— Серьезно? Я думал, ты обожаешь SEAL.

— Обожал. Помнишь охоту на ведьм, которая началась после той книги «расскажу-всё-как-было» о большой миссии? — Фредди имел в виду одну из многочисленных книг об операции по ликвидации Усамы бен Ладена.

— Помню. Ну и дерьмо было. Те же люди, что дали зеленый свет голливудскому фильму с участием действующих «котиков» и неплохо нажились на экскурсиях по учебному центру для богатых спонсоров фондов SEAL, вдруг резко заболели амнезией. Многих парней тогда распяли за подработки на стороне, насколько я помню.

— Ага, в этом вся суть. За годы до этого я немного преподавал в Техасе в программе снайперской подготовки охотников на ранчо «Блэйдлэндс».

— Шикарное место, — подтвердил Рис. — Я возил туда своих снайперов перед нашей последней командировкой в Ирак. Отличная база. Парень, который её основал, сколотил состояние, продав крафтовую пивоварню «Корсу» или «Будвайзеру», верно?

— Точно, пивоварня «Блэкбак». Классное пиво! В общем, некоторые из нас в свободное время ездили туда в отпуск, чтобы подзаработать лишнюю копейку: помогали людям готовиться к охоте в Африке или на Аляске, пристреливали винтовки, учили баллистическим поправкам — ну, такие вещи. Так вот, после того как книги про бен Ладена стали последней каплей, они взялись за всех, кто подрабатывал на стороне. Заявили, что мы обучаем «снайперской тактике» и выдаем секретные методики. Само собой, это и близко не стояло к правде. Тогда я и понял, что правосудие не всегда ищет правду. Оно ищет победу. Это открыло мне глаза.

— Похоже, мне стоило добавить еще пару имен в мой список, — с легкой улыбкой заметил Рис.

— Ха! У меня есть для тебя пара фамилий на следующий раз.

— И что в итоге?

— Нас вызвали на разбирательство. Ты бы не поверил, Рис: прямо рядом с командиром стоял главный чиф-петти-офицер, который годами преподавал тактику и ближний бой в «Блэкуотере» в Северной Каролине, чтобы подзаработать на выходных. Видимо, тоже внезапно забыл.

— И ты об этом не сказал?

— Рис, ты же меня знаешь. Не в моем стиле. К тому же, ему с этим жить. И если память мне не изменяет, у его жены сувенирных кепок из разных взводов было больше, чем у него самого.

— Карма — та еще сука.

— Вообще-то с одним из них ты уже разобрался — с адмиралом Пилснером. Оказалось, он был еще более продажным, чем мы думали. Его жена выводила деньги из одного из фондов SEAL на офшорный счет и торговала влиянием через экскурсии и доступ к телу. Переписка доказала, что Пилснер был в курсе. Если бы ты его не убил, он бы сел надолго. Кажется, старушка Пилснер получила шесть лет в федеральной тюрьме. Выйдет через четыре, полагаю.

Рис посмотрел в окно. Пустыня сменялась скалами, а вдали начал вырисовываться силуэт гор XXXXXXXXXXX. Рис сглотнул и спросил:

— Как твой сын?

Сын Фредди, Сэм, родился с редким генетическим заболеванием и нуждался в пожизненном уходе. Рис помнил, как Фредди и его жена Джоан держались мужественно, сталкиваясь с этой ситуацией. Рис всегда безмерно уважал их за то, как они справлялись с одной из самых тяжелых ситуаций, которую только можно вообразить.

Сделав вдох, Фредди не отрывал глаз от дороги.

— С ним всё нормально, Рис. Спасибо, что спросил. Это путь длиною в жизнь. Наша задача — помочь ему раскрыть свой потенциал, каким бы он ни был.

— Финальный диагноз поставили?

— Рэйф тебе не говорил?

— О чем ты? — недоуменно спросил Рис.

— Он — единственная причина, почему у нас есть диагноз.

— Он никогда не упоминал об этом. После Ирака наши отношения были натянутыми, он ведь ушел из отрядов. А когда мы виделись в последний раз, — вспомнил Рис, — мы были немного заняты.

— Да уж. Понимаешь, мы годами получали отписки от флотских врачей. Мы почти разорились, оплачивая консультации спецов из топовых частных клиник — собственно, ради этого я и подрабатывал в «Блэйдлэндс». Никто не мог понять, что с ним. Пытались навесить ярлыки, которые совершенно не подходили. Джоани знала. Знала, что они ошибаются.

— И что случилось? — настаивал Рис.

— Кто-то обмолвился Рэйфу. Я всегда думал, что это ты.

— Мы обсуждали это, но только в ключе того, что тебе тяжело приходится — все эти командировки и подготовки, которые и так бьют по семье, даже если нет ребенка с особыми потребностями. Вы с Джоани были вдохновением для всех нас.

— Спасибо, мужик. А что вообще произошло между тобой и Рэйфом? Вы же были как братья.

— Кое-что в Ираке. Ничего такого, чего бы ты или я не сделали на его месте. Так как Рэйф помог? — спросил Рис, явно не желая обсуждать старого друга и возвращая разговор в прежнее русло.

