(284). Теперь, хотя уже ясно, что все призываемые к восславлению Творца являются Его созданиями, однако, что каждое из них является созданием, можно показать в отдельности по Св. Писанию.

Сначала об ангелах, как говорит Давид: «Он сотворил ангелов, как Своих духов и Своих служителей — огонь пылающий» (Ср. Пс. 103. 4). А затем — об огне и о других вещах, также о каждом в отдельности: «Свои молнии он обратил в дождь» (Ср. Пс. 134. 7). А молнии образуются не из другого места, а лишь из природы огня. И о мраке Давид говорит: «Ты простираешь тьму, и бывает ночь» (Пс. 103. 20). О громе и ветре одновременно говорит Амос: «Он, Который создает гром и творит ветер... Господь Вседержитель — имя Ему» (Ам. 4. 13). И так пропущенное одним пророком Святой Дух восполняет через другого.

(285). Следовательно, если через Давида (Св. Дух) говорит: «Он основал землю на водах» (Пс. 23. 2), а через Иова и Исайю, что (земля) «поставлена ни на чем» (Иов 26. 7; Ис. 44. 24), то не нужно удивляться и считать пророчества противоречащими друг другу, ибо и то истинно, и это непреложно. Примером тебе является тело, у которого сверху кожа и мышцы, внутри жилы и кровеносные сосуды, а под ними опять такая же кожа и мышцы; и телом является и то, что над кровеносными сосудами, и то, что под ними[272]. Такова и земля, поставленная на водах, ибо она содержит в себе воду и находится под водой, и установлена ни на чем непоколебимо и, замкнутая, удерживает в себе жидкую природу вод. И оба пророчества содержат одну и ту же мысль, в них нет никакого противоречия. Поскольку пророчества даны не разными духами, а одним и тем же Св. Духом, постольку и одного Он и счел достойным быть повествователем различных событий, а других — восполнителями того, что было пропущено им.

(286). Итак, приведенные примеры сущих и свидетельства из Св. Писания достаточны для того, чтобы убедить благоразумных людей в том, что небеса не кружатся и что все то, что не было сущим, стало сущим благодаря сотворению, и что оно не является самосущим. Но поскольку есть еще люди, которые упрямо продолжают твердить, что всё сущее суть живое и одушевленное, мы не поленимся в меру наших сил ответить и на это[273].