– Скажи честно, Уилл, этот чертов рассвет, что выжигает мне глаза, твоих рук дело? – Джинни щурилась, глядя на оранжевое небо, чувствуя, как пульсирует в висках. Голова раскалывалась, и она тихо выругалась, вспомнив, что забыла солнцезащитные очки. Когда солнце поднимется выше, будет только хуже, отражаясь от кабины и усиливая боль.
– Что, Джинни, штормит? – рассмеялся Уилл.
– А кто в этом виноват?
– Да ладно, твой брат сделал предложение своей девушке. Не чашкой же какао это отмечать?
Он сочувственно похлопал ее по плечу.
– Джек и Пенни выглядели счастливыми.
– Аж тошнит, – усмехнулась Джинни. – Но это хорошие новости. Жду не дождусь, когда Джек объявит родителям, что нашел жену.
Она улыбнулась, чувствуя себя чуть лучше, хотя солнце с каждой минутой слепило сильнее, и впервые полет ее не радовал.
– Все в порядке, Королева небес?
Джинни вздрогнула: из кабинета вышел Роберт Тайс и с любопытством посмотрел на нее.
– Наша Джинни немного перегуляла, – хмыкнул Уилл.
– Тебе повезло, – сказал Роберт. – В следующий раз возьми меня, ладно?
Джинни рассмеялась.
– Да брось, Боб, ты найдешь вечеринку получше.
– Ну как бы тебе сказать… – Роберт на миг растерялся, затем, встряхнувшись, погладил усы и с легким поклоном протянул ей свои солнцезащитные очки. – Очки для прекрасной дамы?
Джинни уставилась на них.
– Серьезно? Это же твои.
– Сегодня утром они твои, если хочешь.
– Да, конечно!
– А как насчет кофе перед полетом?
– О да! – с энтузиазмом откликнулась Джинни, но Уилл потянул ее за рукав.
– Не могу задерживаться, Джинни, меня ждет Санта, помнишь?
– Точно. – Она криво улыбнулась Роберту. – Может, после полета, Боб?
– Будут ждать, миледи.
Джинни благодарно кивнула и надела очки. Они были великоваты, но отлично защищали от яркого света.
– Спасибо! – крикнула она, когда Роберт направился обратно в офис.
Он слегка помахал в ответ и скрылся.
– Славный малый, – сказала Джинни Уиллу, пока они забирались в кабину и рассаживались, – но флиртовать совсем не умеет.
– Ты так думаешь? – Уилл запустил двигатель. – Мне кажется, ему просто одиноко.
– Что? – перекрикнула Джинни шум мотора.
– Одиноко! Говорят, после смерти жены в прошлом году он почти не выходит из дома. «Кей-Ти» – вся его жизнь.
Джинни удивленно оглянулась на щеголеватого босса.
– Поэтому он тут в такую рань в воскресенье?
– Именно. Готова?
– Конечно. Проверка руля.
– Руль в норме.
– Давление масла?
– В норме.
– Тогда снимай башмаки!
Уилл высунулся из кабины, подавая сигнал наземной команде запустить пропеллер и убрать тормозные колодки. Джинни наблюдала, а мысли ее вернулись к самолетам, которые она видела на «Лексингтоне» в начале недели, вылетавшим из Пёрл-Харбора с закрепленными колодками. Суждено ли им вступить в бой до Рождества? Она надеялась, что нет. Мысль о том, как эти грациозные машины падают в пламени, была невыносимой – не говоря уже о пилотах за штурвалом. Джинни поежилась.
– Все в порядке, Джинни? Можем отменить полет, если тебе худо.
– Нет, Уилл, я в норме. Поехали!
Она махнула ему, и он направил самолет на взлетную полосу. За ними летела Лили, выглядевшая, несмотря на танцы до двух ночи, отвратительно бодрой. Наверное, как разумная девушка, она остановилась на втором бокале. Когда же Джинни научится тому же?
