(405). Однако они говорят, что Закон Справедливого настолько противоположен Благодати Христовой, что там (в Ветхом Завете) блаженство дается богатым и скорбь — нищим, а здесь (в Благодати) блаженство — нищим и скорбь — богатым. Там говорится: «не убий», а здесь — «всякий, гневающийся на ближнего своего напрасно, подлежит... геенне огненной» (Мтф. 5. 22). Там сказано: «Не прелюбодействуй» (Исх. 20. 14), а здесь говорится: «Кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мтф. 5. 28). Там говорится: «Не давай ложных клятв, а исполни свой обет перед Господом» (Ср. Исх. 20. 7), а здесь сказано: «Не клянись вовсе» (Мтф. 5. 34).

(406). Так вот, каким образом могут Закон и Благодать противостоять друг другу? Ведь Авраам был назван другом Бога за то, что принял странников и нищих. И Христос говорит: «(Умер) нищий и отнесен был (ангелами) на лоно Авраамово; (умер) и богач (и отошел) к адским мукам» (Ср. Лука 16. 22-23). Христос блаженство отводит беднякам и милостивым, говоря: «Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут» (Мтф. 5. 7). Бог Законов проявляет такое милосердие, что не позволяет быть безразличным, даже к «ослу врага твоего, упавшему под ношею своею» (Исх. 23. 5), будь этот враг из твоего племени или из чужого; запрещает «варить козленка в молоке матери его» (Исх. 23. 19) и «не брать птицу, сидящую на птенцах или яйцах, вместе с детьми» (Второзак. 22. 6). Там сказано: «Люби ближнего твоего, как самого себя» (Левит. 19. 18), и здесь говорится: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, ... и возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мтф. 22. 37, 39), ибо «на сих двух заповедях утверждается весь Закон и Пророки» (Мтф. 22. 40), и (Христос) говорит: «Я пришел не нарушить Закон и Пророков, но исполнить их» (Мтф. 5. 17).

Так вот, мог ли быть противником Закона Тот, Кто явился исполнить Закон и Пророков? Очищенному Им прокаженному Он говорил: «Пойди, принеси дар за свое очищение, какой повелел Моисей в Законе» (Мтф. 8. 4). И некоему законнику, спросившему Его «Что мне сделать (доброго), чтобы иметь жизнь вечную?» Он ответил: «Соблюди заповеди». И когда тот снова спросил: «Какие заповеди?» — Он сказал: «Не прелюбодействуй, не кради, не убий» (Мтф. 19. 16-22, 35-36). Тем самым Он показал, что Его учение не противоположно Закону, а согласно с ним.

И еще. «Не гневись» не противоположно (заповеди) «не убий», а полностью согласно, так как если кто-либо не гневается, то и не помыслит об убийстве. Так и «не вожделей» не противоположно (заповеди) «не прелюбодействуй», а созвучно целиком, ибо если кто-либо не вожделеет, то он и не дерзнет прелюбодействовать. И «не клянись вовсе» вовсе не противоположно отказу от «ложной клятвы», а полностью созвучно, так как если кто-либо не имеет привычки часто клясться, тот никогда и не будет ложно клясться. Поскольку там (язычники) клялись именем кумиров, то (Закон) говорит: «Исполняй пред Господом клятвы твои» (Ср. Исх. 20. 3-7; Мтф. 5. 33). А 'также говорит: «Ты должен клясться моим именем, который жив, а не кумирами, которые мертвы». Здесь же Христос, дабы Его ученики стали совершенными, говорит: «Не клянитесь вовсе; но да будет ваше слово: «да, да», «нет, нет», а что сверх этого, то от лукавого (Мтф. 5. 34, 37). И если то, что сверх этого «да» и «нет», идет от лукавого, то насколько ужаснее, когда кто-то ложно клянется тем грозным именем.

И еще. Когда Иисус своим наставлением «не гневаться» и «не вожделеть»[337] настолько Бога Законов считает Богом, что Его слова подтверждает в Евангелии, то тем самым выявляется, что они (маркиониты) остервенело (лгут), заявляя, что «Иисус наставляет их противоположному». Так же и в Ветхом, и в Новом Завете мы видим одинаково сказанное относительно пищи, данной Богом нам на пропитание. Там сказано: «Заколи и ешь всякий скот и птиц съедобных» (Ср. Быт. 9. 2-3; ер. Деян. 11. 6-7), а здесь говорится: «Ничто, входящее в человека извне, не может осквернить его; но что исходит из него, то оскверняет его» (Марк 7. 15). И из всего этого одним (оскверняющим, согласно им) является мясо. Если бы среди пищи было что-либо оскверняющее, то, в первую очередь, Он Сам не ел бы и не повелевал бы есть другим.

И если мы ни в каком месте Нового (Завета) не находим, чтобы он сказал — «ты не ешь вот это», то ясно, что Он упразднил установленные Законом запреты в отношении пищи, поэтому (Сам) ел и пил вместе с грешниками, мытарями и фарисеями (Ср. Мтф. 9. 11). А о Пасхе сказал ученикам: «Очень желал Я есть с вами сию Пасху (прежде Моего страдания)» (Лука 22. 15). Неужели и о Пасхе можно сказать, что (лучше есть) рыбу, а не ягненка? Это так, ибо Христос ел без различия все виды пищи, как это известно (нам) из Евангелия.

(407). Если же кто-либо скажет, что Христос после того как воскрес, ел рыбу, а не мясо, и что по этой причине они едят не мясо, а рыбу, то нужно на это ответить, что и они пусть едят рыбу, но не сейчас, а после того как воскреснут, как Он после (Своего) Воскресения отведал рыбу, найденную у рыбаков.

