Я вошел в зал одним из самых последних, но это не помешало мне быстро найти Софию и ее компанию. Они уже заняли небольшой стол с краю от всего банкета и о чем-то шептались.

Валери, словно фея-крестная, сидела в розовом платье, вся украшена блестками и стразами, совсем не свойственными ей, но она поистине сияла. И блеск был в ее глазах, причина которого крылась в ненавистном мне мужчине рядом с ней, с которым несколько часов назад у меня случился серьезный разговор. Этот придурок еще запер меня у Валери дома! Сказал, что не собирался упрощать мне жизнь, несмотря на все…

София сидела спиной ко мне, она изменила прическу, но я узнал ее по татуировке на оголенной спине.

Перо, пишущее ее судьбу. Странно, что она не догадывалась, что ее бабушка напророчила наше будущее еще до нашего знакомства.

А может, догадывалась, но не хотела это признавать?

«Перо в руках, судьба» – эти слова, по рассказам Софии, были последними, что говорила Мария перед смертью. А ведь я писатель и в моих руках условное перо, а в сердце любовь. К ней.

Все дороги вели к Софии. Это ли не судьба?

В первые минуты, как я увидел ее за столом, мне безумно захотелось прикоснуться к ней, провести пальцами по нежной коже, поцеловать каждый миллиметр ее тела и вдохнуть кофейный аромат, пропитавший всю ее целиком. Но она по-прежнему держала со мной дистанцию и на каждое мое приближение только отстранялась.

В итоге я пригласил ее на вальс.

Честно признаться – сто лет не танцевал и рисковал опозориться, но плевать, если ее рука будет вложена в мою, если я буду касаться ее талии, а ее ладошка вцепится в мое плечо. Если ее взгляд будет устремлен только на меня, если между нами не останется свободного пространства и мы сольемся в танце, забыв об окружающем мире.

Она неохотно пошла со мной, но радовало, что не стала спорить. Это бал, и каждый гость обязан был станцевать хотя бы один танец, а София пришла без партнера. В таком платье к ней выстроилась бы толпа свободных богачей, не думал, что позволил бы ей танцевать с кем-то у меня на глазах…

Мы шагали по каменному полу, краем глаза я видел разрез на платье Софии, когда она делала шаг правой ногой, и если бы только можно было завести ее в угол и прижать к стене, закинуть ее ногу мне на талию и хорошенько напомнить, как нам хорошо вместе…

Черт!

– Что? – спросила София, когда я думал, что сказал это не вслух. Я вопросительно на нее посмотрел и подождал, что еще она мне скажет. – Ты что-то пробурчал.

– Просто твое платье не оставляет простора для фантазии.

Мы встали друг напротив друга и взялись за руки. Следующие несколько минут будет простое кружение без смены мест с другими парами, ничего сложного.

София впилась в меня взглядом и, прищуриваясь, все же ответила:

– Старалась для тебя.

– Ты не знала, что я приду, – заверил я.

Мой приход был для нее неожиданностью, да и Валери по-прежнему держала мое пребывание в ее квартире и наше с ней общение в тайне.

– А ты знал, что я буду тут, – произнесла она, но я и не пытался это скрыть.

– Знал.

– И не сказал вчера, а позвал гулять.

И честно надеялся, что она откажется от этого мероприятия в пользу моей компании, но, видимо, была причина, почему она так рвалась сюда. Они с Валери хорошо подготовились, чтобы слиться со всеми этими людьми.

– Я здесь ради тебя, София. Выслушай меня.

– Все вокруг кричат мне выслушать тебя, а я не хочу, Джейсон. – От наших движений уже начала кружиться голова, когда мы перешли на новый этап танца и теперь двигались по всему залу. – Последний месяц был похож на погружение в самое глубокое озеро мира! Я была на дне и только начала всплывать, как ты потянул меня назад, вернувшись обратно.

– Может, я тяну тебя не назад, а наоборот, пытаюсь вытащить? – Мы активно и синхронно шагали по залу, продолжая разговор. – Когда тонешь, сложно разобрать, где дно, а где заветный воздух, волшебница. Ты просто запуталась.

– Ты когда-нибудь тонул, как я сейчас?

Мои слова только злили ее, она напряглась под моими руками и ждала ответа.

– Да, – наконец признался я. – Меня утянула на дно Джуна.

Я увидел интерес в ее глазах, но она не спросила подробностей, а я не желал рассказывать ей все сам. Пусть спросит прямо все, что ее интересовало, или даст мне возможность рассказать ей всю правду, но в другой обстановке.

