Койл сидел рядом с Гвен в заднем отсеке «Ледяного волка», оба пристегнулись и крепко держались, вцепившись в утварь и друг в друга. Вертолет начал высвобождаться изо льда.

«Мы это сделали», – хотел сказать ей Койл в микрофон в шлеме, но не решился. Боялся, что может сглазить сейчас, в самый критический момент бегства. В любую секунду этот первобытный ужас может выйти из темноты и раздавить вертолет, как жестянку, высосать из него теплое желе.

Прекрати, немедленно прекрати это…

Вертолет задрожал.

Начал взлетать.

На высоте в десять футов, с ревущими роторами, он содрогнулся, накренился, коснулся льда и снова поднялся, на этот раз удержавшись против ветра.

Койл слышал, как работают мощные турбины, поднимая машину в воздух и удерживая ее там. Человеческая технология, противостоящая гневу природы. Вертолет продолжал подниматься, и Койл испытал сосущее ощущение в животе, какое бывает при неожиданном подъеме в лифте. Потом вертолет повернул направо и сделал широкий круг. Он поднимался минут пять, потом начал спускаться, и не случайно.

Какого черта?

Дейтон был в кабине. Койл в наушниках услышал, как он сказал:

– Найдите ублюдка и возьмите его в прицел.

Потом один из пилотов произнес:

– Цель найдена… что бы это ни было, оно испускает чертовски сильное тепловое излучение.

– Подготовьте к бою ракеты «Хеллфайр», – сказал Дейтон.

И тут Койл понял, что они охотятся на него.

На шоггота.

Или пытаются хотя бы запечатать пещеру «Император».

Гвен сжала его ладонь.

Вертолет продолжал спускаться, как оса в поисках добычи.

– О боже, – пробормотал Койл.

Садясь в «Ледяного волка» на «Полярном климате», он заметил под крыльями с обеих сторон ракеты. Он спросил Реджу, для чего они, и тот, подмигнув, ответил: «Это ракеты “Хеллфайр”. Для того, что мы найдем». Вот что сейчас будет. Пилот наводит ракеты и вскоре выпустит их – выпустит в то, во что они нацелены.

Вертолет спускался во Впадину с такой скоростью, что Койл испугался, что потеряет сознание. В животе все сжалось, желчь подступали к горлу. Он не знал, происходит ли это от страха перед крушением или просто от быстрого спуска. Но Гвен испытывала то же самое; она так крепко сжала его ладонь, словно хотела раздавить ее.

– Цель взята, ракета готова к выстрелу, – сказал пилот.

О, черт.

В тесном отсеке «Ледяного волка» Койл не видел, что вывалилось из входа в пещеру «Император». И вероятно, это хорошо. Есть такие вещи, которые лучше не видеть, а знать только в глубине души, что это бесформенный кошмар.

Тварь была такая огромная, что буквально расширила вход в пещеру, выбираясь из нее в выбросе льда и силы, в ядовитом излиянии плоти, которая на ходу мутировала и менялась. Она выкатилась в воющую черноту, отрастив массивные, как хобот, щупальца с ярко-красными глазами на концах, оставляя за собой след дымящейся слизи. Тело было в оранжевых, зеленых и серых полосах… разбухшее, грибовидное, похожее на наутилуса, со множеством зазубренных костей, разветвленных и соединенных перепончатой тканью. Суставчатые лапы насекомого заканчивались треугольными когтями; из дрожащей массы горизонтально выступали три головы с десятками зеленовато-золотистых глаз; у каждой головы имелась пасть с челюстями, напоминающими перепончатые пальцы, за которыми виднелись ряды спиральных зубов и десятки лижущих черных языков.

И все эти рты вопили, их крик напоминал сирену воздушной тревоги, вой разрывал тьму и заставлял ее кровоточить. Крик раздавался все чаще и чаще, и перед самым пуском ракет Койл сжался в комок.

К этому времени «Ледяной волк» уже поднимался из Впадины, чтобы избежать столкновения с ледопадом Цербер.

Но именно так работают ракеты «Хеллфайр».

Нет необходимости стрелять в прямой видимости.

Получив данные цели, они найдут ее, в каком бы направлении ими ни выстрелили. Лазерное наведение – ничто, даже Старцы, не может их остановить.

Шоггот распрямился с ревом, заполняя бурю своим первобытным гневом… и ракеты устремились к нему, вооруженные мощными взрывными и зажигательными боеголовками.

Удар.

Зверь взлетел на воздух, как фейерверк на День независимости, взрыв разнес его ударом страшной силы, а зажигательные головки завершили работу, превратив ошметки плоти в пожар, осветивший ледяную местность.

Шоггота не стало.

Обожженный лед таял, потом так же быстро замерз.

А вертолет продолжал подниматься, и ветер пытался ударить его о стены Впадины. Было несколько страшных моментов, когда пилот с трудом удерживал вертолет. Но органы управления реагировали нормально, так что вертолет избежал столкновения с рваными боками ледопада Цербер, вылетел из Впадины, пролетел над ледником Бирдмора и исчез в полярной тьме.