(386). И если (Иисус) только по подобию стал человеком, и если распятие, муки и смерть были лишь видимостью, то и никакого спасения не было. И почему Он должен был спасать творения другого, которых Он не создавал? Это к лицу не благому, а бессовестному — тайком прокрадываться в дом другого и предательски поступать с ним.

Зададим и такой вопрос. Иисус был телесным или бестелесным? Если они скажут, что был бестелесным, пусть (от нас) услышат: — Если Он пришел без тела, как утверждают они, то и здесь не оделся в тело, значит, что Он не дал чего-нибудь и не взял, не умер и не спас. Следовательно, напрасны слова Маркиона, что «мы цена крови Иисуса», поскольку ни Его кровь не могла быть пролита и ни они быть выкуплены, то и распятие, и смерть они принимают как видимость, а не действительность. Укором им являются слова евреев, которые по сей день твердят, что «наши отцы подняли Иисуса на крест». Это со всей очевидностью доказывает, что Христос взошел на крест не по видимости, а на самом деле, тем самым и Свое воскресение сделав примером нашего подлинного воскресения.