На этом фоне огромное количество учителей, в том числе в подмосковном Клину, продолжало получать все еще 30 руб. в месяц, а с вычетами 24 руб. 60 коп. Из этой суммы 3 руб. в виде доплаты приходилось отдавать школьной прислуге, так как на установленное земством жалование прислугу для школы найти было невозможно. На личное содержание учителю оставалась сумма в 21 руб. 60 коп. При существовавшей дороговизне, по самым скромным расчетам, требовался 1 руб. в день на питание. В результате девять дней в месяц учителя Клинского уезда должны были оставаться без еды. Два дня они могли пообедать, а на третий уже нет. Про положение семейных людей и говорить не стоило. Земство на просьбу о прибавке отказало, поэтому стали наблюдаться случаи обложения самими учителями населения, а также неуплаты долгов.

В это же самое время жизнь немецких и австро-венгерских военнопленных, направленных на работы в ведение земских и городских управ, была значительно лучше, чем у тех же русских учителей. По закону им было положено в день 2 фунта хлеба, 24 золотника крупы и 0,25 фунта мяса на каждого, была дана возможность посещать бани и при заболеваниях получать медицинскую помощь. Губернаторы внимательно следили за тем, чтобы управы соблюдали эти требования закона.