Мы продолжили держать ритм и закружились по залу в танце. Ее рука расслабилась, и в итоге я почувствовал легкое удовлетворение от этого вечера. Но пока мы тут танцевали, Валери и Кристоф незаметно скрылись в тени, посылая Софии многозначительные взгляды. Она кивнула им в ответ, и у меня не осталось сомнений, что сейчас она применила свои способности.

– Вы что-то ищете? – поинтересовался я.

– Что? – Она резко повернула голову на меня, в глазах читались страх и еще какие-то эмоции, которых я не мог разобрать.

Я цокнул и улыбнулся ей.

– Претендуешь на место Софьи Блювштейн?[16] Учти, тебе до нее еще далеко.

– Ни на кого я не претендую. Тебе показалось.

– Так что ищете? Бессмысленно уходить от ответа, я вас троих хорошо изучил.

– Ты писатель романов, а не детективов. Видишь то, чего на самом деле нет. – София ушла от ответа и начала юлить, но мне это даже нравилось. – Обвинения вас не красят, мистер Бейкер.

– Прошу прощения, мисс Ворличек. Но вы сами даете повод, а я просто очень наблюдателен. – Последнее слово я произнес медленно, как можно ближе наклоняясь к ее уху.

– Вы параноик.

Я ускорил темп и заставил Софию подчиниться мне. Вел ее в завершающий этап вальса, моя рука, покоящаяся чуть ниже ее лопатки, прижала Софию к моему телу и сохранила от столкновений с другими неопытными парами. По сравнению с ними мы смотрелись весьма профессионально.

София попыталась вырвать руку из моей хватки, хотела выйти из танца, но я не отпускал.

– Посмотри на меня.

Она не противилась и выполнила мое требование, я вел ее спиной по залу и резко остановился, когда звук скрипки и рояля замолк. Она тяжело дышала, но не прерывала зрительный контакт.

Я попытался ей безмолвно сказать, что она лучшее, что было в моей жизни, а Джуна – пройденный этап. Я решил все проблемы в Лондоне и теперь принадлежал только ей, но на ее лице не было никакой реакции. Она не слышала меня, потому что на чужое женское имя она всегда морщилась, а между бровей появлялись складочки. И сейчас ничего.

– Не понимаю. – Я в полном замешательстве.

– Мне нужно идти, Джейсон. Спасибо за танец. – Она выкрутила руку из моей хватки и спешно ушла, пока я обдумывал в мыслях свои теории и догадки.

Может ли быть такое, что мои мысли для нее недоступны?

Я достал из кармана телефон и напечатал сообщение Валери:

Что вы ищете?

Она почти сразу начала печатать ответ, в углу экрана всплыли и потухли три прыгающие точки. Я следил за ними почти минуту, когда все же получил ответ:

Нам нужна книга. Она представлена как особое достояние нашего города.

Сейчас узнавать, зачем она им, бессмысленно. Я обвел зал взглядом и нашел мэра, заигрывающего с какой-то дамой в красном.

Самое время представиться и познакомиться лично. В конце концов, это с ним Седрик обсуждал мой переезд и покровительство.

Яромир Плашил был мэром Ческий-Крумлова последние три года. За небольшую плату Седрик получил у него полное добро на мой переезд и помощь в оформлении документов на получение гражданства. Мог предположить, что он тот еще коррупционер. Даже в таком маленьком городе творятся большие дела.

Я приблизился к нему, и когда он меня заметил – расплылся в широкой улыбке.

Узнал.

– Джейсон Бейкер! – На нас обернулось несколько человек от гулкого голоса мэра, а дама в красном отошла на несколько шагов в сторону и взяла бокал шампанского. – Не думал, что вы уже в городе, ждали вас позже. – Он протянул мне руку, и пришлось пожать его липкую ладонь.

– Прекрасный вечер, господин Плашил. – Такие люди любят похвалу и лесть, так почему бы не выдать этого сполна. – Рад стать частью вашего общества. Бал великолепен.

– Да. – Он ехидно посмеялся и вновь привлек к нам внимание. – Английский писатель, да в наших краях… Удивили, Джейсон, удивили! Но, глядишь, за вами и туристы потянутся, поклонницы! – Он вскинул указательный палец и погрозил им в воздухе.

Я поддержал его настроение и тоже посмеялся.

– Поговаривают, у вас тут где-то исторически значимая книга представлена. – Пустые разговоры начали меня раздражать, и я перешел к делу, начиная придумывать на ходу убедительный предлог. – Собираюсь писать новую книгу, и такой источник пригодился бы мне для работы. Не поможете?

Он подозвал к себе даму в красном и торжественно представил меня ей. От моего взгляда не ускользнуло то, как он похлопал ее по заднице, и девушке это не очень-то понравилось, но его статус в городе и размер кошелька брали свое.