— Он поговорил об этом со своим тестем. Должно быть, как раз когда увольнялся. И вот, ни с того ни с сего Джоани звонит ведущий врач Юго-Западного медицинского центра, что под Далласом. Судя по всему, тесть Рэйфа пожертвовал большую часть денег на его строительство. Короче, через месяц за нами прилетает частный «G550» с медсестрой на борту и везет нас из Вирджиния-Бич в Даллас. Они собрали команду генетиков со всей страны, провели полное обследование, кучу тестов и разослали нашу кровь по всему миру в институты, занимающиеся подобными исследованиями.

— Невероятно!

— Да, от флотских мы бы никогда не добились внятного диагноза.

— Что они нашли?

— Один исследователь в Нидерландах обнаружил редкую мутацию гена NR2F1. Он отвечает за формирование мозга. Тогда у болезни даже названия не было, но теперь её называют синдромом Босха-Бонстры-Шаафа — по фамилиям команды первооткрывателей. Сэм был тринадцатым человеком в мире с таким диагнозом. На самом деле их больше, просто не у всех есть знакомые, способные организовать правильную диагностику.

— Как Джоани справляется? — спросил Рис.

— Она у нас сильная, Рис. Тянула всё на себе, пока мы были на заданиях, фокусировались на миссии, на отряде. Она справлялась в одиночку. Не уверен, что я бы сдюжил на её месте. Сэм — чудесный ребенок. Ему сейчас девять, но в плане развития он совсем кроха. С ним не заскучаешь.

— Как он ладит с другими детьми?

— Ха! Он зажат между старшей сестрой и младшим братом — настоящими сорвиголовами. Мы верим, что Сэм пришел к нам не просто так: Бог решил, что мы достаточно сильны, чтобы любить его и при этом растить еще двоих детей, давая им всё внимание и поддержку, которых они заслуживают.

— У вас потрясающая семья, Фредди. Сэму точно повезло с родителями.

— Спасибо, друг.

Фредди кивнул на дорогу впереди.

— Через пару миль свернем с основной трассы в те горы. Не худшее место, чтобы провести несколько месяцев.

ГЛАВА 34

Секретный объект XXX

В окрестностях XXXXXXXXXXXXX

Июль

На севере виднелись XXXXXXXXXXXXXX, а по обе стороны дороги тянулась скалистая местность. Эти края напоминали Рису полигоны в Неваде, где он учился наводить авиацию для непосредственной авиационной поддержки.

Стрейн притормозил «Хайлакс» на подъезде к обнесенному каменной стеной комплексу, стоящему посреди открытых полей. Он коротко сигналил, и через несколько секунд гофрированные металлические ворота откатил мускулистый белый парень в трекинговых ботинках, камуфляжных штанах расцветки «пустынный тигр» и бронежилете поверх коричневой футболки. Густая рыжеватая борода, очки Oakley и поношенная бейсболка — весь его облик буквально кричал: «частный военный подрядчик». На поясе в кобуре виднелся «Глок», и Рис не сомневался, что где-то под рукой у него припрятан «длинный ствол». Подрядчик махнул Фреду в ответ, и они въехали на территорию.

— Добро пожаловать на базу «Сокол», Рис.

Рис окинул взглядом территорию: в центре стояло большое двухэтажное здание, оштукатуренное под мазанку, окруженное несколькими одноэтажными бетонными постройками разного размера.

Остановив пикап, Фредди сказал:

— Тот главный дом — наш штаб. Жить будем там. Там же есть помещение для планирования операций и учебный класс, где ты будешь грызть гранит науки.

— Уроки?

— Ага. Они выписали спеца по исламоведению, чтобы подтянуть тебя по культуре, языку и всему такому. Чтобы ты не так сильно отсвечивал как «неверный», когда пойдем на дело.

— Интересно. И сколько я здесь проторчу?

— Не знаю, дружище. Столько, сколько потребуется нашим аналитикам, чтобы вычислить точное местоположение Мо. Думаю, от пары недель до месяца, но ты же знаешь, как это бывает. Могут свистнуть завтра, а можем застрять на несколько месяцев.

— Замечательно.

— Вон там оружейка.

— Ты там со своими игрушками спишь? — спросил Рис.

— Нет, но идея неплохая. А то большое здание, похожее на амбар — там мы тренируемся, держим снарягу и всё прочее.

— Как там зал?

— Неплох. Поставили большую раму Rogue с канатами, есть бамперные блины, гири, гребной тренажер, VersaClimber, ассалт-байк — в общем, полный набор. Можно свой кроссфит-бокс открывать. Есть пара дорожек Woodway и маты, так что поборемся. Уверен, ты мне и сейчас в джиу-джитсу задницу надерешь, но я тренировался, так что посмотрим.

— Я совсем заржавел, брат. Скорее ты меня сделаешь.

— Не свисти, Рис. Ни капли не верю.

— Ха! Вот и проверим.

