То ли они забыли, то ли не придали этому значения, но индюки не перевязали мне рот бечёвкой.
– Франклин? – позвала я. – Ты здесь?
– Гм-м! – услышала я его откуда-то слева. Он был далеко от меня, но, по крайней мере, с ним всё было в порядке – кроме того, что они лишили его возможности говорить.
Сквозь деревья я еле-еле могла различить происходящее на поляне. Холодея от ужаса, я наблюдала за тем, как белка, задорно восседая на спине у индюка, пять раз взмыла в воздух и пять раз вернулась обратно. Это была Инка верхом на Монти. Яйца Василька и Трикси доставили в гнездо, установленное на подиуме у сцены.
Я должна была освободиться. Резцы у кроликов острые, но мне предстояло разгрызть четыре крепких узла, до двух из которых дотянуться было не так-то непросто. Я начала с одного из них.
Когда поляна битком заполнилась зрителями, Монти обратился к ним с приветственной речью о тяжком труде, преданности делу и таланте. Я старалась его не слушать. Я думала о маме, которой не терпелось увидеть своих крольчат на сцене. О бабушке, которая обещала прийти, во что бы то ни стало. О том, как бережно, наверное, мама вела её через луг, всё время опасливо высматривая людей. И мои старшие, и все остальные луговые жители в конце вечера станут свидетелями настоящей кровавой бойни, если я так и останусь здесь связанной.
Но я всё ещё корпела над первым узлом, когда начался вступительный номер. Он звучал так же прекрасно, как и на генеральной репетиции, и толпа животных на поляне заголосила и затопала в знак одобрения.
Может, в эту бечёвку была вдета проволока? Она ни в какую не хотела рваться надвое…
Затем на сцену вышел Лир в роли конферансье, зал радостно встретил его, и воцарилась тишина.
Я много раз слышала, как он декламирует своё стихотворение на репетициях, и в этот раз он начал так же уверенно, как и всегда. Но, дойдя до последней строчки, он вдруг запнулся на словах «Это наши звёзды…»
«Пусть ждёт их всех успех», – такими словами должно было закончиться стихотворение. Но он их не произнёс.
Зрители боялись пошевелиться.
После долгого молчания Лир выпалил:
– Прошу меня извинить, – и упорхнул в небо прямо со сцены.
– Э-э-э… Ладно, к следующей сцене. Живо, живо! – До моих ушей донёсся звучный шёпот Монти. Актёры и съёмочная группа поспешили начать.
Я перестала грызть бечёвку и стала наблюдать.
Сцена так и не была доиграна до конца. Шёпот: «Человек!» – пронёсся по поляне, как песок в бурю. Актёры врассыпную бросились; зрители поспешили убраться с поляны.
Из леса выбежала Талия, её грудь тяжело вздымалась. В руке она несла что-то тонкое и тёмное. Лир описывал круги над её головой. Я расплакалась. Я не была безупречным кроликом, а Лир – безупречной малиновкой, но ничто не могло разрушить нашу дружбу. В самый ответственный момент он доверился мне. Я никогда этого не забуду.
– Тыковка! – позвала Талия.
– Я здесь! – закричала я. – Здесь, здесь, здесь!
Она нашла меня и опустилась на колени, чтобы развязать узлы веревки своими короткими коготками, пока я без конца благодарила их обоих. Уже через несколько мгновений я оказалась на свободе. Я вытерла слёзы. Лир не отрывал от меня своих ясных глаз, но не улыбался.
– Это правда? – спросила Талия. – Индюки заманивают животных на концерт и скармливают енотам?
Я резво попрыгала к поляне, Талия и Лир поспешили за мной.
– Правда. Никто не поверил нам с Франклином – кроме Лира, – но они нападут, когда все выйдут на поклон.
– Лир так и сказал. – Талия с восхищением посмотрела на сцену. – Какая красота…
– Я тоже так думала, пока не узнала о её истинном назначении.
Талия показала мне предмет в своей руке.
– Я взяла это на всякий случай. Подумала, что… что нельзя загнать животных в ловушку, если их некуда загонять. Если от стен останется один пепел, они не смогут никого удержать.
Я видела, как этот предмет использовал отец человеческого семейства, но мне потребовалось время, чтобы вспомнить его название: зажигалка для барбекю. Как только я это поняла, то сразу догадалась, что на уме у Талии. И почему. Это казалось до ужаса символичным.
Увы, из-за того, что заходящее солнце светило моей подруге в спину, я не видела выражения её лица.
