(50). «Поскольку, говорят, вы не хотите признать Бога творцом зла, а считаете, что оно возникло по наущению сатаны от людей, обманутых им и подчинившихся ему, постольку они по справедливости несут наказание, ибо они могли отвергнуть и отбросить зло, но не пожелали сделать этого. Так вот, теперь мы спросим о самом сатане: неужели Бог создал его таким, или (иначе) — сам он был создан не таким, но по своей воле стал злонравным?»

(51). Если Бог создал бы его таким, то не следовало наказывать его, так как он проявил свойства той природы, которой наделил его Бог. И тот, кто делает что-то не по своей воле, за это не должен нести наказание. А тот, кто волен совершать что-то по своей воле, но совершает при этом что-то худое, то справедливо наказывается, так как не выполняет того, что соответствовало воле Бога. Если же он создан был Богом добрым, но (свободу) своей воли сам употребил для (совершения) зла, отдалив себя от добра, то он справедливо наказывается за те деяния, которые дерзнул совершить. Ибо мы знаем про сатану, что он был создан Богом не как (нынешний) сатана, а что свое имя «сатан» он получил из-за того, что отступил (от пути), ибо слово сатана в переводе с еврейского и сирийского означает «отступник». Однако он был создан Богом как некое существо[121], склонное к добру, но из-за враждебности к человеку он по собственной воле стал клеветником[122]. Перестав подчиняться Богу, он начал противиться Ему и учить людей не слушаться повелений Бога, и как мятежник восстал и отошел[123] от Бога. Сказанное мною подтверждает Божественное слово, которое именует его мятежным драконом, говоря, что (Всевышний) «Своим повелением убил мятежного дракона»[124] (Иов 26.13). И по справедливости Бог-Слово убил сатану тем, что дал возможность попирать его ногами. Таким образом, (Св.) Писание называет его мятежником. Если бы он оставался бы таким, каким был сотворен Богом, то (Писание) не называло бы его мятежником, ибо кто поднимает мятеж, тот нарушает данный им обет[125], чем и подтверждается то, что он (сатана) был существом сотворенным, ибо если он был бы несотворенным, то не изменился бы в своей природе, так как любое сущее, не наделенное волей, не может быть то добрым, то злым.