Узнав о помолвке князя Лопухова и графини Шуваловой одной из первых в Петербурге, Анна Анатольевна Рождественская сразу поняла, что новость произведет настоящий фурор в столичном обществе.

«Девушке крупно повезло, если за такой короткий срок ей удалось заполучить князя Лопухова. – Рождественская делилась своими соображениями с близкой подругой графиней Остроумовой. – Она хороша, ничего не скажешь. Вероятно, князь и в самом деле влюблен, иначе он бы не решился на такой опрометчивый шаг: Шуваловы разорены. Однако, полагаю, теперь все изменится».

Будучи женщиной светской, Рождественская хотела быть в курсе происходящего, поэтому старалась узнать подробности из первых уст.

– И когда же состоится ваша свадьба, ma chére?

Анна Анатольевна не скрывала своей заинтересованности в предмете разговора. Она действовала прямолинейно. Наденька нахмурилась, чувствуя себя совсем чужой в этой роскошной, богато обставленной гостиной.

– Антон Ильич решил, что свадьба должна состояться как можно быстрее, однако необходимо соблюсти все формальности. – Наденька пыталась вести себя как можно более безмятежно, однако голос выдавал напряжение.

– Антон Ильич?! – Анна Анатольевна удивленно пожала плечами. – А что вы сами думаете? Нет, моя милая, никогда не позволяйте мужчине верховодить, тем более в таких тонких вопросах!

Генеральша с осуждением посмотрела на свою собеседницу. Наденька залилась краской смущения, ей было досадно.

– Мне это не столь важно, – отвечала она в замешательстве, оправдываясь. – Тем более главное – не венчание…

– Главное – это отношения между будущими супругами, любовь, как говорит мой муж, не так ли? – Анна Анатольевна пристально посмотрела на свою гостью. – Les mariages se font dans les cieux[17], – добавила она с иронией.

– Разумеется, – отвечала Наденька, пытаясь не выдать своего раздражения.

– До сих пор князь Антон Ильич Лопухов был окружен аурой таинственности, – продолжала Рождественская, по-прежнему объятая любопытством. – Мы почти ничего не знаем о нем. Это несправедливо – держать нас всех в неведении! – Она подсела ближе к Наденьке, доверительно обняв ее за плечи. – Расскажите…

Наденька тяжело вздохнула.

Антон Ильич почти не говорил о своей жизни. Они вообще мало говорили. В течение всего времени их знакомства он перемолвился с нею несколькими незначительными фразами. Графиня очень сомневалась, что она вообще вызывает в нем симпатию. Поэтому была крайне удивлена, когда он попросил ее выйти за него замуж. Она не могла понять его. Он казался ей странным и далеким от тех людей, с которыми она была знакома. Он был настолько чужд всему, что интересовало ее, что она с трудом представляла их будущую жизнь. Когда Антон Ильич целовал ей руки, его прикосновения не были неприятны ей, но при этом Наденька чувствовала холод и непонятное смущение.

Анна Анатольевна сочувственно посмотрела на графиню.

– Ах, как я вас понимаю, – с участием проговорила она.

– Мы мало знаем друг друга, – отвечала Nadine, испытывая досаду. – Месяц – слишком короткий срок.

– Да, – согласилась генеральша, хотя ее взгляд говорил обратное. – Тем более при таком образе жизни, какой ведет Антон Ильич. Знаю, что он все время в разъездах и так мало времени уделяет обществу. Как же это скучно, ma chére! И, как я вижу, он не изменил своим странным привычкам даже после обручения. Ах, как это некрасиво с его стороны. Бедная Nadine! Вы так не похожи с ним. Если бы ваши чувства не были столь сильны, я бы, право, посоветовала вам расстаться.

Наденька вышла на улицу и, торопливо накинув на голову капюшон, села в экипаж. Слова Рождественской о браке снова и снова всплывали в памяти. Что связывало ее и князя? Наденька испытывала противоречивые чувства. Она не была влюблена, но чувствовала глубокое уважение и даже благоговела перед ним. Никогда еще она не встречала таких людей. Она не понимала его воззрений и привязанностей, но знала, что князь – человек необыкновенного таланта и ума.

