым, взвесь штукатурки и бетонной пыли заполнила дом. В зеленом свете ПНВ вся комната мигала, как в ночном клубе под стробоскопами — сюрреалистичная и яростная атака на чувства.

От Фредди ни слова. Значит, либо он сам в заварухе, либо мертв.

Надо было уходить. Рис дождался, пока стрелок уйдет на перезарядку, приподнялся на колени и сорвал засов входной двери. В этот момент он услышал, как что-то глухо ударилось о пол справа от него и покатилось по плитке. Граната волчком крутилась в пяти ярдах; запал стремительно догорал.

Рис рванул дверь на себя и выскочил наружу «крючком», уходя от взрыва. Его внезапное появление застало врасплох человека, бросившего гранату — тот стоял вторым в «двойке», готовясь войти в дом после детонации. Рис не смог затормозить и буквально врезался в группу, которая мгновение назад владела инициативой.

Скорость. Сюрприз. Напор.

Отводя ствол винтовки противника вверх и в сторону, Рис врезался в первого в цепочке. В нос ударил резкий запах пота. Он упер глушитель своего MP7 в горло врага и выдал очередь: пули калибра 4,6 мм прошили шею первого и впились в лицо стоявшего за ним.

Оглушительный взрыв гранаты в доме швырнул осколки уже разбитого окна в голову и плечо Риса, но инерция уже несла его на последнего человека в группе. Тот, на мгновение опешив от вида падающих напарников и взрыва за спиной, не успел среагировать на всю мощь и ярость человека, возникшего из хаоса, словно видение смерти.

Его ПНВ забило пылью от взрыва, поэтому Рис скорее почувствовал, чем увидел врага в полной выкладке. MP7 запутался в переплетении ремней и снаряжения. Оказавшись лицом к лицу с противником, Рис бросил пистолет-пулемет, висящий на ремне, и мгновенно перешел на нож, закрепленный на груди. Сократив дистанцию, он упер локоть в грудную пластину врага — используя ее как точку опоры — и вогнал клинок ему в горло. Тут же Рис шагнул влево, подсекая ногу, и повалил ошарашенного противника на землю.

Ножевой бой — это не то, что показывают в кино. Это близко. Лично. Нутряно. Это самое первобытное и разрушительное, что один человек может сделать с другим, и иногда люди умирают тяжело. Рис не дрогнул. Оказавшись в доминирующем положении сверху, он навалился плечом на рукоять ножа, вгоняя его глубже в незащищенную шею врага. Тот, чье тело и дух в предсмертной агонии нашли остатки сил, отчаянно сопротивлялся.

Рис сорвал ПНВ с головы противника, нашел лезвием сонную артерию, прижал руку врага и вогнал нож под мышку — прямо в легкие. Он обходил бронепластины, используя их как направляющие. Сместившись в боковой контроль, Рис перенес нож ниже края бронежилета и выше таза, вонзил его в живот и начал методично проворачивать, создавая в кишках огромный раневой канал.

В ярости рукопашной схватки секунды кажутся минутами. Прошло всего пять секунд с того момента, как Рис вцепился в человека, чью жизнь он сейчас обрывал. Даже когда кровь вытекала из тела, противник продолжал бороться. Как и тысячи воинов до него, он еще не осознал, что уже мертв. Рис почувствовал, как руки врага мечутся, в адреналиновом отчаянии пытаясь нащупать гранату на левом боку плитника Риса. Рис снова перешел в маунт, вырвал гранату из пальцев умирающего и вогнал клинок в левый глаз противника, полоснув вниз через всё лицо к челюсти. Он завел левую руку за затылок врага, перехватив там вторую руку с ножом. Лицо Риса было прижато к голове противника; он вкручивал лезвие всё глубже в ствол мозга, пока бьющееся в конвульсиях тело не обмякло. Рис еще мгновение не размыкал этих смертельных объятий, затем вытащил нож и скатился с трупа.

Контролируй обстановку, Рис.

Тяжело дыша, он поправил шлем и прижался спиной к зданию, которое еще десять минут назад было его убежищем. Дисциплина, вбитая годами тренировок, взяла верх. Убирая в ножны клинок, спасший ему жизнь, Рис заметил на нем надпись. Сквозь кровь, желчь и липкие белые щепки кости и мозга проступили слова Pamwe Chete. Подарок Рича Хастингса забрал еще одну душу.

