Жуйсюэ выросла в большой компании друзей — пожилых жителей деревни. После долгих часов работы в поле они собирались вместе и садились играть в игру, известную среди жителей деревни как «камни и ветки». Жуйсюэ часто поручали собирать необходимые фишки на улице. Она кропотливо раскладывала доски из найденных веток, а затем отдавала камни своей пожилой сопернице, когда та... Она всегда выбирала для своих фигур знакомые, маленькие веточки. После каждой выигранной партии Жуйсюэ одна из её ближайших подруг говорила: «Мы знаем, что ты очень умна, раз так часто выигрываешь. Хотя ты никогда не встречала его, знай, что твой прадед был учёным человеком. Ты так напоминаешь нам его». Хотя она знала, что её удочерили бабушка и дедушка с их сыном в очень юном возрасте, и поэтому она не была похожа на своего прадеда, она принимала эти добрые слова с улыбкой. Она задавалась вопросом, сможет ли она когда-нибудь тоже стать учёным человеком.

Её страсть к учёбе побудила её сдать вступительный экзамен в среднюю школу. Сдача этого экзамена была её единственным шансом продвинуться в стремлении к образованию. К счастью для Жуйсюэ, это не стало препятствием. Однако для многих её одноклассников этот экзамен положил конец их академической карьере — особенно для девочек с младшими братьями. Большинство семей в деревне зарабатывали достаточно, чтобы отправить в школу только одного ребёнка, и их сыновьям отдавали приоритет без всяких сомнений, даже если девочки получали проходной балл. Однако без стремления Жуйсюэ к успеху на экзаменах, без особого внимания и слов поддержки со стороны учителей, образование её одноклассников в этой мрачной школе оказалось слишком скудным, чтобы удовлетворить многие из их перспектив.

Средняя школа находилась слишком далеко от деревни Жуйсюэ, чтобы каждый день ездить на велосипеде. К счастью для неё, её приёмный отец был учителем в этой средней школе. Как никто другой, её отец знал, как мало деревенских учеников, особенно девочек, могли поступить в среднюю школу из-за низкого качества начального образования. Заметив её талант к тестированию, он серьёзно посмотрел на Жуйсюэ, которая стояла с широко раскрытыми глазами на ступеньках средней школы. « Каким бы ты хотела видеть своё будущее? Хотела бы ты учиться в профессиональном училище? В старшей школе? Выбор за тобой». Для Жуйсюэ ответ был очевиден. Как и люди, о которых она годами читала в пыльных старых книгах, она тоже хотела сбежать из деревни и отправиться в города, чтобы продолжать получать знания, которые, как она была уверена, были ей недоступны в сельской местности. Хотя она не понимала правил игры, в которую играла, её отец понимал: если она, бедная девушка из сельской местности, выберет старшую школу, Если бы она предпочла среднюю школу профессиональному училищу, у нее, возможно, появилась бы возможность поступить в университет. Но это была бы непростая задача. Сначала ей нужно было бы закончить среднюю школу и получить достаточно высокий балл на вступительном экзамене в старшую школу, чтобы поступить в старшую школу, желательно в лучшую из двух окружных средних школ. Затем, после трех лет обучения в старшей школе, ей нужно было бы обойти всех в провинции на последнем экзамене, который решил бы ее судьбу: гаокао. Но достичь таких результатов было бы непросто: все люди короля и все лошади короля пересекают одноколейный мост. Так ее отец — и многие в стране, как она позже узнала, — описывали гаокао. И, как он ей снова и снова напоминал, единственный способ пересечь этот одноколейный мост — это упорный труд и усилия. Только те, кто вложил в экзамен все свои силы, могли добиться успеха.

С того дня Жуйсюэ упорно и целеустремленно стремилась к своей цели: она больше всего на свете хотела возглавить королевскую армию. Она преодолела первое испытание, сдав вступительный экзамен в среднюю школу с отличием, что обеспечило ей место в лучшей средней школе уезда. Благодаря этому результату она обогнала многих своих одноклассников, даже тех, кто тоже получил отличные оценки — их семьям срочно нужен был доход, а профессиональное училище гарантировало его получение всего за два года.

Ей снова пришлось переехать из средней школы в старшую. До дома бабушки и дедушки было чуть больше часа езды на велосипеде, и она не могла позволить себе тратить драгоценное время на дорогу. Она решила жить в общежитии, как и все её одноклассники из сельской местности. С короткой стрижкой и простой спортивной формой, которая соответствовала форме всех остальных учеников в её школе, её утренние и вечерние дела занимали как можно меньше времени. Каждый миг её дня, от рассвета до заката, был посвящён решению практических задач. Алые правительственные знамена, развешанные по всей школе, рекламировали преимущества упорного труда и усилий при подготовке к экзамену, что лишь ещё больше напоминало Жуйсюэ слова её отца: если бы она только достаточно старалась, она смогла бы возглавить королевскую армию.