— В паре кликов к югу у нас стрельбище, но я и тут за домом расставил стальные гонги, чтобы можно было из пистолетов пощелкать, никуда не выезжая.

— Отлично. Я давно не стрелял, так что разминка не помешает.

— Пристреляешься, вспомнишь навыки.

Фредди подкатил к главному зданию, и оба вышли из машины. Рис забросил вещмешок на плечо и пошел за своим куратором из Управления к входу.

У самой двери Фредди резко остановился.

— Чуть не забыл: пока мы здесь, тебя зовут Джеймс Донован. Мы подготовим тебе полную легенду, но пока сойдет и это.

— Донован, значит? Как «Дикий Билл»?

— Без понятия. Компьютер подбирает имена по алгоритму: имя оставляет твое, а фамилии не повторяет. Могло быть и хуже, поверь. Одному бедолаге недавно выпало имя «Джон Холмс».

Рис только покачал головой.

Когда они вошли, их вежливо поприветствовал на английском с британским акцентом сухощавый смуглый мужчина с аккуратно подстриженной бородкой, одетый в белоснежную джеллабу и красную феску.

— Добро пожаловать, господа. Вы, должно быть, мистер Донован. Я — Мааджид Кифайят.

— Ас-саляму алейкум, Мааджид, — Рис протянул руку.

— Ва-алейкум ас-салям, мистер Донован. Прошу, проходите.

Рис наклонился и расшнуровал ботинки, оставив их у порога, как того требовала исламская традиция. Мааджид грациозно пошел через фойе большого дома, словно выказывая почтение его величию. Яркая сине-желтая мозаика «зеллидж», изысканная мебель и арочные проемы — классическая архитектура XXXXXXX. Рис предположил, что дому несколько сотен лет, ну или его очень умело под них стилизовали. Похоже на уменьшенную копию дворца Алькасар в Севилье, построенного в те времена, когда мавры занимали большую часть Пиренейского полуострова.

— Не чета фанерным дырам, в которых мы жили в Афгане, а? — съязвил Фредди.

— Я бывал в местах и похуже.

— Давай устрою быструю экскурсию, и пойдем устраиваться.

Мааджид растворился в другой части дома, а Фредди повел Риса через фойе в просторную гостиную, примыкавшую к дворику из камня и травы. Со всех четырех сторон на внутренний двор выходил балкон второго этажа. Фредди показал Рису общие зоны: кухню, ванные комнаты и кабинет, который будет служить классом, а затем они поднялись по мраморной лестнице.

— У Мааджида есть допуск TS/SCI, но даже при этом мы работаем по принципу «нужно знать», а он в этот список не входит. Второй этаж закрыт для остального персонала, так что всё планирование будет здесь.

Стрейн набрал комбинацию цифр на кодовом замке, открывая ряд комнат вдоль балконного коридора. Одну превратили в мини-зал для брифингов с огромным ЖК-экраном на стене, две соседние предназначались под жилье. Маленькие, но чистые, оборудованные сплит-системами LG. Последнюю комнату защищала тяжелая кованая решетка и стальная дверь, запиравшаяся изнутри на засовы.

— Это наше «Аламо». Если начнется какая-нибудь заваруха в духе Бенгази, отходим сюда.

— Каков уровень угрозы?

— XXXXXXXX — страна стабильная, по крайней мере для этой части света. У нас налажены связи с XXX, это их тайная полиция. Мы тут не отсвечиваем. До города приличное расстояние, а по легенде этот комплекс используется правительством XXXXXXXX для приема высокопоставленных гостей. Мы построили его под предлогом обучения местных антитеррористических подразделений, чем со временем и займемся.

— Понял. Что по охране?

— За нами закреплено четверо парней из Управления. Все надежные: трое рейнджеров и морпех. У каждого по нескольку командировок за плечами. В случае чего, мы с тобой тоже подсобим. Если всё реально пойдет прахом, подкрепления ждать долго.

— Спасибо, Фредди. Место что надо.

— Давай бросим вещи, обустроишься в комнате, а потом покажу свои игрушки.

• • •

Фредди привел Риса к запертому на замок складу, который служил им малым арсеналом. В длинном узком помещении гудели люминесцентные лампы. На крепком деревянном столе Фредди разложил разнообразное оружие. Рис узнал почти всё, хотя кое-что было куда экзотичнее того, что ему выдавали в «командах». Стволы лежали в ряд от меньшего к большему: сначала пистолеты, в конце — пулеметы с ленточным питанием. Большинство было покрашено из баллончика в пятнистый камуфляж.

— Итак, вот пистолеты. Хоть ты и любишь «Глоки», я хочу, чтобы ты попробовал новый «Зиг 365», особенно для работы под прикрытием. В нем больше патронов, чем в твоем сорок третьем.

— Слышал о нем много лестного, пока его еще дорабатывали. Опробую, — сказал Рис, сразу оценив субкомпакт.

Хотя Рис обожал свой субкомпактный G43, небывалая емкость 12+1 в калибре 9 мм, на удивление плавный спуск ударникового типа и ночные прицельные приспособления делали «Зиг 365» фаворитом прямо «из коробки».