Не знаю, смог ли бы реализовать свой творческий потенциал наш самый известный отечественный кореец Виктор Цой, если бы жил в КНДР. Причиной тому является жесткий контроль музыки со стороны государства. Предполагаю, что за «перемен требуют наши сердца» в Северной Корее он бы точно загремел в каталажку. Впрочем, если бы Цой был жив по-настоящему, а не только по информации на заборах, маловероятно, что сегодня в РФ с такими песнями он бы тоже купался в лучах славы. Но у нас нынче сказ не про Россию, а про КНДР, где нет ни рока, ни рэпа, ни даже, прости господи, шансона. Есть одобренная властями поп-музыка, но вся она преимущественно патриотической направленности. Никаких общественно разлагающих муси-пуси и джага-джага.
Симпатичная тридцативосьмилетняя девушка-гид Ми Ген, сопровождающая нашу тургруппу на протяжении всей поездки, не только интересно рассказывает о достопримечательностях своей родной страны, но и радует нас прекрасными вокальными данными, ежедневно исполняя песни из до боли знакомого репертуара. Ми Ген отлично владеет русским языком, который выучила в школе. К слову, девушка дважды в жизни была за границей, и оба раза в России – в детстве с родителями в Москве и во взрослом возрасте во Владивостоке на конференции по работе. Иностранный акцент у Ми Ген почти не слышен. Тот неловкий момент, когда коренной житель Пхеньяна, проживший всю жизнь в Северной Корее, говорит по-русски лучше, чем многие жители Москвы.
Под «День Победы» и «Катюшу» в исполнении нашего замечательного гида держим курс на юг и из текущей столицы КНДР Пхеньяна плавно перемещаемся в древнюю столицу бывшего объединенного Корейского государства – город Кэсон. Примечателен он тем, что находится в демилитаризованной зоне всего в восьми километрах от границы с Южной Кореей. Удивительно, но ровно год назад где-то там, совсем близко за горизонтом, я летал по рельсам и шпалам на высокоскоростных поездах KTX, развивающим скорость до трехсот километров в час. Граждане по эту сторону баррикад летают преимущественно на велосипедах, и могу предположить, что скорость по ямам и канавам развивается у них не самая высокая.
Вообще, конечно, контраст между двумя Кореями поистине впечатляет. И дело не только в поездах и велосипедах. Не будем заниматься неблагодарными оценочными суждениями и по пунктам сравнивать две палочки Твикс, просто отметим, что совершенно все по-разному. Единственное, что, на мой взгляд, объединяет обе Кореи, – это достаточная закрытость самих граждан. Не скажу, что южане как-то сильно радушнее своих северных братьев-товарищей, несмотря на открытость миру. По моим наблюдениям, такие же вежливо-нейтральные, так что кто из них более счастлив – вопрос открытый. По большому счету разница лишь в том, что у первых есть возможность ездить за границу, а еще – больше развлечений.
Кстати, о развлечениях. Конкретно нам как-то поразвлечься в рамках тура не удалось. В основной программе было заявлено посещение тира, мы даже туда приехали, однако что-то произошло с его директором, в итоге пострелять нам не дали. Надеюсь, директор не допустил какую-то антипартийную оплошность и на нем не стали испытывать возможности тира.
Чем же занимаются сами жители КНДР в свободное от трудовой деятельности время? Помимо прогулок на свежем воздухе и занятий спортом, в Пхеньяне, например, можно посетить каток, кегельбан, аквапарк, зоопарк и цирк. Дискотеки и ночные клубы отсутствуют, ибо они от лукавого. Скрасить досуг можно также в музеях, театрах и кинотеатрах. В последних идут фильмы северокорейского производства, а также китайские и российские. Например, недавно здесь показывали наши киноленты «Т-34», «Снайпер» и «Метро». Что касается телевидения – в КНДР пять телеканалов. Четыре – общественно-информационных с самыми честными новостями (впрочем, как и везде) и один – развлекательный, где крутят фильмы, в том числе старые советские: «Ирония судьбы», «Служебный роман», «Вокзал для двоих», а иногда, по словам гида, даже показывают диснеевские мультфильмы, что весьма неожиданно. Настоящий кндр-сюрприз.
