Мои друзья спорят с Евой, стоит ли заказывать бургер и картошку на первом свидании. Они так горячо и быстро придумывают аргументы, стараются перекричать друг друга, а Кайден даже сопровождает все жестами, что на нас пару раз оборачиваются другие столики.
Мы сидим в уединенных кабинках, но, кажется, все кафе все равно слышит, как Рэй пытается доказать, что ходить на первое свидание в кино – это жалко. И он всегда выбирает кафе или ресторан, потому что за едой человек раскрывается. Ева придвигается на самый край стула, потому что ей тяжело сдерживать эмоции, и пытается доказать Санти, что облизывать пальцы – это самая несексуальная вещь в мире.
– Только чертов девственник будет истекать слюной от вида того, как девушка пьет коктейль из трубочки или облизывает пальцы после соуса от бургера! Ты вообще понимаешь, что так мы слизываем жир и специи?! И только в дешевых фильмах для взрослых женщины засовывают палец полностью в рот. В жизни такого не бывает.
– Я с тобой поспорю, детка. – Кайден хмыкает, ставя бокал с пивом на стол. Мне не нравится то, что он называет Еву деткой, поэтому я слегка пинаю его под столом, на что он не обращает внимания. – Я был в закусочной с одной красоткой, и она буквально проглотила трубочку вместе с пластиковым стаканом, глядя на меня исподлобья. А ее нога в это время…
– Господи, закройся! – Ева кричит это сквозь смех, откидываясь на спинку стула. Я смеюсь вместе с ней, поэтому мы слегка толкаем друг друга в плечи от эмоций. – Это исключение, Кайден. Она просто хотела тебя и не знала, как намекнуть.
– Зачем вообще вы делаете это? Ну, все вот эти подмигивания, сообщения с кучей подтекстов. Можно же подойти и сказать прямо в лицо о своем желании, а еще лучше сразу брать за член и вести за собой в кровать.
– Девушки нежные создания, придурок, с ними так не работает. Прелюдия важна не только в постели, а еще и в жизни. – Рэйвен поправляет светлые волосы, закидывая в рот дольку огурца. – И вообще, если ты хочешь отношений с девушкой, вряд ли сразу же потащишь ее в постель, разве нет?
– О-о-о, наш романтик. – Кайден посылает Рэю воздушные поцелуи и смеется. – Я не говорю про отношения, мы с вами банда вечных холостяков, не забывайте. Если мы имеем в виду одноразовый секс – она хочет этого, я хочу этого, так зачем нам играться в монахов?
– Из-за общества, Кай. – Ева, опустив взгляд, крутит в руках салфетку. – Так сложилось, что для девушки иметь большой сексуальный опыт – стыдно, в то время как парни просто «гуляют». – Она изображает кавычки в воздухе и закатывает глаза. – Я даже не хочу говорить вслух все те слова, которые девушки получают в свой адрес, если спят с разными парнями постоянно. Именно из-за этого так мало женщин могут открыто говорить о том, что хотят с кем-то секса. Ярлыки никому не нужны.
– Все, кто осуждает женщин за их выбор, просто придурки. Она хочет этого – пусть делает. – Рэйвен достает наличку, чтобы расплатиться за всех нас и оставить чаевые.
– Подожди. – Ева кладет ладонь на руку Рэя. – Давай за себя я заплачу или хотя бы оставлю чаевые за нас всех. Вы, ребята, не обязаны платить за меня.
Я тут же приобнимаю Еву за плечи, призывая встать со стула, прихватываю ее сумку и мягко веду к выходу вместе с Санти и Каем. Она старается сопротивляться и вырваться из моих оков, но на самом деле ее жалкие попытки даже не чувствуются.
– Санти, малыш, не знаешь, почему у меня в боку что-то колется? – спрашиваю я, специально игнорируя Еву и ее мат.
– Не знаю, может, ты объелся? А, или пчела. Точно, да, мелкая неугомонная пчела.
– Я желаю вам всего плохого. Надеюсь, рой пчел залетит в ваши задницы и м-м-м… – Я накрываю рот Евы ладонью и тут же чувствую, как она кусает меня за пальцы.
