– Дети? – воскликнул Бергамот и с недоумением добавил: – Когда? Почему же вы не обратились в полицию?
– Да, мои мохнатые кровинушки. Все шесть! Вот вчера ещё были рядом со мной, ласково мурлыкали и спали, зарывшись в шерсть. А сегодня? А что сегодня, я вас спрашиваю? Нет их рядом. Ни одного! – кошка в белоснежном чепчике заломила лапы. – В полицию? А что, полиция этим занимается? – она в последний раз всхлипнула и с интересом посмотрела на Бергамота.
– Конечно, мэм! А чем же ещё заниматься полиции? – изумился Бергамот и пробурчал себе под нос: – Не аллергию же стекольщика расследовать…
– Что простите? – спросила кошка в белом чепчике. – Меня, кстати, зовут Лиза, – она протянула Бергамоту лапу, поправила кружевной фартук и села на соседний стул.
– Да так! Сейчас я включу диктофон, и вы мне всё расскажете! – Бергамот вытер усы салфеткой, достал диктофон и нажал кнопку записи. – Итак, как зовут ваших детей?
– Первым у меня появился Людвиг. У него были сразу открыты глазки? Представляете? Зелёные как трава для щипания в зоомагазине мадам Карины. Он так посмотрел на меня, как будто знал, что однажды мы разлучимся с ним! – Лиза снова залилась слезами.
– Ну что вы! – Бергамот успокаивающе похлопал её по лапе. – Продолжайте, продолжайте.
– Вторыми свет увидели близнецы Барс и Марс. Божечки-кошечки! До чего ж они были милые. Белоснежные, пушистые, совершенно одинаковые. Если честно, мы с мужем часто их путали. Но они не обижались никогда. А может не показывали виду, что обижаются. Конечно, каково это, если вас называют Марсом, хотя вы – Барс? Или говорят: «Барс, не шкодничай!», а вы – Марс и сегодня совершенно не настроены на проказы? – содрогаясь в рыданиях, Лиза закрыла морду лапами.
Бергамот подвинул ей розетку с мороженным, и кошка, смахнув слёзы, набрала полную ложку пломбира и отправила в рот.
– Иза – моя девочка. Моя единственная дочь! Ангел! Чистый ангел! Вы бы видели её малюсенькие лапки! Вы бы слышали голосок, которым она говорила «мамяу-у-у-у-у»! А её шёрстка? Шёлк! Чистый шёлк! Затмила! Моя девочка затмила свою маму, а ведь я очень недурна. Да что там, я взяла титул «мисс очарование» в прошлом году в конкурсе красоты среди многодетных кошек! – Лиза потрогала распухший от слёз нос и выпрямила спину.
– Вы действительно очаровательны, мадам Лиза, – Бергамот обрадовался, что она наконец перестала плакать.
– Да вы что, детектив! Я замужем! – Лиза кокетливо поправила чепчик и состроила глазки. – У нас с мужем шесть чудесных котят!
– Да-да, мадам. И вы ещё не рассказали про двоих. – Бергамот уже пожалел, что поддержал её. Складывалось ощущение, что тут пахнет шурами-мурами, а, как уже говорилось, на работе он терпеть этого не мог. Впрочем, при упоминании о котятах, Лиза перестала кокетничать и снова разревелась.
– Августин и Негрустин – близнецы. Нет, это чудо, а не близнецы! Где бы они не появились, повсюду сразу становилось весело. Будь они здесь, вы под этот самый стол свалились от смеха. Потому что они бы обязательно пошутили. Августин бы показал вам коготь, а Негрустин бы спросил: «Смешно?» Что бы вы ответили? Правильно: не смешно. Тогда бы Августин спросил: «А если поползет?», и начал бы часто прятать и выпускать коготок. Ой, не могу, – Лиза залилась смехом. – Ахах… чтобы… ха… вы сделали? Хах-ах… корчились бы от смеха-ха-ха-ха.
Бергамот натянуто улыбнулся и кивнул.
– Кто и когда видел ваших детей в последний раз? – спросил он, когда Лиза наконец отсмеялась.
– Так, дайте вспомнить! Людвига в последний раз видела Анжела. Марса и Барса – тренер футбольной команды перед соревнованиями. Изочку… Сейчас подумаю… Изочку – Дуня, когда моя девочка рассчитывалась с ней за свою свадьбу… Августина и Негрустина…
– Подождите! Вы сказали за «свою»? За свою свадьбу? – с громким «дзинь» Бергамот опустил ложку в розетку с мороженым.
– Ну да! Иза вышла замуж в прошлую субботу! Праздновали в хотдожной Дуни. Сначала хотели здесь, и представляете, на этом самом стуле, на котором сейчас сидите вы, могла бы сидеть моя Иза в белоснежном платье и ажурной фате. Но выбрали хотдожную Дуни. Она завезла креветки, а больше половины гостей их никогда ещё не пробовали. Мы хотел удивить всех деликатесами! Единственную дочь всё-таки замуж выдавали. И очень зря! Очень зря, скажу я вам! Какой-то огромный кот вломился прямо на праздник и кричал, что его хотели отравить. До этого момента я чувствовала себя замечательно, а после его слов меня как будто стало воротить… – тараторила Лиза.
– Погодите, мэм! Ваша дочь такая взрослая, что вышла замуж? – уточнил Бергамот.
– У меня и внуки есть! Но это не Изочкины дети, а Людвига – моего старшенького, помните? Я же говорю, что взяла титул «миссис очарование» и очень молодо выгляжу, – захлопала ресницами Лиза. – Вот и пропали детки! Все шесть! Людвиг с семьёй в другой город переехал, Марс и Барс живут в интернате для одарённых котов и занимаются футболом, домой только на каникулы приезжают, а они такие короткие. Изочка замуж вышла и съехала к мужу, а Августин и Негрустин… – Лиза запнулась, чтобы облизать ложку от остатков мороженого.
– Я… – Бергамот икнул. – Я, пожалуй, пойду.
– Детектив! Но вы обещали мне помочь! Наш дом теперь такой пустой… У детей своя жизнь… – Лиза вскочила.
Бергамот вышел не оглядываясь. Только пройдя два квартала, он в голос расхохотался. На его месте кто угодно наверняка бы расстроился. Но детектив знал, что это бесполезно. А смеяться – полезно. Он пришёл в полицейский участок и решил не рассказывать о своём конфузе Сэму. Лучше он расскажет какую-нибудь историю из детства, раз уж ему предстоит целый день провести в обществе начальника участка. Но Бергамот ошибся. Сэм в участке был не один.