С одной стороны, ей даже льстило, что такой мужчина, как князь Лопухов, выбрал именно ее. Но с другой – она боялась его любви, так как не понимала ее. Его чувства ни в чем не проявлялись, кроме нежно-покровительственных взглядов и отеческой, как ей казалось, улыбки. Наденька иногда принималась думать, что она не достойна будущего мужа. Ведь он знает о том, что она выходит за него замуж не по любви, а только лишь из-за денег. Он не может не знать. И как такой человек мог предложить ей свое имя? Да, она красива, но не более…

Наденька печально вздохнула. Она знала, что будет сильно жалеть о своем решении. Может быть, она сможет полюбить его. Он умен и так нежен с ней… Но их чувства так далеки от тех, которые она мечтала испытать. И все же она надеялась, что после свадьбы все переменится. Теперь она должна была чувствовать себя счастливой: у нее есть человек, который любит ее, с которым она чувствует себя как за каменной стеной. А любовь… Любовь придет.

Ведь такого человека, как князь, не полюбить нельзя. Наденька пыталась убедить себя в том, что она уже любит Лопухова, но не могла. Воронихин все еще занимал ее сердце. Когда он был вдали от нее, она могла хладнокровно рассуждать о своих прежних чувствах, но стоило ему приблизиться к ней, как она просто теряла голову. Подчас ей хотелось все бросить, забыться хотя бы на секунду и снова вернуть те времена, когда она могла не думать ни о чем, кроме своей любви.

Наденьке вдруг стало невыносимо грустно. Слезы наворачивались на глаза, а в горле стоял комок. Иногда она жалела, что вообще согласилась на все это и приехала в столицу. Даже в тех редких случаях, когда Антон Ильич посещал Шуваловых, она говорила себе: «А ведь ты не любишь его. Ты лжешь, ты так просто и лицемерно обманываешь достойного человека!» В такие моменты Наденьке казалось, что она играет роль в какой-то бездарной пьесе.

На улице стемнело, когда экипаж привез ее к дому Шуваловых. Наденька удивилась, застав брата, так как знала его привычку поздно возвращаться. Николай Федорович сидел в кресле около камина, заложив ногу за ногу. Увидев сестру, Шувалов потянулся к столику, на котором стоял бокал.

– Nadine! – приветствовал он сестру широким жестом. – Уже наносите светские визиты? Да, конечно, теперь вы не графиня Шувалова, вы – будущая жена князя Лопухова. А это совсем другое.

– О чем вы? – Слова брата задели ее за живое.

– Мы давно не говорили с вами по душам, – продолжал он, поднимаясь с кресла. – Я заметил, что вы с некоторых пор избегаете меня.

Наденька молчала, сложив руки на груди.

– Ваша свадьба с князем Лопуховым состоится уже совсем скоро, – продолжал Николай, не обращая внимания на раздраженный вид сестры. – Мне стоит отдать должное вашему уму и обаянию. Честно говоря, я не ожидал, что все произойдет так быстро. – Он сделал внушительную паузу, считая, что сестра непременно должна была что-то ответить ему, но Наденька продолжала молчать.

– Конечно, этот ваш будущий муж болван, каких свет не видывал, – едко усмехнулся Николай Федорович. – Но он богат, и только лишь это уже делает его привлекательным. Хотя я всегда считал, что вы девушка с принципами. А теперь вижу, что мы с вами во многом похожи.

– Это все, что вы хотели сказать мне? – усмирив свой гнев, холодно спросила Наденька.

– Надя, подумайте, просто подумайте еще раз… – В его затуманенном взоре промелькнуло отчаяние. Он снова наполнил бокал и залпом осушил его.

Наденька еще раз с презрением посмотрела на брата и тихо вышла.

Несмотря на то что Николай наговорил ей, она все же чувствовала некоторую жалость к нему и подумала, что ее брат, должно быть, очень несчастный человек. Она вспомнила сцену с письмом, его слова о жене, о сыне, которого он потерял.

Наденька часто получала приглашения на приемы, но очень редко принимала их. Теперь графиня выезжала только в сопровождении Антона Ильича. Она больше уже не веселилась так, как в первый раз, всегда спрашивала мнения князя, стараясь понять и разделить его образ жизни. Лопухов говорил о приземленных, как ей казалось, вещах. Он был человеком практического склада ума и не понимал интересов Наденьки, так же как она не понимала его интересов. Но они старались обходить стороной темы, которые могли вызывать у них разногласия. Вспыльчивость и горячность Наденьки противостояли холодности и отчужденности Антона Ильича. Для себя она объясняла это разницей в возрасте (он был старше ее на пятнадцать лет), но она была уверена, что со временем границы между ними сотрутся. Холодность Антона Ильича разжигала в ней интерес и любопытство. Она испытывала к нему влечение, которое, как она надеялась, в будущем должно было перерасти в нечто более серьезное. Наденька гордилась будущим мужем. В такие минуты она забывала о существовании Воронихина.