– Прекрати, а то я начну стонать. – Вот черт, кажется, она плюнула мне в руку.
Слегка прохладный воздух и легкий ветер взлохмачивает ее волосы, полностью открывая чистое лицо. Ева немного прищуривается из-за ярких лучей солнца, и я наконец отпускаю ее. Она отходит и тут же пригвождает взглядом к месту.
– Мы тебя пригласили, следовательно, мы и платим. Такие законы, блондиночка. А еще я заметил, что ты ничего не съела и Санти своровал всю твою картошку. Так что прибереги свои гроши на педикюр, которого у тебя я не увидел. Лапы как у гремлина.
– Что ты сказал, говнюк?! – Она чуть ли не лопается от возмущения, что вызывает у меня злорадную ухмылку. – К твоему сведению, я ненавижу, когда мои ноги трогают. А еще я постоянно хожу в закрытой обуви, и мне не нужны красивые ногти на ногах. И вообще, я слежу за гигиеной и… да пошел ты, придурок!
Она пытается вырвать сумку из моих рук, но я начинаю уворачиваться и убегать, что вызывает у нее шипение. Мы начинаем скакать по парковке, обегая машины по кругу. Санти свистит нам и скандирует имя Евы – предатель.
Я ловлю азарт и в моменте чувствую себя баскетболистом, поэтому начинаю перекидывать в руках сумку Евы, как оранжевый мяч. Я немного приседаю, с подскоком бегая из стороны в сторону, что вызывает у Звездочки смех. Обманным маневром она почти прыгает на меня, но я успеваю увернуться и, как пуля, резко бегу в непонятном направлении.
Девчонка, оказывается, не промах, поэтому мне приходится ускориться, крича при этом, как раненый осел. Ева наступает на пятки, ругая меня такими грязными словами, что я был бы не против помыть ее очаровательный рот с мылом.
Я заворачиваю на узкую улочку в старой части Мадрида, и дыхание сбивается от красоты, в которую я так стремительно вбегаю. Закатное оранжевое солнце подсвечивает листья деревьев, создавая желтоватый ореол, который впечатывается в глаза. Жилые дома с балкончиками и яркими старыми окнами, увешанными железными решетками, пролетают мимо меня. Люди медленно прогуливаются по аллее слева, громко смеясь и о чем-то разговаривая.
Кажется, будто я попал в другую вселенную: здесь все двигается в своем собственном ритме, а в воздухе витает какая-то романтика, свойственная только таким громким и сумбурным испанцам. Господи, почему я размышляю, как какой-то сопливый герой из тех книжек с полуголыми мужиками на обложках? Аромат цветов и выпечки, который врезается в нос, видимо, меняет сознание.
Я устаю и решаю, что наш забег пора заканчивать. Остановившись, я резко разворачиваюсь и вытягиваю руку так, чтобы голова Евы врезалась в ладонь. Она успевает затормозить и сразу же упирается в колени, поднимая палец в жесте ожидания. Звездочка тяжело дышит, вытирая пот над верхней губой рукавом.
– Ты просто звереныш, блондиночка. Я думал, что ты отстала еще два квартала назад. – Мы начинаем неторопливо идти вперед, абсолютно не разбирая дороги.
– Минут пять назад я выплюнула свои легкие, так что спасибо, что остановился, поплавок. Я не понимаю, откуда у тебя столько энергии после тренировки? – Черт возьми, эта девчонка назвала меня поплавком?!
– Поел быстрых углеводов, почувствовал счастье, а еще твою жажду крови. Адреналин по венам, ну, в общем, ты поняла. – Мы молчим и двигаемся по улице в неизвестном направлении. – Ну, раз уж мы с тобой идем по домам пешком, а я, как парень, который встал на путь исправления, провожаю тебя, давай поиграем в игру. На заданный вопрос должен быть озвучен ответ. Уходить от темы нельзя.
Я смотрю на Еву, которая шагает рядом и натягивает рукава кофты на ладони. Кажется, что она просто игнорирует меня, но слегка поджатые губы выдают размышление. В душе теплится надежда на то, что Ева согласится и я наконец смогу подобраться к ней поближе. Я все еще не понимаю, почему упорно продолжаю долбиться в закрытую дверь, но мне хочется делать это снова и снова.
