Б-142, АМБУЛАТОРИЯ

СТАНЦИЯ «МАК-МЕРДО»

С тех пор как Полчека, бредившего о колдунах и всем остальном, посадили на успокоительное, доктор Манс регулярно заходил к нему.

Бедняга.

Талантливый, но сбитый с толку.

Так иногда бывает.

– Он спокоен и замкнут, – сказал дежурный врач Сэнборн. – Хотите взглянуть на него?

Манс подошел, ожидая увидеть больного спящим.

Но Полчек не спал.

Он улыбался, и глаза у него были черные и блестящие, как влажный асфальт. Манса охватил озноб, и он сделал неуверенный шаг назад.

С пола послышался стук.

Со стен – скрежет, словно по ним царапали когтями.

Температура упала, и Полчек сел, от него повалил пар.

Ремни, удерживавшие его, один за другим лопались.

Что это такое?

Манс стоял с открытым ртом; он ощущал, как в воздухе нарастает энергия, словно вот-вот ударит молния. Заряд усиливался, Манс чувствовал, как он ползет по его спине и рукам; вся комната дрожала и тряслась.

И Полчек, круглощекий, светловолосый и некогда совершенно безобидный, смотрел на него своими черными инопланетными глазами, и в них виднелась призрачная, космическая глубина.

– Что здесь происходит? – спросил Сэнборн.

Просыпается древний улей.

Полчек встал, послышался треск энергии, и он направил ее на Сэнборна. Невидимая волна непреодолимой силы обрушилась на него, подняла и отбросила на десять футов. Прямо на дверь. Сэнборн ударился так сильно, что дверь треснула.

Манс смог только ахнуть. Та же волна силы впечатала его в стену, и он упал без чувств на пол.

Полчек плыл в трех дюймах над полом.

Манс смотрел на него, не в силах сказать ни слова.

Им не нужно завладевать нами, мы сами овладеем собой.

Невероятно бледный, с черными, полными энергии глазами, Полчек развел руки по сторонам, как Иисус на кресте. Потом опустился на пол, лицо его мучительно исказилось. Он издал какой-то булькающий звук и упал.

Бушующие в комнате явления утихли.

После мгновения напряженной тишины Сэнборн подошел к Полчеку.

Неуверенно взял его за руку.

Плоть Полчека была влажной и горячей. Кровь заполняла глаза и разливалась по лицу. Она текла из ушей. Сэнборн лихорадочно проверил пульс, но вердикт он уже знал. У Полчека случилась эмболия или разорвалась аневризма в мозгу.

– Он мертв, – сказал Сэнборн. – Что… что, черт возьми, только что произошло?

– Он был активирован, – сухо ответил Манс. – Скоро со всеми нами произойдет то же самое.