Многие сравнивают Северную Корею с СССР. Вероятно, схожесть присутствует. Мне как человеку, рожденному на заре падения Советского государства, сложно об этом судить, но я неоднократно слышал фразу, что в СССР не было секса. Стало любопытно, есть ли он в КНДР. Докладываю обстановку с полей: секс в КНДР есть, но до свадьбы он категорически не приветствуется, поэтому моя теория практикой не подкреплена. По словам гида, иностранный гражданин может жениться на северокореянке, но в таком случае придется увезти ее к себе в страну. Какая-то слишком сложная схема выходит, это ж еще с женой придется договариваться. Вангую, переговоры зайдут в тупик и последуют жесткие санкции, похлеще тех, что наложили на КНДР. Существует такая восточная мудрость, мол, если в семье только одна жена – то она растет эгоисткой. Ладно, пусть растет, ограничусь протяжным вздохом. Зато вместо секса могу рассказать про северокорейских женщин.
Первое, что бросается в глаза: многие из них – настоящие красотки. Без пафоса, скромные, добрые и обаятельные. Мне удалось соприкоснуться с десятком местных девушек, от стюардесс до официанток, от гидов до продавщиц сувениров. Одно из двух: либо они все были крайне удачно подобраны, пройдя специальный кастинг на взаимодействие с интуристами, либо тут какой-то особый воздух, но у меня со всеми произошел стопроцентный мэтч, и теперь я преданный поклонник северокореянок. Женщины в КНДР отличаются особой стройностью – полненьких здесь практически не встретить. Спонсор программы похудения – правильное питание без излишеств. По словам гида, многие жители Северной Кореи едят мясо не чаще одного раза в неделю. Другие факторы, помимо вынужденной диеты, – занятия спортом и служба в армии. КНДР является одной из немногих в мире стран, где женщины проходят срочную службу наравне с мужчинами. Срок службы для леди составляет три года, для кавалеров – десять лет.
«Красота женщины не в одежде, фигуре или прическе. Она в блеске глаз, ведь глаза – это ворота в сердце, где живет любовь», – сказала однажды американская актриса Одри Хепберн. Хоть в чем-то северокорейские власти солидарны с американцами. Местным девушкам здесь запрещается красить и наращивать волосы, а также делать маникюр. Серьги в ушах за все время пребывания я наблюдал лишь единожды. Косметикой пользоваться не воспрещается, главное – не переборщить. Кстати, производимая в Северной Корее косметика по качеству не уступает южнокорейской и пользуется большой популярностью в Китае. Локомотив продаж – натуральная косметика с экстрактом женьшеня.
Что касается одеяния – все максимально скромно. Никаких мини-юбок, голых плеч, высоких каблуков и прочих непотребств. Типичный прикид городской женщины – костюм-тройка с брюками/юбкой и пиджачком. В сельской местности популярностью пользуется национальная одежда ханбок – сарафан ручной вышивки в пол. Бытует мнение, что в КНДР женщинам нельзя носить джинсы, но недавно благодаря супруге нынешнего вождя Ли Соль Чжу произошли послабления в требованиях, предъявляемых к внешнему облику: теперь северокорейским дамам разрешено носить не только джинсы, но даже черные колготки, а еще с недавних пор отменен запрет на езду женщин на велосипеде. Уболтала доверчивого мужа. И хорошо, ведь перед Богом все равны – и мужчины, и женщины, и сотрудники политбюро, и обычные граждане.
Кстати, о Боге. Поскитавшись немного по миру, я четко осознал, что из всех существующих в мире религий больше всего по духу мне близок буддизм, где, помимо выхода из страданий, основной целью жизни человека является путь к нирване. Не понимаю, правда, почему все так долго ее ищут. Я вот, например, помню этот путь наизусть и могу найти нирвану с закрытыми глазами. В родительской квартире, в моей комнате, в шкафу на верхней полке, в коробке из-под печенья пылится их аудиокассета. Там еще на обложке изображен голый младенец, ныряющий за долларом. Единственное страдание, которое помню, – приходилось подолгу перематывать ее карандашом, когда зажевало пленку, но это тоже по сути была своего рода медитация.