Достав бутылку воды, она сделала большой глоток и помахала подруге, которая весело ответила и развернула свой самолет следом. На безоблачном небе солнце отражалось в очках Роберта, и Джинни откинулась на спинку сиденья, наслаждаясь безупречным взлетом Уилла. Что-то в присутствии жены придавало ему уверенности, и его летные навыки заметно улучшились. Над океаном она еще раз проговорит с ним маневры, а пока любовалась островом, раскинувшимся внизу, точно на открытке.
Уилл скользил над побережьем вдоль Эва-Бич, к счастью, в стороне от солнца, и Джинни разглядывала «устричную раковину» Пёрл-Харбора. На палубах кораблей лениво двигались несколько человек – воскресное утро, и большинство спали допоздна. Небольшой эсминец патрулировал вход в гавань. Джинни вытянула шею, пытаясь понять, не «Уорд» ли это, которым недавно командовал Билли Аутербридж. У перил толпились матросы, глядя в море, и на миг ей показалось, что они засекли подлодку, но она отмахнулась от этой мысли. В кристальных водах Гавайев были лишь кораллы да рыбы.
Уилл достиг Барберс-Пойнта и повернул влево, уводя самолет в море. На миг перед Джинни осталось только голубое небо, затем Уилл снова выровнял машину, и Оаху открылся вновь – зеленые склоны древнего вулкана ярко выделялись на фоне синевы. Она заметила Хикэм-Филд, военно-морскую авиабазу рядом с гражданским аэродромом, и подумала о Джеке. Помогает ли любовь от похмелья? Ради его блага она надеялась, что да.
Краем глаза Джинни заметила самолет.
– Летательный аппарат слева по курсу, – предупредила она Уилла.
– Понял, – отозвался он. – Это Лили.
Кто же еще? Джинни с теплом взглянула на подругу, выполнявшую идеальный поворот, но тут же напомнила себе, что она здесь не за видами, а чтобы учить, и выпрямилась.
– Хорошо, Уилл, приготовься.
Она прищурилась. Позади стремительно приближался еще один самолет. Это точно была не Лили – та только что улетела на восток.
– Джинни?
– Прости, Уилл. – Она тряхнула головой. Несколько самолетов над Оаху – не редкость, а утро идеально для полетов, так что другие пилоты тоже могли выйти в небо. Но этот самолет не принадлежал ни Маргарите, ни Эндрюсу. Он был слишком большим, темным – и господи, их было несколько, и все они неслись прямо на их крохотный биплан.
– Уилл, домой, – резко бросила Джинни.
– Что? Почему? Я еще не…
– Назад, на аэродром, живо!
Первый самолет пронесся над ними, и Джинни, подняв глаза, увидела на крыльях яркие красные круги японского флага.
– Не может быть… – прошептала она.
Все знали, что японцы атаковали Филиппины. Разве не Пат Беллинджер говорил об этом вчера, когда она стояла с коктейлем на его лужайке? Но вот еще один самолет, за ним другой – все со зловещими красными кругами. Присмотревшись, Джинни узнала очертания «Зеро» – новых японских истребителей, о которых ходили слухи. Их считали пригодными лишь для рисовых полей Китая, но теперь они роились над Гавайями.
Тишину разорвал треск пулеметов. Уилл вскрикнул, и самолет резко накренился, когда мимо пролетели два истребителя – так близко, что Джинни разглядела сосредоточенные лица пилотов. Пуля ударила в хвост, и машина снова закачалась.
– Они стреляют по нам! – завопил Уилл. – Почему они стреляют?
– Это японцы, Уилл. Я беру управление.
Голова кружилась, но Джинни заставила себя сосредоточиться на том, что умела лучше всего – управлять самолетом. Снизившись, чтобы пропустить «Зеро», она направила машину к аэродрому Джона Роджерса. Еще одна пуля попала в хвост, затем еще.
– Пригнись! – крикнула она Уиллу. – Они повсюду.
– Мы не их цель.
– Тогда кто?
Оба знали ответ. Не отрывая глаз от взлетной полосы, Джинни видела впереди Пёрл-Харбор и, к ужасу, заметила, как ведущий «Зеро» открыл люк и сбросил бомбу. В лучах солнца она сверкнула, как предупреждение, и через миг с грохотом разнесла корабль в гавани. Темный дым заполнил небо, и Джинни отвернулась от страшной картины, когда впереди, слава богу, показалась родная взлетка.
