Тело всегда право, и в жизни, полной угроз, – насилие, экономическая нестабильность, неопределенное будущее, тяжелые роды, наконец, смерть – смех позволяет выпустить пар. Многие скандалы заканчиваются песнями и безудержным смехом. Соседская сплоченность и помощь друг другу создают условия для взаимопонимания с полуслова. В судах чаще фиксируются оскорбления и нанесенные побои, чем примирение около домашнего очага, но благодаря фаблио известно, что многие супружеские ссоры заканчиваются в постели!

Какой мужчина будет мстить за свою честь, рискуя стать объектом насмешек соседей, никогда не упускающих случая развлечься? Всем известно, что ревнивцы всегда высмеиваются сплетницами. В «Гептамероне» Маргариты Наваррской, в «Новых забавах и веселых разговорах» Бонавентюра Деперье, в полных грубоватых шуток историях Шольера, Буше или Ноэля дю Файля и прочих юмористических рассказах XV и XVI веков, авторы которых в большинстве своем мужчины, находим описание благонравных женщин, хохочущих над бесконечными историями о рогоносцах даже в церкви, под носом у кюре…

В этом спонтанном и здоровом смехе нет ничего от лукавого. Он не исправляет нравы и не приносит результатов, даже если иногда и звучит вызывающе. Смех способствует психическому и физическому здоровью; по мнению врачей Лорана Жубера и Амбруаза Паре, он благотворен, он «укрепляет дух, улучшает пищеварение» и помогает справиться с меланхолией.

Даже добрейшие отцы-иезуиты – Франсуа Гарас, Этьен Бине, Пьер-Жюст Сотель, автор живописного «Траурного марша блохи» (написанного, правда, на латыни), – не чураются смеха и считают его превосходным лекарством от тоски и апатии и средством для утешения больных, к которым их приглашают[195]. Короткие смешные истории о враче или об обезьяне, подражающей врачу, можно встретить во многих сборниках рассказов XVI века и даже в серьезных трактатах XVIII века, например у Пуансине де Сиври[196].

Смех стал важнейшей частью лечебной методики врача Гатти: «Известны только два существенных момента: следует поддерживать веселое настроение пациента и как можно больше подвергать его воздействию холода». Именно так он излечил мадам Гельвеций от оспы, придумывая различные «выходки» и «тысячи шалостей», чтобы рассмешить ее[197]. В век Просвещения было изобретено лечение щекоткой, регулирующее циркуляцию гуморов – телесных жидкостей. Этот метод рекомендовал знаменитый доктор Тиссо, считая его подходящим для людей со слабой конституцией, как у детей или женщин[198]. Спонтанный смех благотворно действует на все тело: «сенсорная жидкость» в источнике радости активизирует все функции организма: кожа разглаживается, щеки розовеют, мышцы укрепляются, по телу распространяется тепло – в общем, «жизнь в человеке начинает сиять»[199].

Что еще мы можем знать о повседневном женском смехе и как его отголоски доходят до нас? Он трудноуловим, подобен «сорвавшимся словам». Излюбленные места его появления – женские собрания, вечеринки, домашние праздники, публичные балы. В Оверни очень популярен танец бурре, и, по словам мадам де Севинье, находившейся в мае 1676 года на лечении в Виши, с начала весны «все пляшут»: «Мне очень понравился один высокий мальчик, переодетый женщиной: его юбка все время задиралась и открывала очень красивые ноги». Кабаре в основном посещают мужчины, но некоторые приходят с женами. Здесь есть все возможности для смеха и песен[200].