А вообще, конечно, пути Господни неисповедимы. Был приятно удивлен оказаться в Северной Корее в буддийском храме с живыми монахами. В моей дырявой голове почему-то витала мысль, что нет здесь Бога кроме Ким Ир Сена, а Ким Чен Ир – пророк его. Оказалось, не на всех северокорейских стенах висят их портреты. Иногда проскальзывают и привычные для азиатских стран изображения Будды. Совсем немного, правда. Официально в Северной Корее рулит атеизм, однако, по словам гида, из двадцатипятимиллионного населения страны десять тысяч человек проповедуют буддизм, что составляет 0,04 % от общего числа. Мелочь, а приятно. В Пхеньяне также расположены четыре христианские церкви, одна из них – православная. В основном их посещают послы, дипломаты и прочие залетные товарищи, находящиеся в КНДР вне местного контекста.
Ну а наш автобус возвращается в столицу, точнее – в ее окрестности. Следующий пункт осмотра – место рождения товарища Ким Ир Сена. Выходим из автобуса – направляемся между зелеными клумбами по чистой бетонной аллейке в сторону музейной деревушки. На свободном небосводе ярко сияет солнышко, и лица встречных прохожих при виде нас расплываются в восторженных улыбках. Навстречу чешут толпы граждан в нарядных, по местным меркам, одеждах, машут нам и скромно приветствуют. Глядим на эти радостные лица, и сперва складывается впечатление, что сюда специально пригнали колонну людей, которые должны бутафорно пройтись по улочке, дабы создать у интуристов благоприятное впечатление о стране, после чего они вернутся с кислыми минами к своим станкам.
Пристально вглядываясь в эти светлые лица, невольно задаешься вопросом: это каким таким коллективным талантом актерского мастерства нужно обладать, чтобы так искренне и синхронно улыбаться? Вообще ни одного угрюмого покерфейса. Нет, товарищи, такую мимику и жесты невозможно сфальсифицировать, причем одновременно. Все максимально органично и аутентично. Шеренги из молодых людей по трое дружно шагают от северокорейской святыни, в то время как мы движемся по направлению к ней. Многие из этих доброжелательных граждан – представители Социалистического союза патриотической молодежи, в простонародье – комсомольцы. Колонну сопровождают их старшие товарищи – вожатые и члены Трудовой партии, позади торжественно плетутся радушные пионеры, о которых мы еще замолвим словечко. По официальным данным, в стране насчитывается аж восемь миллионов комсомольцев. Фактически эта организация готовит кадровый резерв для партии и государства, так что есть вероятность, что где-то в этой толпе идут будущие министры КНДР.
У пионеров, комсомольцев и членов партии существует добрая традиция выражать дань уважения Великому Вождю через посещение места его рождения раз в год, согласно специальному расписанию. Организуются экскурсии, людей привозят сюда автобусами, этот день у всех прибывших объявляется выходным. Для пионеров, шагающих дружно в ряд вслед за комсомольцами, это прекрасная возможность прогулять школу. Шею каждого маленького гражданина КНДР украшает несменный атрибут – красный галстук, три конца которого символизируют нерушимую связь трех поколений – пионеров, комсомольцев и членов партии. На иноземных туристов, как на непонятных чужеродных существ, многие из них смотрят весьма настороженно, аж сердцу тревожно в груди. Предположительно, видят такое бледнолицее явление впервые в жизни, с учетом того, что страна последние четыре года была закрыта на карантин и никого не принимала. Его отголоски слышны до сих пор – часть обладателей красных галстуков на шее также имеют белые маски на лице.
