После девяти лет, проведенных в психиатрических больницах, 20 декабря 1902 года Шребера выписывают. Из «Замка Зонненштайн» он возвращается сначала в дом матери и вскоре переезжает с женой в новый дом в Дрездене.

В 1906 году Шреберы удочеряют девочку-подростка Фридолину. Впоследствии она будет рассказывать, что отец был для нее «в большей степени матерью, чем настоящая мать»[359]. Она, Даниэла Паулина, была более любящей, заботливой и доброй. Мама Шребер гуляет с дочерью, играет с ней в шахматы, музицирует на фортепиано и много читает на латыни, греческом, французском, английском, итальянском.

В мае 1907 года в возрасте 92 лет умирает мать Шребера. 14 ноября того же года удар поражает его жену. Состояние Даниэля Пауля незамедлительно ухудшается.

Несколько недель спустя его госпитализируют в третий и последний раз. Он оказывается в новой государственной психиатрической больнице в деревушке Дёзен под Лейпцигом. Он практически не разговаривает с докторами. Иногда пишет на обрывках бумаги отдельные слова, типа «чудеса», «могила», «не ел». Его одолевают неожиданные приступы смеха и крика; случаются эпизоды депрессивного ступора, нарушается сон; пытается покончить с собой; его преследуют бредовые мысли о собственном распаде и гниении. Он мечтает об одном – умереть на воле, оказаться в последний свой час не в психбольнице, а в обычной домашней обстановке в окружении родных и близких.

14 апреля 1911 года Даниэль Пауль Шребер скончался в психиатрической больнице. Земное существование его подопытной души завершилось. Сон лучей закончился?

В конце «Мемуаров нервнобольного» Шребер говорит, что благодаря связям с Богом, благодаря превращению в женщину, благодаря рождению новой расы, имя его ждет великая слава. Он уверен в том, что имя его переживет тысячи других имен. И он не ошибается.