Ломая деревянный язык, высмеивая общественные условности, наполняя готовые идеи гротескными комическими имитациями, смех создает микроистории, магическим образом исцеляющие раны и превращающие заботы в удовольствия. Комиксы и юмористические зарисовки способны воздействовать моментально, кратковременно, прямо, чего не могут достичь ни театр, ни кино, ни даже телевидение. Все разыгрывается за несколько мгновений, игра слов сочетается с языком тела, а наказание – высмеивание или презрение – следует немедленно. Первой героиней комикса была Бекассин, ее придумала в 1905 году женщина по имени Жаклин Ривьер, а в 1913 году инициативу перехватил мужчина и сделал героиней еженедельника для девочек «La Semaine de Suzette» («Неделя Сюзетт»): маленькая бретонская служанка, забавная, нежная, глуповатая, но находчивая, покорила широкую аудиторию, и мы не знаем, что заставляет людей смеяться больше – ее промахи или способ их исправить.

Однако на протяжении десятилетий в сфере карикатуры работали исключительно авторы-мужчины. Лишь в конце 1960‑х годов благодаря «феномену Клэр Бретеше» женские комиксы вместе со своими издателями, художницами и писательницами вышли из тени. Женщины впервые появляются в качестве иллюстраторов, и постепенно их талант оценивается по заслугам: в январе 2000 года главный приз на фестивале комиксов в Ангулеме, присужденный состоящим из мужчин жюри, получила женщина, Флоранс Сестак; ее большезубые персонажи с носами картошкой никого не оставили равнодушными.

Двадцать лет спустя, в 2020 году, Международный фестиваль комиксов чествует создателей, среди которых Катрин Мёрисс, с кровожадным юмором изображающая «Сцены из гормональной жизни» (2016), Гвен де Бонневаль, Николь Клавелу и Пенелопа Бажьё, по чьему комиксу «Нахалки» (2016) был создан анимационный сериал, показывающий женщин, забытых историей.

Женщины не стесняются смеяться над собой. Карьера Клэр Бретеше началась в еженедельнике комиксов «Пилот», где Рене Госинни рассказывал о приключениях своего знаменитого маленького галла Астерикса. Далее появился персонаж Бретеше Целлюлит – принцесса с большими ногами и квадратным носом (1969). Затем последовали еженедельники «L'Écho des savanes» и левоцентристский «Le Nouvel Observateur» – для последнего с 1973 по 1981 год она каждую неделю выпускала серию комикса «Обманутые»: это была забавная и реалистичная сатира на поколение, появившееся после мая 1968-го, с симпатичными персонажами-невротиками. Единственный месседж – право на самоиронию; художница развивает свою линию; главное у всех ее персонажей – нос, который уже задает тон.

Можно ли говорить о появлении женского рисунка? Клэр Бретеше, как и Флоранс Сестак, считает, что «женского рисунка не существует», о существовании какого-то особого женского вдохновения говорят лишь сюжеты, мелочи жизни, подсмотренные здесь и там: конфликты поколений, уроки 1968 года, супружеские сцены, отсталые родители, подающие дурной пример, нетерпеливые матери, прикованные к плите, бабушки, раздраженные почемучками-внуками (Клэр Фуайе). Юная Агриппина, восхитительный карикатурный персонаж, пародирующий тот период, изобретает язык, полный шуток, сатирический «верлан» (1988). Герои «Игр и смеха» – двое детей, которые хохочут, обмениваясь грубыми словами; они видят все: родители беспрерывно ругают и стыдят их за лексикон, а сами при этом читают трактат о «семиологии скатологии». Смех атакует повседневную жизнь. Мишенью Бретеше, слишком замкнутой и любящей уединение и потому не вступающей ни в какие политические движения, становятся как мужчины, так и женщины, и она не боится иногда высмеивать убежденных феминисток, одновременно защищая многие из их идей. Независимые комиксы привлекают все больше и больше женщин-читательниц, и это говорит о том, что комиксы могут стать восьмым искусством.

Конечно, это не главное искусство, но скромное продвижение женщин и в конечном счете навязывание ими своего проницательного взгляда – феномен конца XX века. Тогда как комиксы нашли свою женскую аудиторию, скетчи в 1980‑х годах предлагали юмористкам изменчивый, нестабильный способ самовыражения, в котором переплетались серьезность и смех, разум и эмоции, и для успеха им приходилось удивлять. Скетч как жанр существует уже более двадцати лет, но в нем участвуют почти исключительно мужчины. Колюш начал свою карьеру на сцене театрального кафе: в конце 1970‑х годов его успех в образе клоуна в комбинезоне и с красным носом был оглушительным. Телевидение, театральное кафе, кино и кабаре раскрыли тогда таланты комиков, в дуэтах или сольно выступавших с критикой политической жизни, текущих событий и социального конформизма.

Короткие рассказы в свободном, легком тоне, подходящем к быстро меняющемуся обществу, написаны и поставлены с большой тщательностью и оставляют место для импровизации. Воодушевленный успехом, «моноспектакль» открыл дорогу для комедийных актрис, которые начали свое триумфальное шествие с дуэтов. Ги Бедо и Софи Домье были одними из первых в этом жанре в середине 1970‑х годов, тематика их выступлений – отношения в парах и семьях. За ними последовали Пьер Пальмад и Мишель Ларок, Пальмад и Мюриэль Робен (1988), Лоран Жерра и Виржини Лемуан… Сюжеты для своих скетчей актрисы, поработавшие на радио или в театре, – Марианна Сержан, Зук, Сильви Жоли, Les Trois Jeannes – Три Жанны, затем, во втором поколении 1990‑х годов, Мюриэль Робен, Les Vamps – Вампы, Анна Руманофф, Шарлотта де Тюркейм, Мишель Бернье, Шанталь Лоби, Мишель Ларок, Валери Лемерсье, – находили, изучая нравы; следующее поколение подхватило эстафету… Скетч сродни эквилибристике, где тело часто опережает разум: приходится бросать вызов предрассудкам и смело встречать снисходительный мужской взгляд. Смешить – значит отказаться быть красивой и соблазнительной. Но публика сначала видит и слышит женщину, а потом уже замечает в ней комика.

Женщины-комики отваживаются реагировать на мужские шутки; они не боятся провокаций, смех может быть борьбой, но они идут словно по минному полю, где дурной вкус, наглость, подлость, вульгарность не могут испортить удовольствие, потому что критика должна быть принята. Большинство из них критикуют поведение «мачо», сексизм часто используется как повод для смеха, но они также со смехом осуждают те ситуации современного мира, что лишают возможности распоряжаться собой, и смех этот тем более саркастичен, что его долгое время сдерживали.