Первые два года старшей школы были посвящены исключительно изучению всего материала, включенного в гаокао. Но вместо трех внештатных учителей, распределенных по трем классам каждого предмета, в каждом классе был один учитель по каждому предмету. Вместо среднего образования эти учителя окончили колледжи со специально разработанными для преподавания специальностями. Жуйсюэ быстро заметила, что каждый учитель считал свой предмет самым важным. На вершине школьной иерархии находились учителя, чьи предметы были представлены в гаокао, а на вершине этой иерархии стояли учителя, чей предмет составлял наибольшую долю баллов на экзамене. Жуйсюэ редко посещала уроки физкультуры, хотя и не по своей воле. Ее учитель математики оставлял их на уроках каждый день, насмехаясь над другими предметами — они бы им ничем не помогли в день экзамена. Хотя Жуйсюэ оценила бы физкультуру, она не могла не согласиться. Заметив ее успехи, учителя уделяли дополнительное время разбору тех немногих вопросов, на которые она ответила неправильно, стараясь убедиться, что она все поняла. Результаты экзаменов гаокао, сданных учащимися, ежегодно публиковались для всей провинции по предметам, и повышение учителей в должности зависело от результатов их учеников.

Постоянно стремясь улучшить свои оценки, усердно работая везде, где это было возможно, Жуйсюэ жадно поглощала небольшие брошюры, которые учителя раздавали для внеклассного чтения. Содержание этих брошюр было практически идентичным: ученики, сдавшие гаокао и поступившие в самые элитные университеты Китая, писали о своем опыте, подчеркивая бесчисленные преимущества своих новых знаний и статуса. Каждая из их историй подтверждала силу упорного труда. Жуйсюэ мечтала однажды получить приглашение написать о своем собственном опыте.

После двух лет кропотливого изучения материала, который должен был появиться на экзамене гаокао, Жуйсюэ и её одноклассники почти каждую неделю проходили пробные тесты. На первом полном пробном экзамене Жуйсюэ заняла второе место во всей школе. После теста результаты каждого ученика были опубликованы и ранжированы, по одному результату для каждого ученика, прошедшего пробный экзамен. Экзамен. Учительница ходила по классу, раздавая каждому ученику один и тот же листок бумаги, как обычно, останавливаясь у тех, кто показал особенно хорошие результаты. В тот день этот листок с результатами больше походил на золотой билет — билет в процветающие города, о которых Жуйсюэ читала только в своих пыльных старых книгах. Чтобы это имело хоть какое-то значение, она понимала, что ей нужно оставаться на втором месте в последний год старшей школы, вплоть до сдачи настоящего гаокао. Девушка, занявшая первое место, должно быть, работает усерднее, что только подталкивало Жуйсюэ искать больше времени для учебы там, где его, казалось, не было совсем. Поскольку последний год старшей школы был посвящен исключительно подготовке к экзаменам, нового материала не будет. Она постоянно волновалась — не обгонит ли ее кто-нибудь из одноклассников? Поскольку она соревновалась со всей провинцией в рейтинге, если она не возглавляла королевскую армию в своей школе — хотя она, казалось бы, была лучшей — она боялась, что кто-то всего в нескольких милях отсюда вкладывает больше времени и усилий. И поэтому она лишь усерднее занималась учебой.

День за днем, тест за тестом, Жуйсюэ твердо удерживала свою позицию в авангарде королевской армии. Местная тракторная компания предложила оплатить обучение в колледже победительнице, и она была полна решимости. Но когда настал решающий день, она заняла четвертое место. Хотя это и не было тем первым местом, на которое она рассчитывала, этого оказалось достаточно: она собиралась покинуть свою сельскую деревню, навсегда вырвавшись из тени тополей. Она обеспечила себе место в элитном университете в самом центре Пекина.

Соседи и друзья по деревне собрались, чтобы поздравить её: вскоре, шутили они, она займет своё место среди тех, кто работает сидя. Жители деревни делили работу на «стоячую» и «сидячую» — если кто-то работал в поле или на заводе, он стоял; если же работал в офисе, он сидел. Конечно, сидячая работа — да ещё и в государственном учреждении — была бы лучшей из лучших. Её дни сбора капусты остались позади.

В душное утро в конце августа, летом после гаокао, Жуйсюэ села на поезд до Пекина и помахала на прощание своей спутнице. Бабушка и дедушка. Каждый год до этого момента был наполнен смыслом: отлично сдавать экзамены, подниматься в рейтинге, поступить в колледж. А теперь? Она оставляла все это позади, чтобы пожинать плоды своего упорного труда.

