«ИМПЕРАТОР-1»

– Эй! – закричал Норрис, обходя один из «гипертатов» наверху. – Эй! Кто там?

Он видел исчезающую среди строений неуклюжую фигуру. Похожую на человека. Фигура исчезла в тени, потом волшебным образом появилась между «гипертатами».

Норрис водил автоматом с прикрепленным к нему фонариком. Луч освещал «гипертаты», обнаруживал участки тени, но ничего больше. Норрис пошел вперед, вздрагивая всякий раз, как трещал ледник, сердце его колотилось, от холода слезились глаза.

– Немедленно назовитесь! – крикнул он. – Или я стреляю на поражение! Вы меня слышите?

Тишина.

Потом быстрые шаги по льду.

За ним.

Нет, слева.

Нет, за генератором.

Да, кто бы это ни был, они за генератором. Прячутся там. Ждут. Но они не знают, с кем имеют дело. Не знают, какой профессионал Норрис, сколько жертв на его счету за восемь лет службы в спецназе флота. Но они узнают. О да, узнают.

– Капитан Дейтон… Это МакКерр, – заговорил он в микрофон. – Здесь кто-то со мной… Капитан, вы кого-нибудь посылали наверх?

Помехи. Ничего, кроме помех.

Черт побери!

Драйден выходил на связь десять минут назад. Но сейчас – тишина.

Норрис чувствовал движение вокруг себя и не понимал, откуда оно. Он снова заговорил в микрофон:

– Слушайте меня. Говорит Норрис, сверху… У меня здесь какое-то движение… Если не получу от вас сообщение в течение двадцати секунд, буду считать, что это враг… вы меня слышите?

Тишина.

Вот дерьмо.

Генератор неожиданно издал визгливый звук, и Норрис повернулся, готовый стрелять. Тени. Генератор снова завизжал, словно его корпус заполнился льдом. Потом подавился, задрожал и смолк. Огни мигнули. Затем медленно потускнели и погасли, будто затушили свечу.

Шаги.

Норрис повернул автомат, луч света разрезал темноту. «Гипертаты». Пристройки. Лед.

– Кто бы там ни был… назовитесь… или я стреляю…

В наступившей темноте послышался булькающий противный смех, словно у смеявшегося рот был набит влажными водорослями.

Норрис вспотел в своем полярном костюме.

От его головы шел пар.

Что-то обходило его в темноте. И он чувствовал запах – грязную, засиженную мухами вонь гнилых овощей. Движение слева. Справа. Шипение сзади. Норрис повернулся, и три пули ушли в лед.

Холодный, влажный смех.

Скользящий звук, как шелест лозы.

Норрис снова повернулся, и что-то с невероятной силой ударилось о ствол его автомата. Оружие вылетело из рук, и он слышал, как оно покатилось по льду.

Он ударил ногой туда, где почувствовал движение.

И тут рука зажала ему рот, влажная и скользкая.

Что-то пронзило его горло, как десятками осиных жал.