– На кой хрен ты отводишь руки назад, если знаешь, что не успеешь вывести их в стрелочку? – Лоренто оттягивает кусок жгута и прицеливается ровно по заднице Хосе, который пытается сдержать смех и рефлекторно прикрывает голову. – Еще раз для всех: делаем взмах руками перед собой и сразу выводим их за голову. Не надо мне тут изображать орлов, истуканы чертовы!
На сегодняшней тренировке мы отрабатываем прыжки в воду, и пока получается так себе. Лоренто не нравится, что половина парней при толчке от тумбы пытаются вывести руки через стороны и завести их за головы, погружаясь в воду. Такая техника дает небольшое преимущество, потому что позволяет прыгнуть чуть дальше, но парни не всегда успевают сделать грамотную стрелочку: из-за этого просто плюхаются, теряя драгоценные секунды.
Тренер уже весь извелся на объяснения, используя Еву как манекена для своих махинаций, но некоторым просто тяжело отказаться от своих привычек. Я же один раз получил ластами по руке, поэтому больше так не делаю.
– Ты падаешь в воду, как мешок с дерьмом, Наваро. Не позорься, ради бога! – кричит тренер Рэйвену, который прыгнул настолько плохо, что у него слетели очки. – А вы что стоите, принцессы? Плывем с ускорением: пятнадцать секунд работаем в обычном среднем темпе, по свистку – на всю мощность без дыхания. Около бортиков все заходим на кувырок, и только попробуйте скосить. Убью, на хрен, каждого. Интервал пятнадцать метров, обгонять разрешаю. Поехали!
Я, как обычно, начинаю быстро облизывать очки изнутри, становясь в конец очереди на старт, и замечаю взгляд Евы, прикованный к моему рту. Мы в отношениях уже чуть больше двух недель, и я полный придурок: нужно было предложить Еве стать моей девушкой гораздо раньше, буквально при первой встрече. Мне комфортно, весело, а еще меня кормят. Что еще нужно для счастья? А, точно, нужен секс.
Пока что дальше поцелуев и целомудренного петтинга в одежде у нас не заходило. Под целомудренным петтингом я имею в виду тот случай, когда Ева оседлала меня, а я лапал ее аппетитную задницу через пижамные штаны. Конечно, они были достаточно тонкими, чтобы прочувствовать все. И она практически сидела на моем члене, но все равно дальше этого шага мы не зашли.
Я безумно хочу Еву во всех позах и на всех локациях, но не собираюсь давить на нее или принуждать к действиям. Я уже понял, что моя девушка – до сих пор не могу привыкнуть к этому – достаточно стеснительна и зажата. Мы движемся в своем темпе, поэтому я не давлю на газ. Знаете, работа руками тоже вполне себе приятное удовольствие. Да, парни называют меня хреновым дрочером, но Ева уже пригрозила, что подсыплет им слабительного в протеиновые коктейли, если они не закончат свои издевательства.
И вот сейчас я вижу, как она зачарованно наблюдает за моим языком. Я замечаю, что ее грудь поднимается и опадает в более глубоком темпе, а щечки окрашиваются в очаровательный розоватый цвет.
– Детка, не обязательно вот так пялиться на мой рот. Ты можешь просто попросить, и я покажу тебе, что реально может сделать этот язык, – говорю я и немного обрызгиваю Еву водой. – Остынь, иначе рискуешь кончить от одного моего вида.
– Утопись, детка. – Она фыркает и гордо идет к стене, у которой стоит Лоренто с секундомером и пронзительно свистит каждые пятнадцать секунд. Я начинаю смеяться в голос от острого язычка своей девушки, за что тренер стягивает тапку с ноги и целится ей в меня.
– Я убью тебя, Ньето!
– И я вас люблю, сеньор Лоренто, – говорю я и тут же прыгаю в воду, специально больно ударяя ногами о ее поверхность, чтобы окатить Еву.
Мой парень – до сих пор не могу привыкнуть к этому – просто идиот. Нет, он мне, конечно, очень нравится, и с ним хорошо, но он все равно идиот. Именно благодаря ему сейчас я стою в пустой мужской раздевалке в одном лифчике и сушу дерьмовым феном футболку. На джинсах красуются мокрые пятна, которые я даже не буду пробовать сушить, потому что это бессмысленно.
