К югу от храма Воскресения Христова, на территории Христианского квартала, находится район Муристан, название которого образовано от персидского слова «бимарэстан» («больница»). В свое время здесь находилась первая больница ордена госпитальеров, при Айюбидах ставшая лечебницей для душевнобольных, которая просуществовала до XVI века. Восточную часть Муристана султан Абдулазиз в 1868 году подарил кронпринцу Пруссии Фридриху (будущему императору Фридриху III). Немцы построили здесь лютеранскую церковь Христа Искупителя, которая была освящена в День Реформации[210] 31 октября 1898 года в присутствии кайзера Вильгельма II. Присутствие кайзера свидетельствовало о том, сколь большое значение придавала Германия укреплению своих позиций в Иерусалиме. Кстати говоря, кайзер и его супруга Августа Виктория стали первыми западными монархами, посетившими Иерусалим.
Ради сохранения хороших отношений с православной церковью западную часть Муристана Абдулазиз передал Греческому православному патриархату, и сейчас на этом месте находится греческий рынок, специализирующийся на продаже кожаных изделий. От церкви Христа Искупителя рынок отделяет улица Муристан. Вряд ли стоит идти на рынок за изделиями из кожи, поскольку в столь оживленных туристических местах цены заоблачные, а качество далеко не всегда им соответствует, но на центральной площади рынка стоит заслуживающий внимания пышно декорированный трехъярусный мраморный фонтан, обрамленный колоннами разной формы. Фонтан этот был построен в 1903 году в честь двадцатипятилетия правления султана Абдул-Хамида II.
Вильгельм II и Августа Виктория. 1911
Правительство Российской империи приобрело в 1859 году в Христианском квартале участок земли, на котором были построены здание российского консульства и гостиница для паломников. Со временем там возник целый комплекс зданий Императорского православного палестинского общества, оказывавшего содействие православному паломничеству на Святую землю. Первым храмом Русской православной церкви в Палестине стала церковь Святой мученицы царицы Александры – имеется в виду супруга императора Диоклетиана, которую муж приказал казнить за приверженность к христианской вере. В 1860 году Русская православная церковь начала строительство комплекса для размещения паломников, ныне известного как Русское подворье, за городской стеной, в нескольких сотнях метров от Яффских ворот.
Абдул-Хамид II. 1869
Латинский патриархат был основан в Иерусалиме в 1099 году, сразу же после завершения Первого крестового похода. В 1187 году, после захвата Иерусалима мусульманами, резиденция латинского патриарха была перенесена в Акко, а после того, как в 1291 году этот город заняли мамлюки, патриарх покинул Святую землю, и до 1847 года интересы папского престола в Иерусалиме представляли монахи-францисканцы, которые смогли вернуться сюда в 1333 году. В 1847 году папа Пий IX восстановил Латинский патриархат Иерусалима и назначил его главой епископа Джузеппе Валерга. Наряду с церковными миссиями западные державы открывали в Иерусалиме свои консульства.
Папа Пий IX. 1875
Первый французский консул в Иерусалиме Габриэль де Лантиви писал в 1844 году своему патрону, министру иностранных дел Франции Франсуа Гизо: «Настало время дать местному населению почувствовать полезное моральное воздействие христианства. Настало время действовать, чтобы, посредством воспитания, сделать местное население более просвещенным и нравственным. Англикане предпринимают многочисленные усилия, которые пока еще не принесли плодов, ради того, чтобы посредством перемены религии создать здесь английскую нацию, и стараются привлечь к себе евреев Иерусалима, как это уже было сделано ранее с друзами в Ливане, чтобы отвести местное население от французского влияния… Число их приверженцев невелико, однако крещеные евреи, перешедшие в англиканство, образованы гораздо лучше, чем самые выдающиеся из наших католиков… Господин министр, я считаю необходимым открыть в срочном порядке в Иерусалиме два католических учреждения, которые будут носить ярко выраженный французский характер, чтобы создать противовес влиянию англикан и русских православных». В 1856 году султан Абдул Меджид подарил французскому императору Наполеону III базилику Святой Анны в знак благодарности за поддержку в Крымской войне. Главным инструментом упрочения позиций Франции на Святой земле стало восстановление и активное развитие традиции паломничества. Этим занималось Общество святого Викентия де Поля, основанное французским консульством. Первый караван из сорока французских паломников, мирян и священников отправился в конце лета 1853 года.
