Иногда, вразрез с куртуазной традицией, девушки дают авансы и берут инициативу на себя. Ликующий смех вознаграждает их веру в любовника, «любовный инстинкт веселит дам», и они никогда не испытывают разочарования, тогда как девушка, оставшаяся девственницей, с трудом сдерживает себя и гибнет от любовного томления. Слушательницы смеются, равнодушные к любой морали, для них важны лишь законы природы и высшая точка наслаждения; по ходу повествования мы становимся свидетелями праздников с танцами и банкетами, устраиваемых маленькой компанией: дамы приглашают молодых людей нанести им визит и предлагают остаться на ночь! С притворной или искренней неловкостью имитируется женская речь. Возможно, в этом отражаются фантазии автора-мужчины, выдающего себя за женщину, но тексты эти созданы для того, чтобы смешить женщин, и нет сомнений, что они способствуют их радости, создавая непринужденную и свободную атмосферу.
Личность Жанны Флор по-прежнему остается тайной, столь же загадочен автор пикантного рассказа под названием «Любовный диалог в алькове между Маргаритой де Валуа и ее вьючным животным»[182]. Из-за своего названия «Альков» с момента его публикации в начале XVII века приписывался королеве Марго, и, даже если эта атрибуция сегодня оспаривается, текст остается не менее показательным в плане описания женского смеха и сексуального желания.
Диалог скорее представляет собой монолог с комическими эффектами: персонажи меняются ролями, королева не дает высказаться своему воздыхателю Петону, охваченному любовью и способному выражаться лишь односложно и заикаясь: «Я приду, когда прикажете… Я в плену ваших желаний и завишу от них… Я буду терпелив в своих муках».
В этом эротическом дискурсе женский голос звучит громче, а мужчина покорен и уступчив: Марго берет на себя инициативу, открыто заявляет о своем желании, свободном от каких бы то ни было чувств; никакие галантные речи не могут утолить это желание; когда Петон хочет объясниться, она перебивает или передразнивает его. Конечно, она не верит никаким словам и смеется над кавалером, уверенная в своей женской силе и королевской власти: «Подойдите ко мне, Петон, вы мне больше нравитесь, когда вы рядом, а не далеко. А так как вам проще удовлетворить вкусовые ощущения, нежели слух, то давайте поищем среди бесконечного множества поцелуев тот, который окажется вкуснее прочих. Ох! Как они нежны и как хороша приправа!»
Свободный разговор об удовольствии в любовном кодексе – мужская прерогатива; мы видим здесь перевернутый мир, в котором женщина – в данном случае королева – претендует на то, чтобы взять инициативу на себя, поскольку ее любовник Петон способен лишь на лепет в ответ на ее речи и желания, в то время как она воплощает изнанку мужской силы.