Она изо всех сил старалась удержать самолет. Пули свистели мимо, левое крыло было пробито, машина кренилась набок, и Джинни напрягала все силы, чтобы выровнять ее и приземлиться. Она искала глазами Лили, но видела лишь рой «Зеро», застилавших небо, как комары.
Колеса коснулись полосы, и Джинни выдохнула, не заметив, как задержала дыхание. Но опасность не миновала. Японские самолеты продолжали атаковать, их пилоты, занятые бомбардировкой, все равно находили время расстреливать все вокруг. Задыхаясь, Джинни подкатила самолет к ангару и увидела, как два пилота выпрыгнули из другой машины, подняв руки под градом пуль.
– Готов, Уилл?
– К чему?
– Бежать, конечно! Если останемся, нас прикончат, как мух. Давай в ангар, живо!
Она откинула фонарь кабины, сердце колотилось как никогда, и спрыгнула, бросившись к ангару. Шаги Уилла звучали за спиной, но Джинни не смела обернуться. Самолет пикировал, пуля с визгом ударила в бетон у ее ног.
– Бего-о-ом! – закричала она.
– Джинни!
Роберт Тайс бросился к ней, протягивая руки, чтобы затащить в ангар. Еще десять шагов – и она была бы в безопасности. Джинни потянулась к нему, но пуля просвистела так близко, что задела ее волосы. Она ахнула, увидев, как Роберт схватился за грудь, глаза его расширились от ужаса, и он рухнул на землю.
– Боб, нет!
Джинни схватила его за плечи и поволокла в ангар. Уилл подоспел, помогая затащить босса в укрытие. Пули барабанили по крыше, как зловещий град, а Джинни опустилась на колени рядом с Робертом.
– Боб, держись. Сейчас позовем помощь. Все будет хорошо.
Он слабо улыбнулся, глаза его потускнели.
– Рад, что ты успела, Королева небес, – пробормотал он. – Но кофе, похоже, не выпьем.
Он попытался улыбнуться, но кашель скрутил его, кровь хлынула на безупречный костюм, и тело обмякло. Джинни посмотрела на Уилла. Ее трясло, и она не знала, как остановить дрожь, лишь крепче прижалась к безжизненному Роберту.
– Прощай, Боб, – прошептала она. – Лети высоко.
Она откинула волосы с его неподвижного лица, но скорбеть было некогда – японские машины ревели в небе. Грохот из Пёрл-Харбора оглушал: взрывы бомб, треск огня и, хуже всего, крики людей.
– Джек! – задыхаясь, выкрикнула Джинни, когда страшная мысль о брате, находившемся на аэродроме Хикэм рядом с гаванью, в эпицентре атаки, пронзила ее. – Уилл, мы должны что-то сделать. Надо помочь.
Джинни огляделась в поисках Уилла, но тот укрылся в офисе, судорожно говоря по телефону у окна. Двое мужчин оттащили тело Роберта в глубь ангара, но к ней бросился Калани – невысокий, аккуратный, в темном комбинезоне. Его обычно веселые глаза были полны ужаса.
– Где Лили? – спросил он, хватая Джинни за руку. – Где моя Лили?
Джинни сглотнула, взглянув в небо, где пронеслась еще одна волна японских «Зеро». Среди них не было маленького желтого самолета.
– Не знаю.
Калани рухнул на колени, глядя на нее с отчаянием.
– Ты научила ее летать, Вирджиния. Ты отправила ее в небо – а если она не вернется?
Джинни замерла, пока над гаванью рванула очередная бомба, сотрясая воздух. Калани был прав. Она хотела, чтобы Лили парила с ней в небесах, но теперь эта мечта могла стоить жизни ее подруге.
Дым от горящих кораблей застилал мысли, и Джинни металась у входа в ангар, отчаянно вглядываясь в небо в поисках самолета Лили. Его не было. Мир вокруг превратился в ад – дым, огонь, грохот. «Кей-Ти» стоял рядом с Пёрл-Харбором, и ничто не скрывало от них кошмар, разворачивающийся перед глазами, словно в фильме ужасов.