Австрия открыла свое консульство в Иерусалиме 1 мая 1849 года. Тремя годами позже австрийский консул Йозеф фон Пиццамано предложил построить здесь больницу для паломников в комплексе с церковью, дабы продемонстрировать заботу Австрии о христианах на Святой земле. Предложение было одобрено, и в начале 1854 года Пиццамано купил участок на углу улиц Виа Долороза и Эль-Вад в Старом городе. В марте 1863 года латинский патриарх Иерусалима и великий магистр ордена святого Гроба Господня Джузеппе Валерга освятил церковь Святого Семейства, расположенную на территории Австрийского паломнического хосписа, который многое пережил, но действует и в наши дни.
Единственной западной державой, ограничившейся открытием в Иерусалиме только лишь консульства, были Соединенные Штаты Америки. В 1856 году президент Франклин Пирс назначил первым консулом Джона Уоррена Горхэма. Наряду с Британией, Соединенные Штаты пытались опереться на палестинских евреев, выступая в роли защитников их интересов. Подобная политика выглядела весьма перспективной, поскольку численность евреев в Палестине во второй половине XIX века начала возрастать за счет притока репатриантов с Ближнего Востока и из Восточной Европы. Старики приезжали для того, чтобы быть похороненными на Масличной горе, а передовая еврейская молодежь мечтала о возрождении Страны Израиля. Желание жить среди своих соотечественников, не боясь погромов, тоже служило стимулом к репатриации. В 1881 году главный раввин иерусалимской ашкеназской общины Иегошуа Лейб Дискин, уроженец города Гродно, открыл в Старом городе дом для сирот, ставший первым детским домом Иерусалима. Многие из воспитанников этого детского дома осиротели в результате погромов.
Патриарх Иерусалима, Джузеппе Валерга. 1870
В 1860 году на холме, возвышающемся над Сионскими воротами, известный еврейский филантроп Моисей Монтефиоре построил дом для престарелых под названием «Мишкенот шаананим» («Обитель безмятежных»). Однако даже просторные помещения и чистый воздух не привлекали сюда людей, поскольку жить за пределами городских стен было пока еще опасно, а высокая ограда дома для престарелых не гарантировала надежной защиты от бедуинов и прочих грабителей. Для того, чтобы хорошее начинание не пропало втуне, пришлось назначить жильцам небольшие пенсии, которые, по сути, были платой за пребывание в доме престарелых. Но недаром же говорится, что главное – это начать, а дальше само пойдет. В 1867 году раввин Давид бен Шимон, возглавлявший общину магрибских евреев, основал к северо-западу от Яффских ворот, близ мусульманского кладбища Мамилла, квартал «Лагерь Израиля» («Махане Исраэль»). Из соображений безопасности квартал был построен в традиционном восточном стиле: внешние стены домов, не имевшие окон, образовывали сплошную стену, окружающую большой внутренний двор, где находились синагога и цистерна с водой. Квартал начал быстро прирастать, и к концу XIX века здесь проживало более двух тысяч человек, что составляло четверть сефардской общины Иерусалима. Третьим «застенным» кварталом стал «Нахалат Шива» («Поместье семерых»), основанный в 1869 году по инициативе и активном участи потомка выходцев из Литвы[211] Йосефа Ицхака Ривлина, который помог основать в общей сложности тринадцать кварталов за городской стеной, начиная с Нахалат-Шива и Меа Шеарим («Стократный»), за что получил почетное прозвище «Штетлмахер» («Создатель городов»). Кстати говоря, именно Ривлин вместе с раввином Бенционом Лионом добились в 1862 году отмены султанского фирмана, запрещавшего строительство за пределами городских стен.