– Вам нужно поговорить с Агатой, – сказала она. – Это заведующая архивами.

– Пойди и поговори, – отослал он девушку решать этот вопрос во время праздника, а сам передал мне кружку пива и предложил попробовать их «самый правильно приготовленный напиток, которого нигде в мире не готовят, так вкусно, как здесь».

Прошло минут десять, когда дама в красном вернулась вместе с женщиной в скромном наряде. У той в руках было несколько бумаг и серая папка. Она недовольно осмотрела меня, но побоялась при Яромире высказать все, что думала.

– Поставьте подпись здесь и здесь.

Я просмотрел бумаги и расписался в заявлении о передаче в мои руки единственного в мире издания славянских легенд. Если я его потеряю или испорчу – мне не поздоровится.

Мэр настоял, чтобы я прямо сейчас получил книгу, меня провели в специальное помещение на нулевом этаже библиотеки в левом крыле здания. Заведующая продолжила молчать и тихо беситься. Ей было не по душе, что такую ценность передавали из рук в руки, но власти тут делали, что хотели.

Я уже догадывался, для чего эта книга понадобилась Софии, но без меня ей бы ее не выдали. Агата ворчала, что в последнее время архивы и конкретно это издание пользовались большим спросом. Она упомянула, что недавно молодая пара оккупировала отдел истории города и интересовались тем, что должно принадлежать музеям.

Кроме Софии, это вряд ли понадобилось бы кому-то еще.

Я получил в руки упакованное издание под названием «Славянский оберег» и почувствовал в своих руках тяжесть. Вес у книги был небольшой, но я понимал, что тысячелетия назад кто-то вручную писал ее и пытался сохранить историю. В моих руках настоящая тяжесть вековых знаний.

Я написал Валери, что получил то, что им нужно, и мы договорились встретиться возле дальних колонн, где скопилось меньше всего гостей. Когда я поднялся в зал, они втроем уже стояли и заметно нервничали, София теребила локоны, а Кристоф встретился со мной взглядом и с уважением кивнул.

Была ли это ревность в моем презрении и ненависти к нему с первого дня встречи? Возможно. Хотел ли я теперь завести с ним дружбу? Однозначно нет.

София обернулась, и я показал ей свою добычу.

– Мне кажется, это то, что ты ищешь.

Я скинул защитную бумагу и показал ей обложку, она распахнула глаза и посмотрела по сторонам.

– Ты украл?

Я посмеялся и только собирался ответить, как вмешалась Валери:

– Конечно, украл, Софи! Кто в здравом уме выдаст единственный экземпляр книги писателю из другой страны?!

– Тогда уходим! – София развернула меня к выходу и с силой подтолкнула идти в том направлении. – Живо, Джейсон!

Они все окружили меня, озираясь по сторонам, и как воры-дилетанты вывели из здания.

Я искренне наслаждался этим представлением и не хотел их расстраивать, что забрал книгу законным путем.

Девушки надели пальто уже на улице и со всех ног побежали на каблуках как можно дальше от библиотеки. София крепко держала меня за руку и тащила от предполагаемого ею места преступления. Валери позади нас хохотала от каких-то слов Кристофа, и чуть погодя мы остановились, тяжело дыша и выпуская изо рта облачка пара.

София бросилась мне на шею, и я подхватил ее свободной рукой, отрывая от земли. Я начал ее кружить, и она наконец-то засмеялась для меня тем самым сладким звуком, который завоевал мое сердце раньше, чем разум понял, что происходит. Тот самый смех, что снился мне с первого дня нашей встречи. Тот самый смех, что вдохновлял меня на написание романа. Тот самый смех, что вернул меня к жизни после трех лет существования в бесцветном мире грез и печали.

Я поставил ее на землю и сразу поймал ее губы в долгожданном поцелуе, она, не раздумывая ни секунды, ответила мне, и наши языки сплелись в горячем танце. Поцелуй не был похож на тот вальс, что мы танцевали на балу. Это было сравнимо со страстной сальсой или румбой, София застонала от удовольствия, и я понял, что не я один скучал по нам.

Она отстранилась и с пылким взглядом и раскрасневшимися щеками посмотрела мне прямо в душу.

– Мне очень нужна эта книга, Джейсон.

– Тогда меняю ее на свидание и разговор.

Она пробила брешь в моей обороне, а потом просто взорвала стену, которую я возносил годами между собой и внешним миром. Теперь моя очередь сделать то же самое, и если для этого нужно было использовать манипуляции и хитрости… Я не упущу этот шанс.