Даже если сейчас она продолжит молчать, я попытаюсь опять. Трезвый рассудок кричит от несправедливости и глупости моих действий, а сердце замирает от нервного ожидания ответа. Спустя долгие секунды Звездочка поворачивает голову на меня и слабо кивает, как бы говоря мне начинать первым.
У меня тут же созревает тысяча вопросов, на которые я хочу знать ответ, но все это приправляется звенящей пустотой. Спросить про семью? Скользкая дорожка, да и это ее личное дело. Мне без разницы, кем работают ее родители. Какую музыку любит слушать? О господи, да не все ли равно? Я в очередной раз убеждаюсь, что сначала мне нужно думать, а потом уже открывать рот. Теперь пауза между нами настолько напряженная, что я хочу станцевать чечетку, лишь бы это поскорее закончилось.
– Почему ты выбрала именно искусство? – Мой тон такой расслабленный и непринужденный, будто я не тужился над вопросом целую вечность.
– О, ну в общем-то я больше ничего не умею. – Ева смущенно хмыкает, нервно убирая волосы за ухо, и, черт возьми, я улыбаюсь вместе с ней. – Я рисую с самого детства: в нашей старой квартире до сих пор можно найти кривые цветы на обоях. Денег на художественную школу не было, поэтому я училась сама – мама выписывала специальные бесплатные журналы, в которых по пунктам объяснялось, как нужно рисовать людей или животных. В средней школе учитель заметил мой талант – кстати, учитель математики, потому что я понятия не имела, как решать его дурацкий тест, и в знак протеста сдала ему вместо контрольной свой пейзаж. Он передал это директору, но вместо наказания меня стали отправлять на конкурсы. Короче, путь был странным и длинным, но я поняла, что хочу быть частью этого мира. Ну и я больше ни на что не способна. Но рисование совершенно не моя главная цель в жизни. Просто это успокаивает и помогает разгрузиться.
– Тебе точно надо попробовать себя в беге. Даже Санти никогда не мог догнать меня.
– Пошути про мои ноги еще раз, и я покажу тебе навыки борьбы. – Она специально тычет меня в бок локтем и чуть ускоряет шаг, вызывая улыбку. – Моя очередь. Почему именно плавание? Я уже поняла, что большинство мальчишек выбирает спорт еще в детстве или их отдают в него родители.
– Понятия не имею, куколка. Но ты права: меня отдали в спорт родители, чтобы хоть куда-то деть энергию, а рядом с домом как раз был бассейн. Получается, что это был самый оптимальный вариант, ведь туда я мог ходить сам. Я влюбился в воду сразу же, как перестал тонуть и захлебываться. Мой первый тренер был крутым мужиком, который, казалось, мог бы жениться на хлорке. Когда начались первые успехи, я понял, что ни за что не брошу спорт.
– А какой у тебя основной стиль?
Я резко поворачиваю голову в сторону Евы, которая идет с каменным лицом и широко распахнутыми глазами. Она точно чувствует мой пристальный взгляд, который гуляет по ней, но делает вид, что не замечает его. Подозрение тихо стучит по внутренностям, но я искренне не понимаю, что Звездочка может скрывать.
Да и вообще, если начистоту, я не имею никакого права лезть в ее секреты – мы друг для друга даже не друзья. Но вот когда мы ими станем – а я не сомневаюсь в этом, твою мать, – тогда я устрою допрос с пристрастием.
– Плавательный лексикон? Похвально, детка. Я плаваю баттерфляем и кролем, но мне всегда говорили, что ноги гораздо сильнее рук и я просто не вывезу первый стиль. Ну, в итоге все получается, хотя сейчас Лоренто активно пытается впихивать меня на финалы эстафет и заставляет больше плавать вольным стилем. Кстати, что за теплый прием организовал тебе наш старик? Вы были знакомы?
– Нет. То есть да. Ну, не совсем… – Я подмечаю, что Ева начинает нести полную хрень, когда нервничает. Ее слова сразу же становятся не связанными между собой, а глаза двигаются с такой скоростью, что она превращается в робота на перезагрузке. – Мой друг раньше плавал у Лоренто, и я часто ездила с ним на соревнования, чтобы быть поддержкой. Вот ваш тренер меня и узнал.
