Пока русские мужики воевали на фронтах с германцами и австро-венграми, а национальная промышленность и транспорт перестраивались на военные рельсы, в Сибири появились американские и английские компании, занявшиеся скупкой земли. Такие же компании появились на Урале, где ими были куплены 365 золотоплатиновых, железных, медных, асбестовых месторождений, включая месторождения иридия, осмия и палладия.

После открытия в Саянских горах богатых месторождений золота, серебра и меди ими немедленно заинтересовались американские капиталисты, направившие экспедицию для их осмотра. Для проб были взяты образцы верхних пород. Анализом установлено, что породы содержат одновременно медь, золото и серебро. Встречались куски самородков меди весом до 10 фунтов и самородки серебра – до 0,5 фунта. Многие куски меди были обсыпаны серебром. Было сделано до 50 заявок.

Благодаря европейской войне у американцев появилось достаточно свободных средств для скупки всего, до чего они могли дотянуться. Так, за первую четверть 1916 г. валовой доход американского стального треста достиг 60 714 000 долларов, а чистый доход – 51 219 000 долларов, или на 45 513 000 долларов больше по сравнению с предыдущим годом.

Золотой дождь, пролившийся в результате мировой войны на Америку, затронул все ее слои без какого-либо исключения. В наиболее распространенном представлении европейцев темнокожие в Америке того времени вели неприглядную жизнь прислуги и мелких ремесленников. В реальности же среди темнокожих было немало богачей. В одном Нью-Йорке, например, насчитывалось две-три сотни темнокожих-миллионеров. Они жили исключительно для себя и старались не лезть на глаза так называемому «свету». Их рестораны и клубы, никогда не посещаемые белыми, были обставлены с фантастической роскошью, а своих детей они отправляли учиться в школы и университеты, посещаемые только темнокожими.

Характерной чертой для этих черных миллионеров было то, что прислуга у них была всегда и исключительно только белая. В основном это были иммигранты, еще не успевшие заразиться американским предубеждением к темнокожим. Одной из причин этого было то, что чернокожие слуги норовили стать на одну ногу со своими черными господами и не обнаруживали к ним требуемой почтительности.

Однако безумные прибыли были характерны не только для американцев. Такое случалось и в России, и не у всех везунчиков хватало сил внести это. Так, в начале мая 1916 г. в психиатрическую больницу попал хорист, заболевший от свалившегося на него счастья. Началось того, что он заработал комиссионерством на продаже громадного завода 25 тыс. руб. После этого он отправился в клуб, где начал играть по-крупному. За несколько дней он утроил свое состояние. После этого на бегах он поставил на безнадежную лошадь 200 руб. и выиграл 1300 руб. Последнее его подкосило, и от такого непрерывного везения бедняга вернулся домой уже окончательно спятившим.

Однако подобное развитие событий было редким исключением из общего правила. В подавляющем большинстве случаев война вела к резкому уровню снижения благосостояния. Это относилось и к населению, и к различным организациям.

Именно таким, в частности, было воздействие войны на такое, казалось бы, мирное и далекое от проблем повседневной жизни учреждение как расположенный в Швеции фонд имени Нобеля, который выдавал премии ученым, сделав за минувший год больше всего для человечества. Миллионы фонда были вложены в ценные бумаги. Хотя они были более чем солидные, но и они значительно понизились в цене. В результате по некоторым бумагам дивиденды выплачены не были, в результате чего у фонда отсутствовала возможность выплатить премии в размере, предусмотренном основателем фонда. Если в обычное время общая сумма научных премий была равна 149 222 кронам, то в 1916 г. она сократилась до 131 769 крон, или почти на 15 000 руб. меньше.