Кстати, мои трусики тоже намокли. И в этом также виноват Элиан, но уже немного по другой причине. Его чертовы пошлые комментарии, сказанные при всех, заставили меня смутиться и возбудиться в равной степени. И почему-то этот факт меня так бесит, что я стою и агрессивно пыхчу, пытаясь не сжечь это недоразумение под названием «общий фен».
В момент меня накрывает такой азарт, смешанный с добрым гневом и чистым ребячеством, что я решаю немного поиграть с нервишками Элиана. А еще заставить его тоже чувствовать себя неловко и некомфортно, хотя я не знаю, возможно ли такое вообще. Я натягиваю на себя футболку и осторожно, почти бесшумно, двигаюсь в сторону стройного ряда серых шкафчиков, в которых парни хранят свои вещи во время тренировки. Я крадусь к самым последним четырем, подозревая, что именно их заняли Элиан с ребятами, и оказываюсь права.
Они стоят практически около двери в душевую, которую сейчас я закрыла, потому что именно оттуда парни в любой момент могут зайти в раздевалку и поймать меня с поличным. Я открываю первую дверцу – на них нет ни замков, ни каких-либо защитных механизмов, потому что этой раздевалкой пользуются только пловцы, – и тут же промахиваюсь. По белому скомканному свитеру с тонкими прилипшими розовыми волосинками я понимаю, что это вещи Рэя. Да, у Ноан теперь розовые волосы. Да, моя подруга спит с Рэйвеном, хотя делает вид, что это неправда и они просто общаются. Ну-ну, цветная задница, поговорим об этом дома.
Следующий шкафчик оказывается нужным, и я подмечаю, что одежда Элиана сложена аккуратно, а спортивная сумка повешена на специальный крючок. Я беру всю его одежду и уже хочу закрыть шкаф, как мое внимание привлекает телефон Элиана, который не перестает мигать от сообщений. Конечно, мне хочется знать, кто пишет моему парню, но все же я аккуратно закрываю шкафчик и быстрым шагом выхожу из раздевалки.
Я доверяю Элиану целиком и полностью. Он ни разу не дал мне повод для сомнений насчет своей верности. Даже если бы моя чертова тревожность посылала мне сигналы о беде или обмане, я бы все равно никогда не залезла в его телефон. Это четкая граница, и я просто физически не могу ее переступить.
Я стою около раздевалки вместе со своими вещами и пытаюсь сдержать смех. Парни уже собираются, я слышу отвратительное пение из их душевой, а еще звуки ударов, смеха и стонов – неожиданно, но, видимо, так проявляется мужская крепкая дружба. Вещи Элиана заботливо теплятся в моей сумке, и, черт возьми, я уже испытываю восторг из-за того, что будет дальше.
До меня доносится крик, состоящий из закрученных матерных слов, о существовании которых я даже подумать не могла, а потом наступает тишина. Я встаю ровно, как по струнке, около стены и жду. Сердце отбивает рваный ритм, а во рту резко пересыхает, как будто я сотворила не глупую шутку, а целое преступление.
– Ай, придурок, да не брал я твои трусы! – Кажется, это бьют Кайдена, который выкрикивает слова о помощи все ближе к двери. – Да клянусь, что это не я!
Резко открывается дверь, из которой выходят ребята, переговариваясь между собой. На меня смотрят с полуулыбкой, и я прислоняю палец к губам, приказывая им молчать. Они понимающе кивают и спокойно двигаются к выходу, отбивая мне «пять».
Следом из раздевалки выбегают Рэйвен, Санти и Кайден, которые прикрывают лица сумками и рюкзаками, попутно стараясь отбиваться ногами от полотенца Элиана. Мой парень размахивает им, подобно нунчакам, прикрывая член рукой. Иногда он даже попадает по парням, из-за чего на весь пустой коридор разносится глухой звук мягкого удара.
– Хотя бы штаны отдайте, нелюди. Мне холодно, и я похож на пещерного человека, – говорит Элиан, сгибаясь пополам.
– Да не воровали мы твои вещи, идиот. Это уже делал Санти в прошлом году, а мы два раза не повторяемся. И вообще, недогадливый малыш, прикройся полотенцем, которым ты нас бьешь! – кричит Кай и наконец замечает меня. Я же изображаю саму невинность, стоя столбом около стены. – Чувак, кажется, я нашел виновника торжества.
– Да? И кто же… – Элиан видит меня, и на его лице расцветает такая злая улыбка, что я ощущаю огромное желание к побегу. – Иди сюда, дорогая. – Я медленно двигаюсь спиной назад, не выпуская его из поля зрения. – Милая, переключи передачу, потому что ты идешь не в том направлении.