– А как его зовут? Может, я знаю его…
– М-м-м, вряд ли. Это было не в нашем университете. – Делаю вид, что я верю и не вижу, как она скручивает пальцы из-за вранья. – Элиан, а мы куда вообще идем? Мне кажется, за все свои три года жизни в Мадриде я не была здесь ни разу.
Мы выходим к небольшому пруду, который окружен плетеными уличными фонарями. Вокруг нас нет никого, а сумрак уже опускается на город. Был бы я здесь с какой-нибудь другой девушкой, то с огромной радостью пустился бы в страстный петтинг прямо у кромки воды, но сейчас я просто дышу полной грудью и наблюдаю за Евой, которая смотрит на небо с чуть приоткрытым ртом.
– Знаешь, я бы хотел исследовать космос. – Тихий голос Элиана раздается за спиной, но я не могу оторваться от неба, чтобы посмотреть на него. – Мне кажется, там скрывается столько тайн и загадок, что в некоторые из них будет даже невозможно поверить. Интересно, когда вообще его смогут нормально узнать?
– Ученые даже океан не изучили хотя бы наполовину, а ты уже говоришь про потенциальное существование других вселенных. Кстати, ты поэтому выбрал астрономию? Из-за любви к космосу?
– Я просто жутко не хотел идти на прикладную физику и уж тем более учить китайский. – Я хмыкаю, потому что одной фразой Элиан развеял флер романтики. – Ну а вообще и из-за любви к космосу в том числе. На самом деле прямо сейчас я в шоке из-за того, что мы видим столько звезд, находясь в городе.
Я наконец обращаю внимание на Элиана, пока он достает полотенце из спортивной сумки. Его волнистые светло-каштановые волосы мягко падают на глаза, прикрывая часть заостренного лица. Сухие губы плотно сжаты, пока он пытается победить молнию, а красивые руки с длинными пальцами резко дергают замок. Я вижу слегка проступившие вены на его кисти, и вдох теряется где-то между грудью и шеей.
Чертово покалывание в желудке начинает распространяться на все тело, и я чувствую, как жар доходит до лица. Вот так красивые парни запросто растапливают женские сердца и даже не подозревают об этом. Я пытаюсь убедить саму себя, что такая реакция вызвана овуляцией и тем, что я нахожусь рядом с горячим парнем, а личность Элиана тут вообще ни при чем. А еще я заставляю себя прекратить пялиться на его длинные пальцы, но глаза как будто приросли к ним.
– И долго ты будешь стоять и рассматривать меня? – Его голос вырывает меня из полудремы влажных фантазий. – Падай рядом, и здесь тебе откроется вид получше, блондиночка.
– Ты смешон. Я не рассматривала.
– Убеждай себя, Ева.
Элиан похлопывает по темно-синему полотенцу, расстеленному на земле. Он занимает один край и растягивается, подкладывая руки под голову. Я неуверенно подхожу ближе и аккуратно присаживаюсь практически на голую землю, сразу же расправляя толстовку на животе и подтягивая колени к груди. В темноте я похожа на большой мусорный пакет.
– Правило первое: если ты вытираешь полотенцем свою задницу, то не нужно предлагать другим людям садиться на него. – Я сморщиваю нос, глядя на Элиана. Точнее, на тонкую полоску голого тела, которая проглядывает между джинсами и кофтой. Ох, черт, он вообще не помогает мне.
– Дурашка, это чистое. Я всегда ношу с собой всего по два: и плавки, и очки, и сланцы. Мало ли что может случиться, верно? Ну, например, гидрокостюм лопнет прямо перед стартом. – Я хмыкаю, вспоминая то видео с Элианом. – А теперь ложись на спину и наслаждайся видом.
Я просто поднимаю голову и… Вау. Беспросветная тьма с кучей маленьких звездочек, которые больше похожи на дырки, сейчас ощущается совершенно иначе. Она выглядит как граница между мечтой и реальностью и давит на плечи могуществом. У меня начинает кружиться голова из-за того, что я чувствую, как за этой темнотой скрывается яркий мир, в котором нет проблем. И там я абсолютно счастлива и беззаботна.
