(146). На подобные безбожные и бессмысленные утверждения глупцов, на их высказывания, скроенные из разных лоскутков, не нужно было отвечать вовсе, ибо их же высказывания достаточны, чтобы показать их безрассудность, утверждения, которые противоположны и противоречат друг другу. Однако в этом случае предводители (персидского) вероучения в глазах их последователей продолжали бы казаться людьми высокопочтенными, которые, еще больше принуждая, увлекли бы их (за собой) в пропасть, поэтому необходимо ответить и показать, что они не говорят больше того, что говорил Мани[204], которого сами же убили, содрав (с него) кожу.

(147). Ибо он (Мани) говорит о двух первоначалах — о добре и зле, и что они происходят не через зачатие и рождение, а существуют самобытно и враждебны друг другу. Они утверждают то же самое, (производя добро и зло) страстью Зрвана, (но) через зачатие и рождение.

(148). И если у них одно и то же вероучение, то почему (персидские) маги ненавидят зандиков?[205] Не потому ли, что они отличаются друг от друга своим образом жизни, и то внешне, а не по-настоящему?

(149). Однако в вероучении оба они едины. Те признают два первоначала, и эти также. Те солнцепоклонники, и эти — рабы солнца. Те считают, что во всех неживых вещах есть душа, и эти считают точно так же.

(150). Однако Мани вознамерился притворно показать себя, что он по нраву выше магов, и не только их, но и (последователей) других вероучений, что он якобы совершенно чужд похотливых желаний, но был обвинен в растлении девушек и казнен содранием кожи.

(151). Отсюда ясно, что друг от друга они отличаются только поведением. Хотя эти (манихеи) прикидываются (праведниками), а те (маги) развратники и откровенные сластолюбцы, но по вере они одинаковы и тождественны.