В конце концов они обрели возможность быть смешными, красивыми, уродливыми, глупыми или злыми; возможность смеяться и смешить других, отказываясь от своих извечных козырей, не дающих, однако, права распоряжаться собой, таких как красота, обаяние, соблазнительность, чувственность. Обрели возможность играть словами, а также телом и лицом, а главное – возможность смешно говорить о мире и поднимать проблемы гражданского общества с женской точки зрения. Эта маленькая культурная революция, самой провокационной формой которой стал выход на сцену женщин-комиков, в одиночку удерживающих внимание публики в течение нескольких часов, венчает процесс, давно начатый иронической литературой и поддержанный феминистской борьбой последних пятидесяти лет. Что же может принести современному обществу смех женщин третьего тысячелетия – свободный, бурный, воинственный?

Борьба за равноправие, обострившаяся в последней трети XX века, продолжает набирать обороты; древние представления о женственности, похоже, исчезают, уступая место тому, кого социолог Жиль Липовецкий называет Третьей Женщиной, женщине-«субъекту», перестающей играть роль, уготованную ей мужчиной, и не желающей подчиняться ему. Добившись сексуальной и экономической свободы, женщины получают доступ ко всем сферам власти и принятия решений – по крайней мере, в принципе. Но, добавляет Липовецкий, полного равенства они достигнут только тогда, когда при помощи смеха смогут взглянуть со стороны на свои достижения: «Экономические, социальные и правовые завоевания женщин – важнейшие шаги на пути к свободе, но без независимого и насмешливого разума, без смеха и иронии эта свобода останется абстракцией»[487]. Книга Липовецкого вышла в свет в 1997 году, и автор выражал опасения, как бы социальные завоевания женщин не уничтожили их жизнерадостность.

Спустя четверть века юмористки освоили новые территории и новые инструменты: женщины не только любят быть смешными, но и стали «профессионалами» в этой сфере. Они покорили мужскую аудиторию способностью к изобретательности: при необходимости их жесты и тела становятся карикатурными, они не боятся шутовства и самоиронии. Они выступают на сцене и рисуют, их карикатуры и комиксы, юмористические рисунки и скетчи – живые, убедительные, требовательные. Сегодня треть комиков – женщины.

Радикальный феминизм продолжает выдвигать идеологические требования в серьезном тоне, а смех тем временем подрывает мизогинный дискурс и буржуазную мораль покорной женщины. Смех – непреодолимое преимущество процесса установления равноправия; он позволяет женщинам дистанцироваться от мужских нападок и, если верить статистике, все чаще становится частью ожиданий молодых пар: они хотят любить друг друга и смеяться вместе. Но смех не устраняет различий между полами и бессилен в ситуациях агрессии и насилия.