Ветер швырял снег и кристаллы льда в лицо Койлу, когда он обходил купол, остановившись у разбитого окна медицинского отсека. Изнутри окно уже заколачивали. Он слышал звуки беспроводной дрели и приглушенные голоса.

Стоя в КЧХП, держа в одной руке фонарик, в другой – револьвер, Койл чувствовал, как ветер пытается высосать из него тепло. Сейчас было ниже минус сорока градусов, и он вполне это ощущал. Брюки застыли, парка скрипела, когда он шевелил руками.

– Пошли, – сказал он Хорну.

Дыхание вырывалось большими морозными облаками.

– Прикончим его, – сказал Фрай, поднимая ледоруб.

Они втроем пошли вперед. Койл смотрел на белизну под ногами. Дул ветер, и в луче фонаря бушевал снег. На жестком паковом льду блестела изморозь.

Но тут был не только снег.

Замерзшая слизь.

Много слизи. Ее след вел через сугроб. Помимо прозрачной слизи, которую Койл так хорошо знал, виднелось какое-то розоватое вещество, которое могло быть кровью. И еще зеленоватое, но Койл даже не мог догадаться, что это такое. На свежем снегу были следы, как будто два человека тащили третьего.

– Странная, должно быть, тварь, – сказал Фрай.

Койл продолжал идти.

Он чувствовал себя охотником из какой-то игры, идущим по кровавому следу.

Ветер выл, швыряя снег. Лицо, хоть и закрытое балаклавой, онемело от холода, борода была полна льда. Небо над головой было чистым и ледяным, звезды мерцали, горело северное сияние над далекими горными вершинами.

Койл шел по следу. Он заметил, что следы стали более единообразными. И похоже, тварь шла на трех ногах, ну, может, не совсем на ногах, а на каких-то колышках или колючках. У каждого следа имелось три углубления, как от шипов. Даже в морозном воздухе Койл улавливал порывы отвратительного зловония, налетавшие и рассеивавшиеся.

Здесь было чертовски темно.

Фонарики и далекие охранные огни мало что меняли. Восточная Антарктида – мир мерзлоты, теней и лютого холода.

– Эта тварь долго не выдержит, – сказал Фрай, светя по сторонам фонариком.

Хорн хмыкнул.

– До сих пор выдерживала.

Койл заметил, как у цеха тяжелой техники мелькнула тень, и услышал какой-то рваный инопланетный вопль, звучавший так, словно исходил из множества ртов. Сам тон этого вопля был неземным и пробирал до костей.

– Пошли, – сказал он.

Они побежали на этот крик.

Бег в громоздкой одежде и в полных воздуха сапогах не очень изящен, но они бежали, пыхтя и отдуваясь. Мчались по снегу, пробирались через сугробы, стискивая зубы от холода. Фонарики дергались в руках, бросая дикие прыгающие тени… и каждая из них могла быть чем-то бо́льшим, чем тень.

Тропа вела к цеху тяжелой техники, мимо подъемной гаражной двери и вдоль стены.

По какой-то причине тварь не торопилась забраться внутрь, и Койл понимал, что это не потому, что она слишком глупа, чтобы справиться с дверной ручкой. У нее на уме что-то другое. Он гадал, что бы это могло быть. Тварь вряд ли так умна, как создавшие ее существа, но хитра. Она несколько дней пряталась на «Климате». И обнаружили ее лишь случайно.

Конечно, у нее рудиментарный интеллект. Но сейчас это просто животное. Ему холодно, оно ранено и будет бороться за выживание.

Когда они обошли дальнюю сторону строения, ветер донес запах твари.

– Хорн, – сказал Койл. – Приготовь свой огнемет.

Хорн и Фрай за ним расступились. Запах долетел и исчез. При таком ветре, в такой темноте тварь могла быть где угодно: по ту сторону купола или в десяти футах.

За цехом тяжелой техники Койл ничего не увидел.

Только несколько уложенных друг на друга бочек с горючим, связанных от ветра, какие-то тени, сугробы у стены. Тварь могла, не оставляя отпечатков на снегу, исчезнуть во тьме Полярного плато.

Но Койл так не думал.

Он побежал вперед. Воздух был такой холодный, что болели легкие.

Огибая строение, Койл поскользнулся на льду и упал в сугроб. И тут же сел, смахивая снег с глаз.

Хорн и Фрай бежали за ним.

Посмотрев вперед, он что-то увидел. Не самого зверя, а лишь тень, которую он отбрасывал в бледном лунном свете, ускользая из поля зрения. И эта тень… милостивый боже… неопределенная и жуткая, словно два человека, соединенные в талии, искаженные и уродливые, машут головами, на которых короны из извивающихся змей.

Фрай рывком поднял Койла на ноги.

Бок о бок они добрались до дальнего угла цеха, и там их поджидала эта тварь.

Она издала пронзительный, первобытный рев, как доисторическое чудовище, и бросилась на них. Койл почувствовал волну едкого жара, исходящую от нее. Он снова поскользнулся и упал. Огромная тень надвигалась на него.

Хорн закричал и нажал на спуск огнемета.

Яркий язык пламени стремительно пронесся прямо над головой Койла. В темноте он подействовал ослепляюще. Грибообразное облако огня настигло тварь, прыгнувшую вперед. Удар пришелся не прямо, а скорее по касательной, но заставил тварь отлететь. Бо́льшая часть пылающего желеобразного бензина попала в металлическую стену строения и разлетелась по паковому льду.

Но оставшаяся часть… прилипла и горела.

Зверь издал еще один вопль и бросился прочь, как-то переваливаясь, истошно крича от боли. И хотя весь его левый бок пылал, он бежал быстро, шипя и прыгая, оставляя за собой шлейф клубящегося дыма.

Койл был уже на ногах; все трое помчались вслед за зверем. Не было времени раздумывать, планировать, даже осознать нереальный ужас происходящего. Нужно было догнать эту тварь. Уничтожить ее. Иначе никто на «Климате» не будет в безопасности.

– Оно бежит к рубке связи, – сказал Фрай.

Так и было. Продолжая гореть и дымиться, отбрасывая мерцающий оранжевый свет от лижущих ее языков пламени, тварь бежала по дороге, соединяющей купол с рубкой связи. Добежала до туннеля и по нему дальше к рубке, миновала вход в нее, которым несколько дней назад воспользовался Койл, до смерти испугав при этом Харви.

Они гнались за ней.

На дорожке остался след из тлеющих ошметков.

Напоминало потрескавшийся черный пластик.

Когда тварь стояла у двери, Койл впервые смог ее разглядеть. Всего на секунду, но этот образ останется с ним до конца жизни. Существо выглядело как паук с десятками отростков, они медленно извивались, как-то иллюзорно, словно глубоководные водоросли. Дымящиеся клочья уносил ветер, и казалось, что тварь распадается на части. Жгучая вонь ударила в лицо.

Тварь зарычала на них и прошла в дверь. Не открыла дверь, а прошла через нее, как будто дверь была наспех сколочена из бальзы[68].

– Черт, черт, черт! – закричал Койл, бросаясь в погоню.

Прежде чем с Фраем и Хорном отправиться за тварью, он велел Особому Эду запереть все двери и выставить караульных у каждой из них. Очевидно, Эд это сделал. И сейчас зверь нашел один из входов.

Еще один крик прорезал ночь, и Койл содрогнулся.