– Этот фрукт, – Дуня бросила брезгливый взгляд на Быка, – съел, нет, я бы сказала сожрал, пусть извинят меня нежные барышни, каковых здесь нет, – Дуня достала из ридикюля очки, нацепила на нос и театрально осмотрелась вокруг. – Хвосты от креветок! – владелица хотдожной сняла очки и убрала обратно.

– Господин утверждает, что взял лоток, в котором были креветки и записка, что вы отдаёте их даром. Зачем же вы отдавали только хвосты? – спросил до сих пор молчавший Бергамот. – И куда делись головы и туловища бедных креветок? – добавил он и поморщился. Он терпеть не мог креветки. Никакие их части.

– Хм, как это куда? Головы я выбросила в компостную яму, а туловища пожарила на оливковом масле и подавала целый день гостям хотдожной! У меня приличное заведение, и в тот день, я обслуживала торжество. Выходила замуж прелестная кошка, – заявила Дуня. Непонятно, почему Бык называл её старухой. Скажем объективно, она была зрелой, но очень юркой трёхцветной кошкой. Вообще, о её возрасте говорил только седой подбородок, который она закрашивала рыжей хной, но, возможно, из-за плохого зрения, оставляла седыми некоторые участки. – Вы арестуете его? – Дуня махнула на Быка.

– Если он нарушил закон, то непременно! – Сэму явно нравилось то, как он проводит свой выходной.

– Но сэр, в Уголовном Котэксе нет такой статьи, по которой запрещалось бы есть креветки! – возразил Бергамот.

– Ты что, котёнок, учить меня будешь? – взорвался для вида начальник участка. – Я знаю, что там есть, а чего нет! Но этот фрукт, – Сэм повторил за Дуней, назвав Быка фруктом, – ещё не сказал нам, откуда у него следы драки.

– Аллергия у вашего фрукта! На креветочные хвосты! Вот он и чешется весь, – выдала Дуня.

– Это правда? – Сэм случайно включил лампу, которая стояла на его половине стола и, пользуясь случаем, навел её прямо на Быка.

Тот ничего не ответил.

– Но зачем же вы отдавали даром эти злосчастные хвосты? Разве вы не знаете, что у котов бывает на них аллергия? – спросил Бергамот.

– Так я же не для котов! Это для рыбы! – возразила Дуня.

– Для рыбы? У нас что, рыбы ходят в хотдожную? – спросил Сэм.

– Ах ты кошечки-хаврошечки! Эти хвосты предназначались рыбаку Адаму для наживки! Чтобы рыбу ловить? Теперь ясно? – совсем разозлилась Дуня.

– Но вы же написали записку, что отдаёте их даром! – сказал Бергамот.

– Ох ты, котики-бегемотики! Вот и этот фрукт утверждал, что я отдаю что-то там даром. Вломился в мою хотдожную, морда вся в расчёсах аллергических, страшный как кара кошачья и кричит: «Ты меня отравила, ты меня отравила!». Посетители все выбежали, не заплатив. А где, где, я вас спрашиваю, я писала, что отдаю даром креветочные хвосты? Я написала: АДАМУ! Не ДАРОМ, а АДАМУ! Он между прочим платит мне за эти креветочные хвосты.

– Сэр, вы умеете читать? – спросил Бергамот, обращаясь к Быку.

– Приблизительно, – буркнул стекольщик. – Снимите с меня эти оковы! Прошу! – всхлипнул он.

– То есть, мадам, вы выставили лоток с креветочными хвостами для рыбака Адама, а Бык случайно их забрал, и у него открылась аллергия на этот, хм… продукт? Верно? – резюмировал Бергамот, глядя на Дуню.

– Верно то верно, но кто заплатит за креветочные хвосты и за заказы посетителей, которые выбежали из хотдожной, испугавшись Быка? – Дуня, которая, казалось, немного успокоилась, снова повысила голос.

В полицейском участке повисла тишина. Бык не просил снять с него наручники и почесать глаза. Бергамот заканчивал записывать показания хозяйки хотдожной, Сэм ухмылялся и клацал когтем по столу, а Дуня ждала ответа.

– Котёнок всё оплатит, мэм, – вдруг нарушил тишину Сэм.

– Н-н-но, сэр! – Бергамот от такого предложения подпрыгнул.

– Да-да. Ты это всё заварил, ты и плати ей! Я устал от этой суматохи, и хочу хотя бы вечер провести в ти-ши-не! – заявил Сэм.

Бергамот вздохнул и достал бумажник. Он оплатил столько, сколько сказала Дуня, затем снял наручники с Быка, и тот наконец самостоятельно почесал свои глаза.

– Вам нужно выпить что-то от аллергии. Погодите-ка, я поищу в аптечке. – Бергамот порылся в несессере, который был одновременно косметичкой, аптечкой и складом для всяких нужных вещей и протянул Быку лекарство.

– А деньги за стекло? – Бык проглотил таблетку, забыв поблагодарить детектива.

Бергамот вздохнул, снова достал бумажник и отдал Быку сумму, на которую они договаривались заранее.

– Представление окончено! Всем покинуть полицейский участок! – рявкнул Сэм. Бергамот вышел следом за Быком и Дуней, которые пошипев друг на друга напоследок, разошлись в разные стороны.

На сегодня Бергамот завязал с потенциальными преступлениями. Мы не можем заглянуть в самые потаённые уголки души детектива, но подозреваем, что если бы он сейчас стал свидетелем настоящего преступления, например увидел бы, как воришка достаёт у почтенной дамы кошелёк из сумочки, то прошёл бы мимо. Вот как его вымотал сегодняшний день. Понурый, детектив перешагнул порог гостевого дома мадам Бланки.

Бергамот поднялся в свой номер и устало завалился на кровать. Он собирался проанализировать сегодняшний день, но усталость взяла своё, и кот моментально уснул.