Я пошел в школу в 1994 году и чести посвящения в пионеры, увы или к счастью (нужное подчеркнуть), удостоен не был. Единственное, что едва припоминаю, это как у моего старшего брата аккуратно висел на стульчике красный галстук, а потом он вдруг куда-то исчез. В КНДР пионерская организация никуда не исчезала, а здравствует и процветает под названием «Союз детей Кореи». Туда принимают школьников в возрасте от семи до тринадцати лет. Октябрята в стране отсутствуют. Северокорейские пионеры носят на груди значки с изображением флага КНДР на фоне горящего пламени. Стильно. Броско. Молодежно. Все девочки приведены к общему знаменателю и подстрижены под каре, дабы не выделяться из толпы и не устраивать ненужных соревнований ни в чем, кроме как в учебе.
Кстати, о школе. Учебный год здесь начинается 1 апреля. Летом каникулы длятся два месяца, зимой – полтора, осенние и весенние – по неделе. Государство берет детей под свою опеку с ранних лет, внедряя в неокрепшие умы идеологические установки уже в юном возрасте. По словам российского корееведа Андрея Ланькова, на уроках математики ученики решают задачки из разряда «Сколько американских шпионов поймали пионеры?», а британский журналист Майкл Брин рассказывает о таблице спряжения глаголов в стиле: «Мы сражались с янки, мы сражаемся с янки, мы будем сражаться с янки».
После школьных уроков многие ребята посещают дополнительные кружки, например, математики, пения, рисования, основ компьютерной грамотности и так далее. Пионерские лагеря здесь бывают не только летом, но и во время учебного года. Там дети участвуют в спортивных состязаниях, активно трудятся и заслуженно отдыхают на свежем воздухе в окружении друзей. Во время прошлогоднего визита Ким Чен Ына в Россию губернатор Приморского края предложил отправлять российских детей в пионерские лагеря в Северную Корею. Моему сыну сейчас 10 лет, и он гаджетозависимый. Подумалось, а не сбагрить ли его туда на цифровой детокс на пару неделек. Кстати, о гаджетах. Всем школьникам в КНДР запрещено иметь мобильные телефоны. Конечно, как и все дети в мире, северокорейские мальчики и девочки тоже любят в них играть, но делают это дома после занятий, если мамы и папы позволяют. И да, у большинства родителей, по крайней мере в Пхеньяне, есть смартфоны – в основном китайского производства. КНДР в этом плане мало чем отличается от других стран. Есть и мессенджеры, и видеосервисы и даже вызов такси через приложение, но может ли им воспользоваться простой трудящийся – вопрос открытый.
После толпы пионеров мы наткнулись на рассадник несусветной красоты в виде клумбы с северокорейскими цветами жизни. Я бы даже сказал – в виде плантации, судя по их количеству. Все детки нарядные, послушные и очень милые. Внешне они выглядят ярче и стильней своих старших товарищей-сограждан. Настоящие модники и модницы. Нашей тургруппе посчастливилось оказаться среди толпы обаятельных дошкольников, которых также свезли на автобусах к родительскому домику первого вождя КНДР. Домик этот знаком им не понаслышке, ведь ребята неоднократно собирали его из разноцветных деревянных кубиков и внимательно слушали перед сном от родителей поучительные истории из детства его бывшего обитателя – юного Ир Сенчика.
На фоне знаменитого домика проводятся торжественные фотосессии. Детсадовские группы одну за другой по очереди выстраивают вместе с воспитателем, и жизнерадостная малышня с замиранием ждет, когда из объектива вылетит птичка. В этой жизни можно бесконечно смотреть на три вещи – на огонь, на воду и на то, как позируют перед камерой маленькие северокорейские милахи. Кстати, для любителей все сравнивать и противопоставлять – немного занимательной статистики: согласно международным исследованиям, коэффициент рождаемости в Северной Корее составляет 1,38. К слову, в Южной Корее этот коэффициент почти в два раза ниже – 0,78, то есть на одну семью там приходится меньше одного ребенка, и это самый низкий показатель рождаемости в мире, что говорит о серьезной демографической проблеме у южан. В Северной Корее коэффициент сопоставим с Россией, у которой 1,41.
Еще один богатый на информацию и впечатления день позади. Завтра рано вставать и ехать 150 километров в горы, а горы мы любим. Может, даже отпустят погулять без сопровождения.