Поезд проносился мимо бесчисленных деревень, похожих на её собственную — глинобитные дома, поля и деревья, насколько хватало глаз. Она невольно вспомнила рассказ, который читала в средней школе на выцветших страницах потрепанного журнала. В рассказе «Ребенок из леса» Сунь Чаннин жил изнурительной жизнью в лесу среди деревьев, но решил проделать тысячи километров до Пекина, где его музыкальный талант наконец-то будет признан. Хотя у неё, возможно, и не было такого таланта, как у него, Жуйсюэ тоже сбежала из этих деревьев. Она направлялась в город.

• • •

Когда я, Жуйсюэ, сдавала гаокао, китайская меритократическая система тестирования, казалось, обещала таким студентам, как я, равенство в сдаче экзамена, равенство в доступе к светлому будущему, которое высшее образование практически гарантировало студентам из всех слоев общества — от сельской бедноты до городской богатой, и всем, кто между ними. Хотя в первые годы было мало последовательности, одно послание сопровождало меня повсюду, практически став моей личной мантрой: если бы я только достаточно старалась, если бы я только вкладывала достаточно часов — по крайней мере, больше, чем мои конкуренты, — я бы добилась успеха. От правительственных плакатов, развешанных по всей моей школе, до поддержки всех, кому я доверяла, моя глубокая вера в равенство экзамена только подтверждалась моим успехом. Действительно, казалось, существовала четкая прямая связь: упорный труд и усилия напрямую приводили к успеху. У меня не было причин думать, что система несправедлива. Оглядываясь назад, я понимаю, что у меня не было времени рассматривать альтернативу.

И все же, уже в первые дни, когда я размышлял о студентах, идущих рядом со мной по университетским тротуарам Пекина, у меня начало зарождаться смутное подозрение. Именно за эти четыре года я внезапно столкнулся с реалиями системы, в создании которой я был так уверен. Помочь таким студентам, как я, добиться успеха. Но я не мог доказать то, что начал подозревать — по крайней мере, тогда.

• • •

Среди небоскребов Пекина первый год пролетел как в тумане. Жуйсюэ выделялась, куда бы ни пошла. Цены на товары повседневного спроса были невообразимо высокими: стрижка стоила в двадцать раз дороже, чем в деревне, поэтому она научилась стричься сама. Когда проводились конкурсы талантов, ее сверстники пели популярные песни, о которых она никогда не слышала. Жуйсюэ декламировала длинное стихотворение, выученное из пыльного журнала. В то время как ее одноклассники носили модную новую одежду, Жуйсюэ оставалась верна своему верному школьному спортивному костюму. Когда одноклассники уходили гулять по выходным, Жуйсюэ шла в библиотеку. Одна из ее хороших подруг была библиотекарем, и она познакомила Жуйсюэ с существованием интернет-активизма. Там она обнаружила целый уголок интернета, посвященный отмене политики одного ребенка. Впервые она задумалась, не привела ли такая политика к ее усыновлению.

Вскоре одноклассники заметили её талант к предмету — талант, который, безусловно, превосходил их собственные способности и даже способности большинства других сельских учеников, — и стали обращаться к ней со своими вопросами. Жуйсюэ с радостью отвечала на них. Как обычно, высокие оценки на экзаменах и знание малоизвестных книг защищали Жуйсюэ, обеспечивая ей статус и уважение среди сверстников. Именно благодаря её готовности помочь одноклассники не смеялись над ней, когда она спрашивала, о ком они постоянно говорят — принцесса Диана? Она даже никогда о ней не слышала.

Казалось, что студенты из сельской местности составляли ничтожно малый процент от общего числа учащихся в её школе. Их было легко заметить. Как и Жуйсюэ, они были робкими и часто казались несколько потерянными среди моря огромных зданий вокруг кампуса. Жуйсюэ быстро заметила, что одна из девушек в её общежитии родом из сельского уезда на юге Китая. Однако, в отличие от Жуйсюэ, девушка принадлежала к этническому меньшинству чжуан. Когда Жуйсюэ представилась, девушка быстро заметила: « Я не получила дополнительных баллов на гаокао ». Её слова напомнили Жуйсюэ лекцию одного из... Ее школьные учителя, которые поощряли учеников, принадлежащих к этническим меньшинствам, указывать этот факт в своих заявлениях в колледж. Она знала, что за это ученики автоматически получат небольшое количество дополнительных баллов, и каждый балл имел значение. Однако, по словам ее подруги, этническое меньшинство чжуан не считалось достаточно «незначительным» — это была одна из крупнейших этнических групп в Китае — и поэтому девушка не имела права на бонусные баллы при поступлении в колледж. В любом случае, Жуйсюэ это не волновало. Они с девушкой быстро подружились, их объединяло общее сельское происхождение.