Большинство военно-морских самолетов были уничтожены в первые минуты атаки, но несколько американских машин взлетели и отчаянно сражались с «Зеро». Джинни, затаив дыхание, гадала, нет ли среди них Джека. Это было бы в его духе – первым броситься в бой. Она молилась, чтобы похмелье замедлило его реакцию. На земле тоже было небезопасно: казармы пылали, люди выбегали из них, как муравьи, крича от боли и страха.
В гавани творился ад. Бомба угодила в линкор, его гордые трубы накренились и исчезли в черном дыму. Вонь – едкая, металлическая, с тошнотворным привкусом горелого – душила. Обломки сыпались на людей, задыхающихся в ангаре.
Кто-то добрался до зениток, и над полем боя загрохотали выстрелы. Чистые клочки неба покрылись черными кляксами от разрывов. На миг показалось, что волна «Зеро» отступила, но страх, густой, как дым, висел в воздухе вместе с криками раненых.
– Какой кошмар, я не могу! – выкрикнула Джинни. – Надо помочь!
Она схватила Калани за руки.
– У Лили кончилось топливо, она могла приземлиться где-то еще. Зачем ей возвращаться под бомбы? Она сумеет посадить самолет на любом поле, у нее хватит навыков. С ней все будет хорошо, Калани, поверь.
Калани растерянно кивнул, но Джинни поняла, что убеждает скорее себя. Страх и ярость жгли изнутри, и она не могла просто стоять, глядя, как горит Пёрл-Харбор и, возможно, ее друзья. Она повернулась к Уиллу:
– Побегу в больницу. Там нужна помощь.
– Я с тобой.
Уилл дозвонился до Хелен – она и Лоис были в порядке, спрятавшись в подвале, – так что об этом можно не волноваться. Но у них было полно друзей на базе, и кто знает, что с ними стало.
– Вперед, – бросила Джинни.
– Нет! – взмолился Калани. – Не уходи!
Она лишь виновато махнула ему и побежала за Уиллом к выходу с аэродрома, держась ближе к зданиям на случай возвращения самолетов. Небо было чистым, и они выскочили на дорогу к белым воротам Хикэм-Филд. Часовых не было, и они вбежали внутрь.
Горечь подступила к горлу, и Джинни прижала рубашку к лицу, чтобы заглушить запах крови и масла, пропитавший воздух. Если из ангара все казалось адом, то здесь, в его эпицентре, было вдесятеро хуже. Повсюду лежали раненые, молящие о помощи, одни в объятиях товарищей, другие корчились в одиночестве. Молодой парень, едва ли окончивший школу, плакал, зовя маму. Джинни опустилась рядом.
– Я с тобой. Все хорошо.
Он посмотрел на нее безумными глазами.
– Мама?
– Все хорошо, – повторила она, нежно отводя с его лица окровавленные волосы.
Он слабо улыбнулся, глубоко вздохнул и затих. Слезы навернулись на глаза Джинни. Это был второй человек, умерший у нее на руках за утро, и единственным утешением было то, что он ушел, веря, что его держит мама.
Подняв взгляд, она увидела не ангелов, а вторую волну «Зеро». Джинни прижалась к стене барака, воздух снова наполнился грохотом. Час назад Роберт Тайс, посмеиваясь, предлагал ей очки от похмельной боли. Теперь он был мертв, как и сотни других. В голове мелькали имена друзей: Эдди, Джо, Дагни, Пенни, Лили, Джек.
В небе сражались несколько американских самолетов, преследуя «Зеро», как дети, задирающие хулиганов. Уилл, сидевший рядом, хрипло вскрикнул, когда сбили «Зеро» и тот, закрутившись, рухнул. Но вскоре американский самолет с горящим двигателем вошел в штопор и с визгом разбился на поле неподалеку. Джинни разглядела силуэт пилота, пытавшегося увести машину от порта.
– Джек, – прохрипела она.
Уилл обнял ее.