– Так обидно…
– Поджигай, – твёрдо сказала я.
Очень бережно Талия забрала со сцены гнездо с яйцами. Когда она отошла, из кустов вылетели Василёк и Трикси и, громко гаркая, бросились клевать её и царапать когтями. Талия прикрыла голову свободной рукой. Тут же вмешался порхавший поблизости Лир.
– Оставь её, Василёк! – сказал он. – Этот человек не причинит вреда твоим яйцам!
– Она спасает твою семью! – закричала я.
Талия поспешно поставила гнездо с яйцами на пенёк на краю поляны и, вернувшись к сцене, щёлкнула зажигалкой. Белый огонёк на её конце заплясал в догорающем свете дня. Она поднесла огонь к портальной арке – в трёх разных местах, – к дверце, ведущей из кулисы на сцену, к прочным стенам. Мы наблюдали, как языки пламени плавно облизывают сцену с разных сторон. В считаные секунды вся она заполыхала огнём.
Жители Молочайного луга пережили столько незабываемых моментов на этой летней сцене – моментов гордости, преодоления и триумфа. Стоя сейчас поблизости они с болью в сердце наблюдали, как всё это и многое другое поглощает огонь. Я сочувствовала им и думала о том, как всё им объясню. Тут будет не обойтись без превосходной истории. Странно, но благодаря ястребихе я снова поверила в себя и знала, что смогу её рассказать. Эта хищница разоблачила мою ложь и вернула мне веру в правду.
Пламя перекинулось с театра на сухие листья, устилавшие поляну. Талия принялась утаптывать его ногами – сначала походя, потом, видя, что непогашенные искры разгораются снова и снова, с усердием, переходящим в панику.
– Плохо дело, – пробормотала Талия, отбрасывая зажигалку и пытаясь отогнать пламя руками.
– Я бы не размахивал руками, – подсказал Лир. – Это только раззадоривает огонь.
Огонь незаметно проложил себе дорожку к дуплистому дубу рядом с театром. Древесина у его основания затрещала. Прогнившая сердцевина словно затянула пламя в себя, и из трещин в стволе повалил чёрный дым. Через несколько мгновений пятеро енотов, кашляя и ловя ртом воздух, один за другим повыпрыгивали из своего логова через невысокое дупло.
– Пресловутые еноты! – Лир коснулся меня крылом. – Тыковка, ты замечательный кролик. Ты действительно спасла нас всех.
Дальше одновременно произошли две вещи. Василёк и Трикси начали клевать енотов. К ним присоединились и другие птицы. Еноты клацали челюстями и пытались отбиваться от птиц, но не причинили им серьёзного вреда, так как дым почти полностью ослепил их. Я заметила ту самую енотиху, с которой разговаривала накануне. Она недооценила меня, посчитав наивным, не знающим жизни крольчонком… а я оставила её без банкета.
Птицы Молочайного луга разгоняли енотов, но не без посторонней помощи, краснохвостая ястребиха, широко раскинув крылья, в последний раз прилетела на нашу поляну. Она схватила одного енота и улетела с ним так далеко, как только могла, а затем вернулась за следующим. Я видела кровь в тех местах, где её когти пронзали шкуру на енотовых спинах. Еноты взвыли, запаниковали, и их неуклюжая ленивая походка сменилась бегом. Ястребиха, верившая, что хищники должны честно охотиться, раз и навсегда изгнала енотов с Молочайного луга.
Вторая вещь заключалась вот в чём. Когда еноты вылезли из дупла, обитатели Молочайного луга поняли, что моя история не была ложью. И те, кто пережидал опасность рядом с четырьмя индюками, пришли в бешенство и вытолкали их на поляну.
– Одну минуточку… – только и успел сказать Монти. Птицы отвлеклись от енотов – к этому моменту ястребиха уже взяла их на себя – и всей оравой устремились на индюков, которые с визгом обратились в бегство. Спасаясь от своих преследователей, они убежали в противоположном от енотов направлении и с тех пор не возвращались. Мы надеемся, что, как и енотов, больше мы их никогда не увидим.
Но времени ликовать не было. Пожар разгорался. Пламя уже начало охватывать соседнее с дуплистым дубом дерево. Оно расходилось кругами от сожжённого летнего театра. Талия всё ещё не бросала попыток его потушить. Остальные существа пятились в лес, спасаясь от жара. Треск огня напоминал зловещий шёпот.
Внезапно над моим плечом возник Лир.
– Где Франклин? Он в безопасности?