Квартал «Меа Шеарим». 1940-е
Квартал Меа Шеарим, основанный в 1874 году, заслуживает отдельного внимания хотя бы потому, что в наши дни он известен в качестве главного оплота харедим – ультраортодоксальных иудеев, «трепещущих [перед Богом]». В отличие от Старого города, застройка застенных пространств велась продуманно и упорядоченно, с соблюдением санитарных и прочих норм. К планировке некоторых кварталов привлекались передовые европейские архитекторы. Большое внимание уделялось не только внешнему виду строений, но и озеленению участков (насколько это было возможно в местных реалиях). Новые кварталы создавались по образу отдельных небольших городов, жителям которых не было нужды обращаться в Старый город по каким-нибудь потребностям – все религиозные и культурные учреждения располагались в центрах кварталов.
По мере увеличения численности жителей Нового Иерусалима жизнь здесь становилась безопаснее, хотя высокие ограды еще долго оставались актуальными. Постройка Нахалат Шива, в которой принимало участие несколько иерусалимских семейств (не семь, как можно вывести из названия, а больше), наглядно продемонстрировала жителям Иерусалима возможность быстрого и действенного улучшения условий своей жизни – заразителен не только дурной пример, но и хороший.
Отдельную сложность при основании крупных кварталов, подобных Меа Шеарим, представляла регистрация приобретенных для строительства земельных участков. Регистрация земли на юридическое лицо тогдашним османским законодательством не предусматривалась, поэтому приходилось действовать хитрым путем. Участок приобретался пятью подданными различных западных держав, в консульства которых передавался на хранение акт, свидетельствовавший о том, что владельцы участка представляют интересы всех членов общества, собственностью которых является зарегистрированная земля.
Итак, во второй половине XIX века произошло настоящее чудо – город словно бы сбросил старую, давно ставшую тесной, кожу и начал превращаться в тот Иерусалим, который можно увидеть в наши дни. Строительство новых, удобных для проживания кварталов осуществлялось с соблюдением галахических[212] правил, поскольку большинство населения Нового Иерусалима составляли евреи. Оставаясь по сути своей интернациональным городом трех религий, Иерусалим начал приобретать еврейские черты, и этот процесс происходил на фоне довольно активного заселения Палестины еврейскими репатриантами.
Но прежде чем переходить к более детальному знакомству с Новым Иерусалимом, неплохо было бы запечатлеть в памяти картины Старого Иерусалима, чтобы было с чем сравнивать. В этом может помочь архимандрит Антонин (в миру – Андрей Иванович Капустин), возглавлявший Русскую духовную миссию на Святой земле с 1865 по 1894 год. Впервые Антонин побывал в Иерусалиме в 1857 году и отразил свои впечатления в путевых записках, известных как «Пять дней на Святой земле и в Иерусалиме».
Архимандрит Антонин. 1860-е
«Иерусалима все не было! Палящий зной увеличивал нетерпеливость нашу… Понять нельзя было, отчего до сих пор не виден город, бывший по расчетам уже весьма близко, тогда как поверхность земли была, по-видимому, совершенно ровная. Ho последнее было не что иное как обман. Самым незаметным образом она склонялась к нам. Минута, не повторяемая потом, приблизилась. Легкая неровность земли вдруг обозначила за собой, впереди дороги, два минарета, и быстро восстал передо мной, рисуясь на светлом небе темными стенами, Иерусалим…»[213]
Приехав на поезде на станцию Ицхак Навон, таких ярких впечатлений от встречи с городом не получить. Остается одно – призвать на помощь воображение…