Если бы между небом и землей была дверь, то я не раздумывая открыла бы ее и побежала вперед. Звезды хаотично разбросаны по небу, как тысячи снежинок или алмазов, и мне хочется рассмотреть каждую из них, потрогать их.
– Представляешь, в детстве мама рассказывала мне, что звезды – это маленькие окна между мирами и на нас кто-то смотрит. – Голос Элиана звучит так тихо и по-мальчишески задумчиво. – И один раз я увидел, как звезда падает. Сразу же подумал, что кто-то неосторожно выбил окно и прямо сейчас летит с огромной высоты. И знаешь что? Я побежал, чтобы спасти этого человека.
– Смог догнать его? – с усмешкой спрашиваю я.
– Пендаль моего отца догнал меня быстрее. Как только он увидел из окна дома, что я рванул неизвестно куда, то кинулся за мной. Сначала меня ругали, я еще и не признавался, почему решил убежать, а потом мама рассказала, что нужно загадывать желание на падающие звезды, а не спасать их.
– Никогда не загадывала желания даже на дни рождения, когда задувала свечи. Мама своим примером доказывала, что просто так ничего никогда не сбудется: либо ты работаешь для исполнения своих целей, либо сидишь и дальше веришь во всякие чудеса.
– Эй. – Элиан легко толкает меня в плечо. – Не порть магию момента своим пессимизмом. Вера в чудо и волшебство еще никого не убивала, ты знаешь? Можно просто расслабиться, а не стараться постоянно быть на страже. Ты поэтому стояла на вечеринке около стены? Боишься потерять контроль?
Я скептически смотрю на него. Карманный психолог, не иначе. А вообще, я до жути не люблю, когда люди начинают строить из себя профессиональных врачей и ставят диагнозы или пытаются копаться в твоей голове. Это выглядит глупо и надменно, потому что каждый судит другого, исходя из своего опыта. Ну, и будем учитывать то, что после нашего с ним столкновения я напилась, и в общежитии мы еще долго устраивали танцы, подобно Лосю из «Шага вперед».
– В тот день я была слишком уставшая и пришла на тусовку только ради друзей. Я умею веселиться, ладно? Просто не могу с легкостью отпускать все проблемы и нырять в чан с алкоголем с головой.
– Иногда это бывает полезным. Ну, просто взять и отпустить все переживания. Потанцевать, посмеяться, выпить. – Элиан смотрит на меня неотрывно. – Всего несколько часов, Ева. Потом хорошо выспаться и снова вступать в бой со всем миром. Перезагрузка, я называю это так.
– Не всегда есть моральные силы на то, чтобы не думать о будущих проблемах. Любое действие имеет последствия, с которыми придется столкнуться. И иногда лучше не выключать голову, чтобы не усугублять эти самые последствия.
– А если тебе понравится то, что ожидает тебя в будущем? Вдруг это не так страшно, как кажется?
Зрительный контакт. Черт возьми, его серо-голубые глаза, которые неведомым образом отдают зеленым оттенком, как будто прожигают меня. Кажется, что лицо Элиана становится все ближе, поэтому я покрепче вцепляюсь в колени, чтобы чувствовать опору на земле. Он приподнимается и еще ближе двигается к моему лицу. Мы глупо смотрим друг на друга, не находя в себе сил что-то сказать.
Я понимаю, что либо поцелую его, либо… Нет.
Нет, я не могу растечься лужицей перед парнем, который слишком часто тревожит сны. Я не готова к разговору, который унизит мое достоинство.
Через силу я прерываю эти гляделки и резко вскакиваю с полотенца, немного теряя равновесие. В темноте достаточно сложно разглядеть, что и где находится, а с моим зрением так вообще практически нереально, поэтому я почти на ощупь хватаю сумку, лежащую около ног Элиана. Чуть растерявшись, я открываю рот от желания что-то сказать, но в итоге то ли рычу, то ли шиплю и просто бегу вперед, не разбирая дороги. Я шагаю так, будто мне угрожает опасность. Позади себя слышу смех и крик Элиана, который явно не понял, что произошло.