Однако всем известно, что рыба тоже мясо, так как то, что имеет плоть и кровь, жир и кости, относится к мясному и является животным. Встречается и такая рыба, у которой по бокам мягкое мясо, подобное свиным бедрам, и из нее выходит столько крови, сколько не выходит из барана, и она ест такую гадкую пищу, которую не едят даже звери и (домашние) животные. И рыба больше других достойна называться зверем, так как без разбора пожирает и себе подобных. А животные настолько чище нее, что (люди) ими совершают жертвоприношения Богу и всесожжения, тогда как рыбами никаких подобных жертвоприношений не делают.

Кроме того, знаком и примером того великого таинства, которое должно было раскрыться, служили овен и телец, а не рыбы, как агнец, кровью которого были спасены первенцы сынов Израиля в Египте, и овен, который был зарезан вместо Исаака, — они были знаками истинного Агнца, который взял на себя грехи мира. (Таким знаком был) и телец, которого для всесожжения закалывали вне стана, подобно чему и Христос перенес мучения вне города. И Давид говорит: «И будет это благоугодно Богу, как молодой телец» (Ср. Пс. 68. 32), а не как мягкая рыба, ибо рыба хотя и приводится как знак, но знак нахождения в могиле, а не во время жизни, согласно слову Господа: «Как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий должен войти в сердце земли и пребыть там три дня и три ночи» (Мтф. 12. 40). Итак, в Священном Писании мы не находим (указания), что (Господь) освятил рыбу и дал ее в пищу, а от мяса велел отказаться как от чего-то скверного и негодного.

В Законе также написано: «Даю вам в пищу животных и птиц, как зелень травную, но только не ешьте мертвечины и плоти с кровью, ибо душа животного — его кровь» (Ср. Быт. 9. 3-5; Левит 17. 11. 14). Апостолы также в послании, направленном из Иерусалима в Антиохию, подтвердили то же самое, говоря: «Воздерживайтесь от крови и удавленины, от мертвечины и блуда» (Ср. Деян. 15. 29), но не говорили — «(воздерживайтесь) от мяса». И в Законе годные в пищу животные называются чистыми, а непригодные — мерзкими, но не потому, что они мерзки по природе, а потому, что, по мнению людей, они считаются таковыми, как неприятные для еды, так как (Закон) знает, что людям что-то нравится употреблять в пищу, а что-то не нравится, и, согласно этому, установил такое законоположение.

А что среди съедобных вещей нет нечистых, послушаем, что сказал Господь: «Нет ничего, что, войдя в чрево человека, могло бы осквернить человека, но то, что выходит из него, это оскверняет человека» (Ср. Мтф. 15. 11). Апостол также, в пророческом провидении, заранее усмотрев никчемную гордость еретиков, говорит: «Они запрещают употреблять (кое-что) в пищу и вступать в брак, установленные Богом для верующих, дабы они утешились, вкушая с благодарением», «потому что это освящается словом Божиим и молитвою» (Ср. I Тим. 4. 3-5). Но не потому что эта пища была нечистой (по природе) и потом была освящена, а потому, что они считали ее нечистой из-за того, что приносилась в жертву (идолам). Апостол же по поводу такой пищи говорит: «Это освящается словом Божиим и молитвою» (I Тим. 4. 5). По этой же причине и в другом послании он говорит: «Если из неверных позовет вас, и вы захотите пойти, то всё предлагаемое вам, ешьте без всякого угрызения совести» (Ср. I Кор. 10. 27). Разумеется, во всей (предложенной вам) пище могло быть и мясо. Он говорит также: «Все, что продается в макелоне, то есть на мясном рынке, ешьте без угрызения совести» (Ср. I Кор. 10. 25).

(408). Однако, утверждают, что апостол говорит: «Лучше не есть мяса, не пить вина и не делать ничего такого, от чего брат мой соблазняется» (Ср. Рим. 14. 21). И еще: «Не буду есть мяса вовек, чтобы не соблазнить брата моего» (I Кор. 8. 13).

(409). Ответим. — Если и рыба является соблазном для брата, то и ее не следует есть, для того, чтобы не соблазнять, а не потому, что среди яств имеется что-то нечистое. И особенно (соблазном может стать) вино, которое многих ведет к разгульной жизни. И не столько мясо толкает к греху, сколько вино, от которого пьющие теряют голову и смотрящие на них впадают в соблазн. Тогда почему маркиониты отказываются от мяса, а к вину относятся без опаски, в то время как слово (апостола) сказано об обоих: «Не есть мяса и не пить вина»? И исходя из этого, он добавляет — «и не делать (ничего такого), что соблазняет моего брата или ослабляет его» (Ср. Рим. 14. 21). Из этого видно, что он по поводу соблазна выдвигает эту мысль, а не по поводу того, что пища может быть нечистой. Нет, он так не считает, когда говорит: «ибо иной уверен, что можно есть всё» (Рим. 14. 2). Если ты веришь, то прими его слово о том, что пища «освящается словом Божиим и молитвою» (I Тим. 4. 5), ешь и не ставь разницы. Если же твоя вера ослабела и ты испытываешь угрызения совести, то ешь только овощи и не соблазняйся. И если ты не решаешься кушать всё, как чистое, то не смей обвинять того, кто ест; как и он, едящий, не должен пренебрегать тобой, как больным, который не верит в то, что можно кушать всё (съедобное) как чистое. Ибо не благодаря пище мы предстаем перед Богом и не из-за нее падаем в глазах Божиих, а (предстаем) благодаря вере или (падаем), из-за сомнений и прегрешений.