– Ты уверена, что хочешь это знать? – спрашивает тетя, поворачиваясь.

Я смотрю на мистера Китса.

– Да.

– Похоже, что в состоянии Бронте есть прогресс, но опасность пока не миновала. Рентген показал, что в одном легком у нее все еще остается туберкулез. Она должна говорить только шепотом.

– Почему? – спрашиваю я.

– Потому что ей нельзя говорить в полный голос. И нельзя уезжать из санатория. – Тетя дает Мунпай сосиску. – Мне жаль, Харрикейн, но это не те новости, на которые ты рассчитывала.

Отвернувшись к окну, я смотрю, как раскачиваются ветки огромного платана.

Сегодня я усвоила еще один урок.

Даже если решаешься заговорить, не всегда получаешь ответ, который хочешь.