Мой коллега по Русскому географическому обществу мореплаватель Фаддей Беллинсгаузен стал одним из первых, кто достиг берегов Антарктиды. Случилось это в далеком 1820 году. С тех пор место слегка опопсело и там успело побывать множество людей. Если в начале 2000-х речь шла всего о пятидесяти тысячах человек суммарно, то только в этом году ожидается рекордный наплыв из ста тысяч туристов. Под шумок мне тоже удалось примкнуть к данному наплыву.

Итак, я на белом материке. Какие первые чувства? О, это самый настоящий восторг. Вообще, он начался еще с утра и продолжался до глубокого вечера, но обо всем по порядку.

В семь утра мой уже никого не раздражающий храп в одиночной каюте прервал приятный женский голос из громкоговорителя, сообщающий о том, что мы прибыли к берегам Антарктиды, мол, рота, подъем, на завтрак и сборы сорок пять минут. Приказ ясен, выполняем.

Накануне нас поделили на группы, состоящие из десяти человек. В моей десятке оказались вчерашние соседи. Китаец с любопытством поинтересовался, куда это я делся. «Да так, переселился в другую каюту», – ответил я, ехидно улыбаясь. Американец был чуть в стороне и не слышал нашего диалога, но теперь мы знаем who is who. Ладно, сделаем вид, что ничего не произошло.

Каждому пассажиру выдают по паре водонепроницаемых сапог, по ветронепродуваемой куртке и спасжилету, проводят инструктаж и отправляют с богом. Надев все это добро, мы по очереди проходим через коридор к резиновым лодкам, уже спущенным на воду. Лодки имеют мотор, выглядят весьма надежно и носят название «Зодиак» – именно они будут перемещать нас по суровым водам Антарктиды на протяжении всего маршрута.

По одному прыгаем в шлюпки, предназначенные для десяти человек, и вот уже спустя пять минут причаливаем к заветной земле. Температура воздуха около нуля градусов, ветра нет. Сейчас в Антарктиде лето в самом разгаре, длится оно с ноября по март включительно. Именно в эти месяцы сюда ходят разные круизные суда от мала до велика. Поодаль от нас стоял большой лайнер с кучей пассажиров, но им повезло меньше – как правило, такие суда просто подходят к материку, но высадка на берег у них не предусмотрена.

Итак, моя плоскостопая нога впервые ступает на тот самый материк, который на глобусе находится в самом низу и который всегда обозначен белым цветом.

Ожидание: «Добро пожаловать в Антарктиду. Гладьте пингвинов сколько влезет, падайте в сугробы, гуляйте, где хотите».

Реальность: «Туда не ходить, сюда не ходить, к пингвинам не приближаться, ничего не трогать – снег башка попадет, пингвины испугаются, можно заболеть».

Накануне нам сообщили, что в Антарктиде появился какой-то новый вирус, переносчиком которого могут являться пингвины. На первом острове под названием Петерманн их насчитывается более трех тысяч особей. Увы, ближе чем на пять метров к пузатикам подступиться не дают. Вертухаи в лице персонала судна просят следовать по специальным дорожкам, обозначенным вешками.

Некоторые пингвинчики заинтересованно подходят сами, смотрят, что это за чужеродные тела прибыли на их территорию, вероятно, думая про себя: «Понаехали тут», – машут крыльями-лапками и вразвалочку уходят восвояси. Наблюдать за ними сплошное удовольствие – кто-то что-то кричит, широко разинув клюв, некоторые дерутся, но в основном все просто стоят и ничего не делают.

Высадка на первый чудо-остров, на котором пингвинам жить легко и просто, длится полтора часа, после чего мы возвращаемся на «Зодиаки» и продолжаем наше водное путешествие, сперва вокруг острова, а затем направляемся к следующему. То тут, то там из поверхности воды выступают кристально чистые ледяные глыбы, переливающиеся сотней голубых оттенков под лучами неяркого антарктического солнца. На одной из льдин вальяжно раскинулся и сладко дремлет большой леопардовый тюлень, покачиваясь на волнах, словно в гамаке. Рядом неуклюже бродит маленький мохнатый пингвин, наводя беспричинную суету и откровенно мешая тюленю тюленить, в связи с чем тот искоса на него поглядывает как на дурачка.

Еще один морской котик задорно плещется аккурат под нашей лодкой – то ли исследуя ее, то ли играясь, то ли пытаясь перевернуть. Вдалеке виднеются плавники, принадлежащие обитателю здешних мест – гигантскому чудо-юдо-рыбе-киту-убийце. Где-то рядом под водой спрятались его собратья – наружу не высовываются, лишь только образуют водовороты. На крошечной льдине молча сидят два баклана, поочередно вращая свои красивые головы в разные стороны на 359 градусов и пытаясь понять, что здесь вообще происходит.

Все это чудесное антарктическое сафари длится пять часов с перерывом на обед. Давненько я не выхватывал таких эмоций от увиденного за день. Маловероятно, что кто-то бы в принципе остался равнодушен от данного зрелища, даже самый черствый и равнодушный человек. Завтра продолжаем держать курс на юг, чтобы пересечь полярный круг. Еще один закат уходит за горизонт, но мы его не видим. В это время года в Антарктиде не бывает ярко выраженного дня и ярко выраженной ночи, поэтому отправляюсь спать, ориентируясь лишь на часы. Это именно тот самый момент, когда хочешь, чтобы этот день не заканчивался, при этом с нетерпением ждешь следующего.