Чтобы стать отцом, Шребер должен стать женщиной. Именно должен. Это вопрос не желания, а долга. Шребер обязан подчиниться требованиям Мирового порядка.
Поворотный пункт в истории Шребера случился в ноябре 1895 года. Ему исполнилось 53 года. Именно в этом возрасте умер его отец. Было это тридцать четыре года назад, и тоже в ноябре. Сам Даниэль Пауль Шребер отмечает этот месяц ноябрь 1895-го как – еще один – переломный момент в его истории. Именно тогда ощутимы стали признаки превращения его в женщину, но прежде был изъят мужской половой орган, а точнее он претерпел, говоря медицинским языком, втягивание [Einziehung], говоря языком юридическим, он подлежал конфискации, изъятию из обращения [Einziehung]. Чудо свершается. Фаллос подвергается форклюзии, исключению (for-) и запиранию (claudere), замыканию вовне.
Процедура изъятия из обращения мужского органа – важнейшая составляющая процесса превращения в женщину или, иначе, демаскулинизации, размужчинивания, Entmannung. В психоаналитическом дискурсе речь не может идти об оскоплении и уж тем более Entmannung – не кастрация. Лакан подчеркивает, что Entmannung – это немецкая калька латинского eviratio, то есть «преображение, что подразумевает становление, переход, в женщину – а это вовсе не кастрация»[284]. Кастрация в психоаналитическом дискурсе прямо связана с отцовской функцией. Именами Отца и Законом; и Entmannung как лишение мужественности отнюдь не означает оскопления, поскольку Шребер «посвящает себя делу превращения в женщину не оттого, что он лишен пениса, а оттого, что он должен стать фаллосом»[285]. Причем не Фаллосом отцовского Закона, а воображаемым фаллосом матери, но «поскольку фаллосом, которого недостает матери, ему не бывать, остается один выход: стать женщиной, которой недостает мужчинам»[286].
Отношения между полами, как говорит Даниэль Пауль Шребер, составляют важную часть теории душ, Seelenauffassung, причем касается эта теория не только людей, но и предметов (кровати, ручные зеркальца – женские, а плетеные кресла и лопаты – мужские). Язык сам по себе уже несет род – мужской, женский, средний. Позы тоже различаются по полу. Так, мужчина лежит на боку, а женщина на спине (в соответствие с «подлежащей» позицией в сексе). Шребер пишет, что сам он об этом раньше не думал. Надоумили его души, а вот врачам это все неведомо. Откуда такой вывод о врачах? «Из того, что я читал, например, в книге моего отца „Врачебно-комнатная гимнастика“»[287]. Отец о позах, характерных для пола, не подумал. Отец, похоже, вообще не особенно думал на тему мужского и женского, ему и так всё было понятно.
Отношения между полами, согласно теории душ, регулируются притяжением, силой полового тяготения. При этом вид женской обнаженной натуры притягивает и мужчин, и женщин; а вот вид обнаженного мужчины куда менее возбуждающе действует на женщин. Из этого можно сделать вывод, что становление Шребером женщиной сопряжено с его мощной силой притяжения.
Превращение в женщину возможно, поскольку пол биологически строго не детерминирован. И Шреберу это известно. Он напоминает, что анатомический пол закладывается у плода на четвертом-пятом месяце и что у человека сохраняются рудименты противоположного пола, например соски у мужчины. Более того, с божьей помощью пол можно поменять и во взрослом состоянии. Так, «лучи нижнего Бога (Аримана) обладают способностью производить чудо размужчинивания, а лучи верхнего Бога (Ормузда) способны восстановить мужественность, когда в этом есть необходимость»[288]. В божественной канцелярии царит строгая специализация. Один Бог разбирает, второй собирает; один творит, другой уничтожает. Вопросы пола решает тоже Бог, причем не один, и не обязательно до рождения. Вопрос пола – вопрос выбора множественного Другого.
Шребер дважды переживал чудо превращения в женщину. Это чудо не происходит как по мановению волшебной палочки. Размужчинивание – процесс, требующий времени. Более того, процесс обратимый. В первый раз чудо не было завершено, оно было развернуто в обратную сторону. Почему? Потому что в дело божественных лучей вмешались лучи нечистых, испытанных душ, в том числе лучи Флексига. В тот раз план Мирового порядка сорвался. Борьба на небесах не способствовала чуду превращения в женщину.
О размужчинивании, как мы помним, речь шла и раньше, тогда, когда Шребер находился в клинике Флексига. Уже там его тело меняло мужские нервы на женские нервы сладострастия. И в этой связи ему в голову были подсажены «скорпионы» – существа, типа маленьких крабов или пауков, которые вели работу по разрушению головы. Процедура смены пола в психбольнице проходила болезненно, но главное – она шла. Тело Шребера претерпевало преобразование. Он чувствовал, как по-женски нежной становилась его кожа на руках, потом на ногах, затем на других частях тела. Он ощущал, как происходила замена мужской нервной системы на женскую, как женские нервы постепенно пронизывали его тело, как созревала его грудь.