Плавным движением подняв MP7 в рабочую зону, Рис вытащил магазин и выполнил тактическую перезарядку, сохранив полупустой магазин на потом. Карманов не было, поэтому он запихнул его в пустой подсумок для рации. Не видя движения поблизости, он опустился на колено рядом с убитым и снял с него шлем. Лицо превратилось в кровавое месиво, но что-то в нем показалось смутно знакомым. Я его знаю?

На нем были пустынные ботинки, нагрудник поверх бронежилета и старый кевларовый шлем. Но внимание Риса привлекли ПНВ и униформа. PVS-15 означали одно — их поддерживали Штаты. Пустынный «тигр» на форме означал другое — ЦРУ.

Потом, Рис. Разберешься с этим позже. Победи в бою. Расставляй приоритеты и действуй. Где ближайшая угроза?

Взяв широкий угол, Рис двинулся вдоль стены дома. Он делал то, что для него было самым естественным занятием: он охотился.

После взрыва гранаты стрельба с тыла прекратилась — значит, стрелок мог сменить позицию. Рис тихо, но быстро пробирался по трехметровому проходу между стеной дома и периметром, где не было никаких укрытий. Нужно было проскочить эту «смертельную воронку» как можно быстрее. Он всё еще слышал шум ожесточенного боя в глубине комплекса — там, похоже, всё зашло в тупик.

Приблизившись к углу дома, Рис почувствовал жгучее желание забросить туда гранату, но, не зная, где свои, сдержался. Он осторожно выглядывал шаг за шагом и увидел яркий луч ИК-лазера Фредди, бьющий из окна второго этажа. Понимая, что двор под контролем напарника, Рис обогнул угол, чтобы зачистить слепую зону прямо под окном. Он ожидал встретить врага за домом, но, к своему удивлению, не увидел никакого движения. Решив, что тот ушел на другую сторону, Рис оглянулся назад, проверяя, не обходят ли его самого.

Пусто. Куда он делся?

И тут он услышал: скрежет над головой. Он поднял взгляд и увидел человека всего в десяти футах над собой. Тот карабкался по водосточной трубе, как по лестнице, с винтовкой за спиной. В обычных условиях Рис заметил бы его сразу, но узкий угол обзора ПНВ не позволил. Верхолаз явно собирался выстрелить в окно, чтобы снять снайпера-«тюленя», который вел огонь из глубины комнаты. Фредди бы даже не понял, откуда прилетело. Рис спокойно навел ИК-лазер на спину фигуре и выдал длинную очередь. Он услышал глухие шлепки пуль, вгрызающихся в плоть, и тихий вскрик боли. Глухой удар тела о землю был громче выстрелов. Рис для верности всадил две пули ему в голову. Понимая, что у врага тоже есть ПНВ, он не стал подавать напарнику знак лазером, чтобы не выдать себя.

— Фредди, — прошептал Рис так громко, как только посмел. — Фредди!

— Рис, это ты? — последовал ответ.

— Да, я внизу.

— Ты цел?

— В порядке. У этих парней есть ПНВ.

— Знаю. Какого хрена?

— Пойду помогу парням сзади.

— Понял, спускаюсь.

Минуту спустя задняя дверь открылась, и появился Фредди. Он был одет так же, как Рис, за исключением того, что на нем были штаны. В руках он держал свой HK416.

— Ты что, спишь в этой снаряге? — вполголоса пошутил Рис.

— Сказал парень без штанов. Эй, ты узнал форму? — спросил Фредди.

— Еще бы. Давай закончим здесь, а потом разберемся. Попробуй взять одного живым для допроса.

— Погоди, тебя зацепило? — Фредди потянулся к другу.

— Нет. Всё нормально. Это не моя кровь.

— Принято.

— Похоже, они пробили стену в двух местах заминированными машинами, — сказал Рис.

— Ага, я тут положил около дюжины. А ты?

— Четверо у входа и этот Человек-паук, который лез к тебе.

Фредди глянул на тело, потом на трубу, сложив два и два.

— Черт. Спасибо, бро.

— Не за что.

— Пошли по левому краю, обойдем амбар и попробуем зайти им в тыл. Сверху я их не видел, но слышал.

— Погнали.

Больше слов не требовалось. Они двинулись к эпицентру боя. Фредди шел первым — в открытом пространстве комплекса его карабин был эффективнее. Малыш MP7 хорош накоротке, но на открытом месте между зданиями Рис внезапно почувствовал себя недостаточно вооруженным. Они соблюдали лазерную дисциплину, зная, что лучи видны в ПНВ противника. К счастью для них, враг дисциплиной не отличался.