Человечность Маргерит Дюрас подавлена болью и насилием[471]; это насилие вызвано природой и обстоятельствами, ибо что мы можем против приливов и отливов Тихого океана? От насилия, проистекающего из жестокости мужчин, способных уничтожить друг друга, страдают и женщины: во всех романах писательница одержимо описывает клубок этих запутанных сил, управляющих человеческими отношениями и делящих людей на угнетателей и угнетенных. Третий ее роман «Плотина против Тихого океана» (1950) – это история эксплуатации местных жителей колониальными чиновниками, метафорой чего служит океан, опустошающий землю героини. Она борется с океанскими приливами, с крабами, с кадастровым чиновником – представителем колониальных властей, который хочет отобрать у нее участок земли, с несправедливостью и в конце концов, впав в отчаяние, с собственными детьми.

Побежденная обществом, озлобленная, потерявшая чувствительность и ставшая чудовищем, обезумевшая от любви к детям мать бьет их, но при этом чрезмерно опекает, собирает для них растения; она одновременно тиран и жертва жестокой судьбы. Однако на фоне страха и безумия продолжается повседневная жизнь, полная мелочей: от истощения умирает старая лошадь, патефон играет свои мелодии, Жозеф отправляется на охоту, а его сестра Сюзанна бороздит город, открывая для себя дерзкую силу своей красоты. Ирония рассказчицы, в полном соответствии с ее персонажами, не перестает разрушать, подобно океанской волне, небольшие дамбы респектабельности, возведенные марионетками, действующими и «не существующими» вокруг трех героев.

Смех Дюрас – разрушительное цунами. Первая мишень – мужчина «типа телячьей головы», жалкий и пугливый, несмотря на свои претензии, красивые машины и мнимую власть: мсье Чжо – навязчивый, говорящий непристойности, похотливый, отождествляющий себя с бриллиантом, который он предлагает Сюзанне, нечистым бриллиантом с изъяном, который мать будет называть не иначе как «жабой»! Затем – мсье Барнер, самодовольный представитель калькуттской прядильной фабрики, «в самом деле очень представительный». Оба мужчины носят перстни с печаткой, у обоих тонкие белые руки серьезных женихов, привыкшие играть с деньгами и женскими телами.

Используя мужские образы, Дюрас жестоко высмеивает современные ценности, власть, коммерцию, прибыль, социальное положение, искусственные стены, под которыми скрывается необузданное желание. Ирония направлена против высокомерных колонизаторов, олицетворяющих белый цвет: «Кругом был простор, асфальт, на тротуарах росли деревья изысканных пород, а вдоль газонов и цветников тянулись сверкающие вереницы такси. Эти улицы, зеленые, цветущие, великолепно содержались, их поливали несколько раз в день, и они напоминали аллеи гигантского зоопарка, где редкие виды белых охраняют сами себя. Центр был святилищем белых. Там, в центре, в тени тамариндов, раскинулись огромные террасы их кафе. <..> Только в роли официантов допускались сюда туземцы, и то наряженные под белых: они были в смокингах, так же как пальмы вокруг были в кадках»[472],[473].

За этой невинной белизной на самом деле скрываются эксплуатация, цинизм, ложь, хитрость, узурпация, глупость, а единственное следствие ее финансовой мощи – импотенция… Жозеф затевает грубую шутку, угрожает ружьем, и его смех прогоняет перепуганного агента, который никогда не посмеет вернуться. Смех – это не насмешка; здоровый смех «ясен и безумен, как смех детства», анархичен и мятежен, дик и невинен.

Смех Дюрас, восстающий против смерти, имеет скорее метафизическое значение, нежели социальное. В нем мало общего с копанием в таких чувствах, как счастье или радость. Он не вписывается в сатиру на происходящее, скорее подменяет собой резонерские речи. «Великий смех великого несчастья» меняет не ситуацию, а отношение к испытанию. В то время как ирония исподволь потрясает основы ложного превосходства, вторгающийся смех сметает приводимые доводы.

Он прежде всего является свойством детей – девушки и ее брата, вероятно, потому, что их чувство собственной идентичности еще не устоялось. Этот смех говорит о том, что может существовать и нечто иное; он ввергает главных героев в общее безумие, где затем начнется история любви, способная уравновесить жизненные невзгоды.