И я изо всех сил начинаю бежать вперед по коридору, слыша свист парней. На другом конце меня ждет только стена, поэтому я поворачиваю и резко дергаю дверь в какой-то кабинет, забегая туда. Твою мать, это тренерская, которая, слава всем богам, пустая.
Я хватаюсь за ручку двери, упираясь ногой в стену, и чувствую, как Элиан тянет ее на себя. К сожалению, он весит больше меня примерно в три раза, поэтому моя оборона падает за считаные секунды, и я оказываюсь в его объятиях.
Мы смотрим друг на друга несколько секунд. Наши груди опадают в едином темпе после небольшого забега и переизбытка эмоций. В его дымчатом омуте плещется столько чувств, что я замечаю, как зрачки начинают вытеснять серые радужки. Может быть, это играет моя фантазия, которая пытается не учитывать то, что Элиан стоит передо мной, прикрытый лишь полотенцем, которое легко завязано на его бедрах.
Мой взгляд медленно опускается между нами, и я вижу две соблазнительные линии, которые уходят под полотенце. А еще замечаю его идеальный пресс, украшенный проступающими кубиками. Не отдавая отчет своим действиям, я мягко провожу по его торсу пальцами, невесомо скользя вниз. Я чувствую, как под касаниями его мышцы сокращаются, а дыхание задерживается где-то в районе груди. И тут он захлопывает дверь, одновременно приподнимая мою голову за подбородок.
Я не успеваю даже вздохнуть, как его губы впечатываются в мои в страстном и почти животном поцелуе. Элиан сложен как чертова скала, но держит меня за шею безумно нежно и ласково, слегка поглаживая большим пальцем. Язык Элиана лениво скользит по моей нижней губе, а затем его зубы закусывают ее, немного оттягивая и посасывая. Это вызывает во мне невероятно сильный прилив возбуждения, и потому я еще ближе притягиваю его за волосы к себе, чтобы снова ощутить его язык.
Мы еще никогда не целовались так. Кажется, будто мир рухнет, если наши языки перестанут сражаться друг с другом. А это действительно похоже на борьбу. Его прикосновения такие голодные и дикие, что я сама не замечаю, как испускаю нетерпеливый стон, который утопает в нашем поцелуе.
Элиан подхватывает меня, проходит вглубь кабинета и усаживает прямо на тренерский стол, вставая между моих ног. Его руки опускаются по обе стороны от моих бедер, а лоб соприкасается с моим. Мы просто тяжело дышим, пока я аккуратно поглаживаю его влажные волосы, провожу руками по ярким скулам и соблазнительному контуру слегка припухших губ.
– Нам нужно остановиться. – Его фраза звучит как вопрос, смешанный с мольбой. Только эта самая мольба направленна на мой отрицательный ответ. Я мягко тяну его за волосы и целую шею, бережно обводя языком выступающий кадык, который дергается от приглушенного стона и тяжелого дыхания. – Что ты делаешь со мной…
Его рука опускается на пуговицу моих джинсов, а в глазах появляется немой вопрос. Я отталкиваю его теплую ладонь и сама расправляюсь с застежкой, которая ощущается как чертов кубик Рубика из-за моих дрожащих рук. Я стаскиваю штаны, мысленно благодаря себя за то, что надела парадные темно-синие трусы с ажурным кружевом. А еще не пропустила бритье. Взгляд Элиана задерживается прямо на моих трусиках, и он ловко подцепляет тугую резинку указательным пальцем, оттягивая ее на себя:
– Давай и это снимем, милая. – Его хриплый голос раздается прямо около моего уха, и я, как будто под гипнозом, приподнимаю задницу, помогая ему спустить белье до самых щиколоток. – Черт, Ева.
Я не успеваю даже посмотреть на него, как Элиан приседает передо мной на колени, крепко обхватывая мою задницу, и двигает меня ближе к лицу. Его горячее дыхание обжигает меня, а язык тут же облизывает самый центр, задевая клитор в игривой и очень страстной манере. Черт возьми, стон сам вырывается из груди, и я прикусываю запястье, чтобы не закричать в голос. Вид его головы между моих ног настолько горячий, что я выгибаюсь и прислоняюсь еще ближе к его невероятно умелому рту.