Жучки-«скорпионы» сделали свое дело. 13 марта 1900 года Дрезденский суд признал Даниэля Пауля Шребера недееспособным, ему была установлена опека. В этой связи он отправил в дирекцию психиатрической больницы Зонненштайн, в которой он на тот момент находился, три официальных представления.
Первое датировано 24 марта. В нем, в частности, Шребер пишет, что цель его – не пытаться донести некую истину о так называемых «бреде» и «галлюцинациях», а предоставить всё свое тело для медицинского осмотра, чтобы ученые-неврологи смогли убедиться в том, что тело это содержит нервы сладострастия, Wollustnerven, от головы до пят, которые встречаются только у взрослых женщин, в то время как в теле мужчины они сосредоточены в области половых органов. Шребер как будто призывает ученых медиков обратить внимание на материальные факты, на тело, на ощутимые веретеноподобные образования, а не оценивать его психическое состояние.
Второе представление написано 26 марта. В нем Шребер просит директора больницы принять во внимание вопрос нервов сладострастия-наслаждения, поскольку он собирается оспорить решение суда именно в связи с этим вопросом. В этой связи он просит сообщить ему, во-первых, признает ли наука неврология существование особых нервов сладострастия и, во-вторых, если «да», то известен ли сегодняшней неврологии тот факт, что такого рода нервы распространены по всему женскому телу, в отличие от тела мужского. В ответ на это представление профессор Гвидо Вебер поделился с Даниэлем Паулем своими научными познаниями и дал почитать две книги из медицинской библиотеки.
Третье представление написано после разговора с директором доктором Вебером, состоявшимся 30 марта 1900 года. Теперь Д. П. Шреберу известно, что современная ему наука не знает о существовании особых нервов сладострастия, нервов женского наслаждения. Хотя доктор Вебер не оспаривал тот факт, что чувственное удовольствие доступно женскому телу куда в большей степени, чем мужскому. Шреберу это известно на собственном опыте, он способен чувствовать возбуждение при легком нажиме практически на любой участок тела. Он уверен: достаточно бросить научный взгляд на его тело, чтобы убедиться в том, что он претерпевает превращение в женщину. Он уверен в том, что это – медицинский факт. Достаточно посмотреть на его грудь, понаблюдать за ней в течение 10–15 минут, чтобы увидеть, как она набухает, а затем опадает. Нервы сладострастия работают с особой периодичностью. Важен интервал. В этом может убедиться каждый, кто посмотрит на то, как Шребер стоит перед зеркалом с обнаженным торсом, несомненно женским торсом.
Более того, когда его навестила в больнице свояченица, Даниэль Пауль ощутил у нее на руке те же веретеноподобные уплотнения, свидетельствующие о наличии женских нервов сладострастия, что и у него. В связи с этими образованиями на теле, Шребер убежден в одном, что их возникновение вызвано контактом с нервами Бога. В течение последних шести лет он чувствует, как тело его наполняется женскими нервами в силу притока лучей, то есть нервов Бога. Шребер уверен, что сладострастие и вечное блаженство – очень близкие состояния: «Сладострастие можно считать частью блаженства»[289]. Говоря об этом, Даниэль Пауль цитирует строки из «Оды к радости» Шиллера «Малой твари сладострастье, Херувиму божий лик»[290] и добавляет:
Сладострастное наслаждение, wollustmäβige Geniβen, или блаженство даровано душам на постоянный срок и как цель в себе, но ни люди, ни другие живые существа не придаются ему исключительно как средству сохранения вида[291].
Наслаждение сексом не связано исключительно с естественными потребностями. Наслаждение, блаженство принадлежит душам, то есть относится к порядку сверхъестественного. Шребер прекрасно понимает, что человеческая сексуальность отнюдь не ограничена биологической потребностью продолжения рода. Сладострастное наслаждение синонимично блаженству, и Шребер призван это состояние культивировать. При этом он подчеркивает, что это никоим образом не означает, что он жаждет вступить с кем-то из людей (из женщин) в сексуальные отношения. Это означает, что он «должен представлять себя как мужчину и женщину в одном лице, вступающем в половое сношение»[292].
Это – не какой-то малозначащий момент и не просто мастурбационная фантазия. Эта связь с собой принципиальна в отношениях с небесами. От этого сношения зависит, будет Даниэль Пауль Шребер оставлен Богом или нет. Бог его не покинет только при одном единственном условии: «если я буду всегда играть женскую роль в сексуальных объятиях с самим собой, всегда буду останавливать свой взгляд на женских существах, всегда буду смотреть на картины с женщинами и т. д.»[293]. Бог Отец его не оставит. А что с именами Бога?