Они увидели «Полярный климат»; Фрай остановил «снежного кота» и сидел, глядя в ветровое стекло.

– Что? – спросила Гвен. – Что теперь?

Фрай молча вышел из кабины и встал на гусеницу, они присоединились к нему на холоде и ветру. Но они не чувствовали ни того, ни другого. Смотрели в небо, чистое, усеянное звездами. Смотрели на то, что наполняло их ужасом, который невозможно выразить словами.

– Взгляните на них, – сказал Фрай. – Боже, вы только взгляните на них.

Звезды на мгновение заслонил жужжащий рой продолговатых тел, которые, словно ведьмы, летали по небу. Старцы. Очень даже живые. Они пронеслись над станцией, как стая перелетных ночных птиц. Их было так много, что невозможно было сосчитать.

– Больше они не прячутся, – сказала Гвен. – Они показывают себя.

Койл смотрел, как они исчезают в ледяной черноте над Антарктикой. Они всегда были здесь. И всегда будут, пока не придет время завладеть миром, который они засеяли жизнью и разумом. И это время с каждым днем приближается.

– Давайте возвращаться в лагерь, – сказал он. – Скоро начнется.

Им не нужно было спрашивать, о чем он говорит.

Потому что они знали.

Жатва человечества.