Язык Элиана водит хаотичные круги вверх и вниз, то ускоряясь, то замедляясь, что держит меня на пике удовольствия. Моя рука зарывается в его светло-каштановые влажные волосы, пока он щелкает прямо по пучку нервных окончаний, практически раскладывая меня на атомы. А потом я чувствую, что его палец погружается внутрь меня, но этого все равно чертовски мало.
Я придвигаюсь еще ближе и начинаю аккуратно двигаться, создавая большее трение. Я готова умолять его дать мне больше и не останавливаться никогда в этой чертовой жизни. Его стон посылает дополнительную вибрацию в мой центр, а второй палец входит в меня под новым углом, отчего я вскрикиваю и хнычу.
– Давай, Звездочка, кончи для меня. – Элиан впивается зубами во внутреннюю сторону бедра, немного посасывая кожу, двигая пальцами в убойном ритме и вознося меня на пик удовольствия. Я приоткрываю глаза и снова вижу его – раздетого и такого красивого. А еще вижу его руку с проступившими венами, которая прямо сейчас работает внутри меня.
В голове проносится мысль, что это мой парень, в которого я так яростно влюблена, и именно это заставляет волну внутри подняться угрожающе высоко. Узел в самом центре меня развязывается, и я кончаю с громким стоном, который не способен заглушить никто.
Я дрожу и всхлипываю, а Элиан тут же обнимает меня, впиваясь губами в мой рот. Я настолько ошеломлена, что даже не стараюсь поддерживать этот поцелуй, который не дает моим эмоциям остыть, наоборот, он разжигает их с новой силой. Дыхание все еще учащенное, поэтому Элиан отстраняется и смотрит на меня с таким обожанием и восторгом, что я смущенно прячу лицо в его шею.
Черт возьми. Сейчас случилась наша первая близость. И я не думала о том, как выглядит мой живот. Я не волновалась, растеклись ли мои ноги по столу в таком положении. А еще меня вообще не заботило состояние кожи на заднице. Я совершенно не переживала ни о чем. Я только чувствовала.
Мать вашу, я чувствовала!
И сейчас в его нежных объятиях под восторженным взглядом я ощущаю себя красивой. Главной героиней фильма. Той самой девушкой, которой посвящают песни и с которой срисовывают картины. Я чувствую себя такой легкой и свободной, а все потому, что Элиан разжег во мне небывалый пожар. Я еще никогда не была возбуждена настолько, чтобы забыть обо всем на свете. Я так счастлива, что хочу плакать.
– Спасибо тебе, – шепчу я, аккуратно целуя его в уголок губ и щекоча это место кончиком языка.
– Вообще-то я должен был тебя наказать, а не заставить кончить. Получается, наказал сам себя. – Он слишком красноречиво посмотрел между нами, и только сейчас я почувствовала внушительную выпуклость сквозь его полотенце.
– Прости, я могу…
– Даже не думай договаривать эту фразу, Ева. Сегодня твой триумф, и я готов кончить только от твоего вкуса, который все еще теплится на моих губах. Главное, что тебе было хорошо, моя Звездочка. – Я внимательно смотрю на него, потому что раньше не слышала это прозвище. Он отводит взгляд на долю секунды. Кажется, кто-то проговорился.
– Мне нравится это. Звездочка звучит слишком хорошо. – Я громко чмокаю его в щеку, пытаясь отлепить зад от столешницы.
Элиан помогает мне одеться, потому что ноги слегка подрагивают. И его громкий шлепок по заднице вообще никак не помогает прийти в себя. Как только я натягиваю джинсы, дверь открывается, и на нас ошарашенно глядит Лоренто, держа в руках тетрадь и секундомер.
– Вы какого хрена тут забыли? – Он с головы до ног осматривает полуголого Элиана, потом замечает, как я торопливо застегиваю пуговицу на джинсах, никак не попадая в чертово отверстие для нее.
– Тренер, мы заблудились. Представляете, кто-то разлил воду на полу. Я поскользнулся, упал и покатился на заднице прямо в ваш кабинет, по пути прихватив Еву. И вот так мы оказались тут. Но уже уходим. – Я смотрю на Элиана как на придурка, и Лоренто полностью копирует это. Мой парень тем временем берет меня за руку и тянет к выходу, беря сумку. – До завтра, тренер.
– Как же вы достали меня, идиоты. Утоплю вас всех к чертовой матери и поеду в тюрьму отдыхать от ваших выходок…
Мы не дослушиваем фразу, потому что быстро бежим в раздевалку, едва сдерживая смех.