– Это не он. Точно говорю, не он.
Джинни не спорила – ей нужно было верить в эти слова, чтобы не сойти с ума. Подъехала скорая, из нее выскочили двое с носилками. Джинни, радуясь шансу отвлечься, подбежала к ним.
– Помощь нужна?
В их глазах читалась усталость.
– Боже, да. В машине есть носилки – берите тех, кто может выжить.
Слова звучали жестко, но Джинни поняла: раненых слишком много, чтобы везти в больницу тех, кому не помочь. Но как принять такое решение?
– Вперед! – сказал Уилл, хватая носилки из фургона. – Каждый, кого спасем, – это еще один выживший.
Он был прав. Джинни бросилась на помощь, когда раздался крик очередного раненого. У парня зияла рваная рана на голени, но он выглядел живучим. Они с Уиллом подхватили его, торопливо неся к скорой, щурясь от страха перед пулями, что могли в любой миг их настигнуть. В фургоне уже теснились четверо – на двоих больше положенного, – но они втиснули еще одного и трех своих. Водитель мрачно кивнул и захлопнул двери.
– Ты с нами?
Уилл придержал дверь фургона, и Джинни с ним втиснулись внутрь вместе с двумя санитарами. Дверь захлопнулась, и машина с визгом рванула к военно-морскому госпиталю. Японские самолеты, казалось, реже мелькали в небе, но их разрушительная работа была сделана. К ужасу Джинни, белое здание госпиталя стояло прямо у входа в Пёрл-Харбор. Отступать было поздно, и, миновав ворота, она увидела перед собой разоренный флот США.
Громадные линкоры тонули. «Аризона», наполовину ушедшая под воду, скрывалась в сине-фиолетовом дыму, поднимавшемся точно из вулкана. Бок «Калифорнии» был разворочен, «Западная Вирджиния» кренилась на левый борт, а «Оклахома» перевернулась вверх дном – люди отчаянно бегали по ее корпусу, пытаясь прорезать металл, чтобы спасти тех, кто оказался в ловушке. Крейсеры поменьше разлетались на куски под ударами торпед, а в сухом доке три корабля, словно пьяные, навалились друг на друга.
Но хуже кораблей было положение людей. Вода в устрицеобразной бухте покрылась масляной пленкой, большей частью горевшей. Матросы, прыгавшие с тонущих судов в поисках спасения, попадали в огненную ловушку. Джинни видела, как они размахивали горящими руками, крича сквозь дым, что застилал даже гавайское солнце, превращая все в дантовский ад.
– В госпиталь, живо! – рявкнули санитары.
Джинни очнулась и выпрыгнула из фургона, бросившись к кузову. Раненые внутри жались друг к другу, словно корабли за окном, и она сосредоточилась на том, чтобы доставить их в госпиталь.
Внутри царил хаос. Палаты и коридоры были забиты телами, кровь пачкала белые полы. Раненые стонали, звали на помощь, а врачи и медсестры метались между ними, сортируя по тяжести ран и вкалывая морфий, чтобы облегчить боль. Джинни помогала выгружать пациентов, оглядываясь в поисках медсестры.
– Пенни!
Невеста Джека, бледная, но решительная, держала шприц и ампулы с морфием. Она двигалась вдоль ряда раненых, находя для каждого пару успокаивающих слов, пока вводила лекарство. Увидев Джинни, она подбежала.
– Джинни! Слава богу, ты жива. Джека видела?
Джинни крепко обняла ее и покачала головой:
– Только Уилла, к сожалению. Но с Джеком все будет хорошо. Он выберется из любой передряги.
Пенни энергично кивнула, прижавшись к ней, затем выпрямилась.
– Пошли, – сказала она, стиснув зубы. – Работы невпроворот.
Глядя на израненных, обожженных, стонущих людей, Джинни подумала, что это самое мягкое, что можно сказать о таком кошмаре. Как их счастливое воскресное утро могло так жестоко рухнуть? Ей хотелось закрыть глаза, чтобы все исчезло, но это было невозможно. Сглотнув слезы, она засучила рукава и взялась за дело.