Пекка открыл глаза и тут же зажмурился от яркого солнца, лившегося в окно. Он лежал на земляном полу в хижине, у стены напротив стояла печь, в ней горел огонь, а больше в комнате ничего и не было. Пекка поднялся, подошёл к окну, выглянул на улицу и улыбнулся: дерево манго, невиданной яркости цветущие кусты – значит и правда Африка! А какие запахи! Гном понюхал воздух и сразу представил, как он смешает кокос и манго, добавит нектар вон того красного цветочка, а может, и вон тех розовых лилий… Однако в тропическом раю у него была важная миссия – освободить из тюрьмы Укко. Нужно было приниматься за дело.

Выйдя на улицу, Пекка огляделся. Чуть поодаль, за манговыми зарослями, стоял каменный дом с единственным окном, на котором виднелась решётка, а на двери висел огромный замок. У входа на скамейке дремал носорог в очках.

– Кхе-кхм, простите, что потревожил ваш сон, уважаемый… э-э-э… носорог! – прокричал Пекка из зарослей, не решаясь подойти поближе. – А вы, часом, никого тут не охраняете? – Носорог открыл глаза, поправил очки на переносице и только после этого увидел гнома.

– Позвольте представиться, Кричащий-из-Зарослей! Я – Мванга, начальник тюрьмы Его Деревянного Величества Непревзойдённого-Повелителя-Грома-и-Молнии-Нгаи-Первого-и-Единственного, Замаскированного. Как вы правильно заметили, я действительно охраняю одного очень опасного преступника. – Мванга задрал рог кверху, указывая на окно с решёткой под самой крышей.

Обдумывая следующий вопрос, Пекка осмелился подойти поближе.

– А я – Пекка, первый банщик страны Бореалис… в ваших краях проездом! – Он кашлянул. – А ещё я – поэт. Скажите-ка, уважаемый Мванга, а можно ли мне, путнику, навестить этого очень опасного преступника?

– Конечно! Посещения всех содержащихся под стражей в нашей тюрьме разрешены каждый день с восьми утра до восьми вечера, то есть вы уже три часа как можете его повидать. Правда, заключённый, по словам Его Деревянного Величества, может иметь склонность к побегу, поэтому я обязан присутствовать при вашем разговоре. Позвать его? – Вздохнув, Мванга поднялся: – Милейший Укко, к вам посетитель!

Услышав своё имя, Укко схватил табуретку и поволок её к окну, чтобы вскарабкаться и выглянуть наружу. Рядом с Мвангой стоял самый настоящий саунный гном, какие водятся только в родной Финляндии! Следующие полчаса Пекка пересказывал узнику и его стражу последние события в Лиеске. Мванга охал и качал рогом, а бог грома и молнии внимательно слушал, изредка уточняя детали.

– Ситуация очень опасная! – подытожил Укко. – Моему брату нужна морошка, чтобы снять проклятие столетней давности. Будущим летом я бы, разумеется, отправил ему целебную ягоду, бедняга чуть-чуть не дождался и решил всё сделать сам. Эту… летокатастрофу в Лиеске следует немедленно прекратить, ведь со дня на день в Кении начнётся сезонная миграция копытных животных, и что тогда? Стада антилоп и буйволов хлынут через печь в деревню и помчатся к реке на водопой, а за ними устремятся хищники! Я должен немедленно вернуться в Финляндию и остановить это безумие! – От волнения Укко взмахнул руками, отпустил оконную решётку и рухнул вниз, повалив табурет. Мванга со вздохом поднялся со скамьи и приложил ухо к двери.

– Дражайший Укко, с вами всё в порядке? К сожалению, несмотря на ваше желание как можно скорее покинуть пределы моей тюрьмы, я вынужден вам отказать. Мне строжайше предписано держать опасного преступника под стражей с утра до вечера до появления приказа о помиловании лично от Его Деревянного Величества! Никаких исключений!

– С утра до вечера, – задумчиво повторил Пекка. – Днём, значит. И часы посещений тоже днём… Послушайте, Мванга, а что, если я, ну чисто теоретически разумеется, захочу навестить моего друга в вечернее время, после восьми часов? У кого тогда мне спрашивать разрешение?

– А ни у кого, – пожал плечами носорог. – Мой рабочий день длится до восьми вечера. В восемь ноль-ноль я закрываю дверь, вешаю ключ вот на этот гвоздик, – Мванга указал на ржавый гвоздь, торчавший из двери снаружи, – и иду домой. Других начальников тюрьмы в королевстве нет, как нет и других тюрем, и, собственно говоря, преступников. Вот и охраняю нашего дорогого узника как умею и когда могу. Вообще-то по профессии я мелиоратор. Поля удобряю, с засухой борюсь, плотину вот в прошлом году построил. А с тех пор, как Его Деревянное Величество стало… э-э-э… Замаскированным, мне было приказано устроить в нашей долине болото, чтобы на нём выросла морошка. Да только ничего у меня не получилось, не заболачивается тут ни шиша… Вот наш король и разжаловал меня в охранники.

Пекка понимающе кивнул: теперь он точно знал, как выполнить эту миссию. В восемь вечера гном дождётся ухода Мванги, снимет ключ с гвоздя, освободит Укко, и они вместе вернутся в хижину с печкой, а оттуда тем же путём отправятся назад в Лиеску. Стараясь не выдать охватившей его радости, Пекка громко, чтобы было слышно и в камере, сказал:

– Ну что ж. Тогда я торжественно обещаю вернуться с визитом сегодня же! Мванга, вы замечательный начальник образцовой тюрьмы, при случае я замолвлю за вас словечко лично у Его Деревянного Величества! И да, я сегодня же посвящу вам оду! – С этими словами саунный гном ретировался обратно в манговые заросли.