По мере приближения даты открытия Учредительного собрания высокопоставленные большевики из Смольного высказывались в частных беседах о возможности открытия Учредительного собрания. Преобладало мнение, что Учредительное собрание будет открыто на один день, а затем депутатов распустят на рождественские каникулы.

Планировалось, что Собранию будет предложено не обсуждать вопросов, касавшихся преобразований рабочего и крестьянского правительства, а на повестку дня представят лишь брестский трактат о перемирии. Он, по мнению Смольного, должен быть одобрен без прений. В противном случае состав Учредительного собрания признают не отвечающим интересам рабочих и крестьян России и подлежащим переизбранию.

Тем временем в середине декабря 1917-го на значительной территории бывшей Российской империи уже вовсю шла гражданская война. Бои шли за Жмеринку и около Екатеринослава, в Бердичеве и в районе станции Миллерово, под Бузулуком, в Ростове и Иркутске. Во Владимире местный гарнизон на требование отправиться на войну с внутренним врагом, т. е. казаками и украинцами, ответил категорическим отказом. Он обратился в Петроград с требованием найти мирные способы разрешения конфликта. Присланных во Владимир рабочих с местных фабрик для обучения в формировавшиеся отряды Красной гвардии солдаты обучать отказались. Вообще отношение к «сальным пиджакам», как звали солдаты красногвардейцев, у гарнизона было враждебное.

С фронта и из тыловых частей бежала по домам масса солдат. Настроение у фронтовиков было мрачное и подавленное. Воевать дальше они категорически не хотели, «пусть власть Вильгельма, пусть гибель «свободы», но воевать не будем». Тыловые герои, напротив, были в очень повышенном настроении и усиленно баламутили крестьян. Под влиянием этой пропаганды деревня была очень возбуждена и тревожна. Ее левая часть, хотя и небольшая, еще больше полевела – все наше, резать, делить, а остальная, большинство, вопила о законе, порядке и требовала кто царя, кто немца, дескать, дальше так жить нельзя.

Картина удивительным образом менялась в тех деревнях и поселках, где только что побывали агитаторы большевики. Там крестьяне поголовно становились на позиции большевиков и принимали резолюции против соглашательской политики эсеров и выражали полное доверие народным комиссарам.

В рабочих кругах тоже все было неоднозначно. Неспособность большевиков воплотить в жизнь брошенные ими лозунги – мир, хлеб, обеспечение трудовых масс и т. д. – заставила крепко призадуматься рабочих и внесла раскол в их среду. Рабочие, явно выражая недоверие большевикам, в ряде районов на крупных фабриках потребовали переизбрания районных советов рабочих депутатов. Там, где переизбрание состоялось, большевики потерпели поражение. В большинстве случаев рабочие отдавали свои голоса эсерам и меньшевикам. Было отмечено, что, чем менее образованными были рабочие тем охотнее они шли за большевиками. Между квалифицированными рабочими, уходившими от большевиков, и чернорабочими пропасть становилась все глубже.