Избыток топлива в одних регионах не означал, что в других дело обстояло точно так же. Челябинск в разгар зимы вообще оказался практически без дров. Большинство дровяных складов давно уже перестали продавать дрова за их отсутствием. Там же, где был самый ничтожный их подвоз, березовые дрова продавали по цене до 12 руб. за сажень. Беднота просто не могла позволить себе покупать дрова по такой цене.

На просьбы торговцев пропустить в город 25 вагонов дров железная дорога отвечала отказом, а обращения городской управы, городского головы, воинского начальника и прочих уполномоченных лиц разрешить пропуск 100 или 200 вагонов дров просто игнорировала без каких-либо ответов.

Рост цен на дрова затронул не только Челябинск, но и столицы – Петроград и Москву, хотя пока и не столь тяжко. Это прежде всего проявилось в том, что чайные, столовые и трактиры, отпускавшие ранее кипяток в чайниках на вынос, либо полностью прекратили продажу кипятка на сторону, либо вдвое повысили на него цену. Хотя в губерниях было запасено много дров, в связи с проблемами в их подвозе в городах из-за их недостатка начали закрываться дровяные склады, а цены стали расти.

Для того чтобы сэкономить на топливе, небогатый люд стал использовать битое бутылочное стекло. Брошенные в печь битые бутылочные стекла, накалившись, отдавали очень сильный жар. Стекло от 3–4 битых бутылок выполняло роль аккумулятора энергии и заменяло от 6 до 8 поленьев, что позволяло класть в печь вдвое меньше дров.