Серебряным блеском туман

К полудню ещё не развеян,

К полудню от солнечных ран

Стал даже желтее туман,

Стал даже желтей и мертвей он,

А полдень горит так суров,

Что мне в этот час неприятны

Лиловых и алых шаров

Меж клочьями мёртвых паров

В глаза замелькавшие пятна.

И что ей тут надо сказать,

Безумной и радостной своре,

Всё солнце ловить и искать?

И солнцу с чего ж их ласкать,

Воздушных на мёртвом просторе!

Подумать, что помпа бюро,

Огней и парчи серебро,

Должна потускнеть в фимиаме:

Пришли Арлекин и Пьеро,

О, белая помпа бюро!

И стали у гроба с свечами!

Шарики, шарики!

Шарики детские!

Деньги отецкие!

Покупайте, сударики, шарики!

Эй, лисья шуба, коли есть лишни,

Не пожалей пятишни:

Запущу под самое небо —

Два часа потом глазей, да в оба!

Хорошо ведь, говорят, на воле.

Чирикнуть, ваше степенство, что ли?

Прикажите для общего восторгу,

Три семьдесят пять – без торгу!

Ужели же менее

За освободительное движение?

Что? Пасуешь?..

Эй, тётка! Который торгуешь?

Мал?

Извините, какого поймал…

Бывает —

Другой и вырастает,

А наш Тит

Так себя понимает,

Что брюха не растит,

А всё по верхам глядит

От больших от дум!..

Ты который торгуешь?

Да не мни, не кум,

Наблудишь – не надуешь…

Шарики детски,

Красны, лиловы,

Очень дешёвы!

Шарики детски!

Эй, воротник, говоришь по-немецки?

Так бери десять штук по парам,

Остальные даром…

Жалко, ты по-немецки слабенек,

А не то – уговор лучше денег!

Пожалте, старичок!

Как вы – чок в чок —

Вот этот пузатенький,

Желтоватенький

И на сердце с Катенькой…

Цена не цена —

Всего пятак,

Да разве ещё четвертак,

А прибавишь гривенник для барства —

Бери с гербом государства!

Шарики детски, шарики!

Вам, сударики, шарики,

А нам бы, сударики, на шкалики!..

Слава богу, снова тень!

Для чего-то спозаранья

Надо мною целый день

Длится это умиранье,

Целый сумеречный день!

Между старых жёлтых стен,

Доживая горький плен,

Содрогается опалый

Шар на нитке тёмно-алый,

Между старых жёлтых стен!

И, бессильный, точно тень,

В этот сумеречный день

Всё ещё он тянет нитку

И никак не кончит пытку

В этот сумеречный день…

Хоть бы ночь скорее, ночь!

Самому бы изнемочь,

Да забыться примирённым,

И уйти бы одурённым

В одуряющую ночь!

Только б тот над головой,

Тёмно-алый, чуть живой,

Подождал, пока над ложем

Быть таким со мною схожим…

Этот тёмный, чуть живой,

Там, над самой головой…